Практическая психология

Тема смерти возникает в терапии очень часто. Не всегда напрямую - редко кто, кроме ипохондриков, приходит и с порога говорит: «Я боюсь умереть». Но страх смерти прячется под множеством масок: тревога за здоровье, панические атаки, внезапная потеря смысла жизни или острое одиночество. Я замечаю его и в себе: стоит задержаться в тишине, как из глубины сознания выплывает беспокойная мысль о моей конечности, о том, что однажды меня не станет. И почти автоматически психика старается эту мысль отогнать, укрыться от нее...

Невроз почти всегда пытается убедить нас в одной простой вещи: чувствовать опасно. Лучше заранее понять, объяснить, разобрать, назвать, проконтролировать, чем оказаться внутри переживания, которое невозможно удержать в голове. Поэтому человек с тревогой так часто живёт не в том, что с ним происходит, а в том, что он об этом думает, и именно там застревает, бесконечно прокручивая смыслы, версии и интерпретации, как будто интеллект может заменить опыт. В этом месте я сегодня хотел бы обратиться к идеям...

Если вы из тех людей, которые сто раз подумают, прежде чем открыто выразить свое недовольство или поделятся искренним мнением, оставаясь в страхе что это разрушит ценные для вас отношения, то моя новая статья для вас. Она довольно большая, но я постарался собрать в ней много данных обо всем том, к чему я приходил годами. Дело в том, что я много лет прожил именно в этом состоянии, когда 24х7 боялся, что за прямоту или несогласие меня осудят, или отвергнут, или так разозлятся, что я этого не выдержу...

Иногда действительность оказывается настолько тяжёлой, что нам отчаянно хочется спрятаться от неё. Делать это можно большим количеством способов, но наши любимые - убежать от реальности в отвлечённые размышления, заглушить переживания делами или развлечениями. Я тысячи раз замечал за собой эту попытку побега: когда было по-настоящему страшно или больно, мозг поспешно предлагал «логичные» объяснения и планы, лишь бы не чувствовать глубину страха. Но тревога от этого никуда не девалась - наоборот, фоновой волной она нарастала, требуя внимания...

Мы всегда волнуемся за своих детей, даже когда они выглядят благополучными, даже когда формально всё вроде бы в порядке, потому что родительская тревога редко опирается только на факты и чаще живёт в ощущениях, в смутном чувстве, что что-то может идти не так, даже если снаружи это неочевидно. Мы смотрим на них, прислушиваемся к интонациям, сравниваем с собой в их возрасте, с чужими детьми, с тем, как «должно быть», и пытаемся понять, всё ли с ними в порядке, не пропускаем ли мы чего-то важного, не закрываем ли глаза на сигналы, которые потом окажутся значимыми...

Мы привыкли говорить о зависимостях как о слабостях. Наркоман, алкоголик, шопоголик и прочие «голики». Но я всё больше думаю, что зависимость - это не про слабость. Не про распущенность, и не про отсутствие силы воли, а в первую очередь про боль, которую человек когда-то не вынес. Боль, которую пришлось пережить в одиночку и которая, не найдя выхода, осела внутри: как напряжение, как привычка, как схема выживания. Именно выживания, а не жизни. Мы не просто так цепляемся за одно и то же, не потому что любим страдать...

Я снова и снова повторяю как на своих сессиях, так и в своих статьях, что ипохондрия только с первого, беглого взгляда представляется необоснованной боязнью болезней. На самом деле под этим внешним страхом смерти от ранней инвалидизации прячется ни много ни мало страх перед неопределенностью. Дело в том, что тревожный человек внутри своего мировосприятия постоянно стремится добиться максимальной предсказуемости, для чего он использует любые, даже самые иллюзорные механизмы контроля реальности. И...

Хочу написать несколько слов о том, что для многих тревожных людей крайне неочевидно и не логично, но тем не менее, я убежден: чем меньше чувств у нас в душе, тем беспокойнее становится ум. Сейчас расскажу подробнее о том, почему так происходит и как вернуть себе утраченные чувства. Бывает, жизнь больно бьет по нам, и мы решаем ничего не чувствовать, чтобы не страдать. Снаружи стараемся казаться спокойными, собранными, «нормальными», а внутри словно отключаем эмоции. Такое происходит не просто так, часто за привычкой не чувствовать стоят весьма веские причины...

Раньше меня всегда удивляло, что даже в эпоху современных достижений науки и технологий многие из нас продолжают избегать «дурных знаков» - например, волнуются, если дорогу перебежала чёрная кошка, или спешат постучать по дереву, чтобы не сглазить удачу. Но чем больше я вникаю в глубины психологии, тем меньше меня это удивляет. Давайте вместе разберемся, почему же рациональные люди склонны доверять суевериям и собственным фобиям? Я бы определил суеверие как веру в связь между событиями без объективной причинно-следственной зависимости...

Моя прошлая статья о том, что тревога нас не всегда медленно убивает, вызвала такой яркий отклик, что я решил написать продолжение под коррелирующей темой, которая, надеюсь, поможет вам приобрести дополнительное спокойствие. Итак, психосоматика... У меня ощущение, что это одно из самых устрашающих слов последних лет, которое все больше набирает свою силу вместе с тем, как психология приобретает популярность. Само слово звучит для тревожного человека как приговор: будто собственная психика может исподтишка сломать наше тело...

Если вы давно живёте с тревожным расстройством, то вы точно привыкли к звучащему в фоне противному сигналу опасности, который сопровождает буквально все бытовые дела, иногда приглушаясь, а иногда наоборот разрываясь сиреной. Я знаю, что вы можете пить чай, строить планы, вести разговор, и постоянно одновременно ловить себя на ощущении, что что-то в теле не так. То что-то колет, то немеет, то давит, то кружится, то болит, и так далее. И вместе с этим - мысль, почти автоматическая: «О боже, моя система не выдерживает...

Когда нарастает тревога или начинается невроз, у нас внутри часто возникает ощущение полной безысходности. В такие моменты всё видится очень узко - мы сосредоточены на собственном страхе, как будто каналы восприятия выключены, и кажется, что жизнь вот-вот обрушится. Это состояние поистине крайне мучительное, но меня каждый раз удивляет: почему, когда накрывает тревога, нам кажется, что так будет всегда; а как только паника спадает - всё выходит на обычные рельсы, и наши же прошлые переживания кажутся...