Кубельвиль

Прошло три дня. Хмурый сидел в дальнем, самом темном углу бара «100 рентген», лениво гоняя вилкой по тарелке остатки холодной тушенки. Его бывшие отмычки уже вовсю обживались в Баре: кто-то чистил ствол у костра, кто-то напрашивался в команду к опытным охотникам...

Хмурый не спеша доел суп, аккуратно собрал хлебной коркой остатки бульона со дна миски и откинулся на спинку табурета. Новички выпили из кружек — они сидели молча, боясь нарушить атмосферу старого сталкерского бара. За соседними столами вовсю гремели стаканы, кто-то бурно спорил о ценах на «армейские аптечки», а в центре зала парень в камуфляже тихо перебирал струны, наигрывая знакомый мотив. Старик обвел взглядом своих притихших подопечных, залез в карман и выудил оттуда потертый серебряный портсигар...

Хмурый протиснулся сквозь толпу курящих у входа сталкеров и широким шагом подошел к длинной дубовой стойке, за которой, протирая тяжелый бокал, стоял сам Бармен. Новички робко жались позади, с открытыми...

— Оружие за спину, стволы в землю, — негромко, но властно скомандовал Хмурый новичкам, поднимая пустые ладони. — Седой с Барахолки за нас ручался. Веду отмычек к Бармену, парни чистые, хабар только сбросить. Из-за бетонного бруствера вышел рослый долговец в тяжелом черно-красном бронекостюме. Он внимательно окинул взглядом нашу помятую компанию, задержался на бледных лицах новичков и тяжело вздохнул. — Проходи, Хмурый. Твоё слово кремень, знаем. Но парней твоих пусть сержант на дозиметре звякнет, — долговец махнул рукой в сторону узкого прохода между мешками с песком...

Мы проскочили технологическую дорогу и вжались в бетонные блоки у самого въезда на территорию Завода. До блокпоста «Долга», за которым начинался безопасный Бар, оставалось всего метров триста, но путь преграждал старый автомобильный затор. Прямо над брошенными фурами, переливаясь кислотно-зелеными волнами, висела огромная аномалия. — Тихо! На землю! — Хмурый прижал отмычек к бетону. — Спереди «карусель» разгулялась, да непростая — в ней куски ржавой арматуры крутит. Шальную железку поймаете — никакой броник не спасет...