Разговор за стенкой | Ксения Лонг

- Или подпишешь, или я позвоню куда надо. Бумага уже лежала передо мной, прижата сахарницей с отколотым краем. В диспетчерской трещала рация. Чай в моей кружке остыл. Галина Петровна резала коврижку тупым ножом. Куски получались кривые. Она раскладывала их по тарелкам, как медали. - Подпишешь, и всё тихо будет, - сказала она, не поднимая глаз. - Что тихо? - Всё. Без лишнего. Я посмотрела на лист. Наверху моя фамилия. Ниже дата, трёхдневной давности. В тот день я вышла на смену в восемь сорок две, с мокрым подолом, у нас дождь был с утра...

Я поставила утюг на подоконник и взяла телефон. Номер был незнакомый. Утюг шипел рядом. На рубашке Дмитрия белела складка у воротника. Я почему-то сначала выключила утюг из розетки, потом уже ответила. - Вы Марина? Жена Дмитрия Сергеевича? Меня Лена зовут. Я с ним работаю. Голос молодой, сбивчивый. Как будто человек уже пожалел, что набрал. Я прижала телефон к уху и смотрела на рубашку. На ткани осталось мокрое пятно от пара. - Что случилось? - Ничего... То есть, не знаю, как сказать. У нас сегодня корпоратив...

— Ты же своя, зачем комиссия? Это Зинаида Марковна сказала на рынке, у прилавка с персиками. Было это в конце июня — жара стояла липкая, люди толкались локтями. Она выбирала твёрдые, ногтем давила бок. На пакете уже расползлось мокрое пятно. Я держала папку с пустыми бланками и уже понимала, что зря взяла её с собой. — Лен, ну ты же специалист — сделай всё красиво, по-семейному, — добавила она и улыбнулась так, будто просила не три недели моей жизни, а соль передать. Я сказала: — Посмотрим... Сказала одно...

Барсик появился на третьем этаже в воскресенье вечером. Катя услышала его раньше, чем увидела — тихое, почти неслышимое царапанье в двери напротив. Она вышла с мусорным пакетом и увидела: серый кот сидит у двери квартиры Новиковых и скребёт лапой по металлу. Методично, без паники. Как человек, который звонит в дверь и знает — откроют, просто не сразу. — Барсик? — сказала Катя. Кот обернулся. Посмотрел на неё — зелёные глаза, спокойные — и снова повернулся к двери. Катя постояла, потом пошла выбрасывать мусор...

Я взяла серую картонную папку со стола. Картон был тёплый от чужих рук. На уголке — жирный след от чьего-то большого пальца. Андрей не сел. Постоял у моего стола, пощёлкал ручкой и сказал: — Тебе знакомый адрес? Я посмотрела на папку. Потом на него. — Какой? — Открой. Там весёлое. В кабинете горела верхняя лампа. От окна всё равно тянуло холодом. Ноябрь у нас такой: едешь на работу в темноте и домой в темноте, а днём всё серое, как вода после мытья полов. Я раскрыла папку. Жалоба гражданки на незаконную сдачу квартиры...