Записки Оружейного Журналиста

Когда я закончил прошлую статью и отложил в сторону материалы о Манхэттене и толстовском Пахоме, меня не отпускало одно странное, навязчивое чувство. Я смотрел на карту мира, на бескрайние просторы Сибири, на джунгли Амазонии, на красные пустыни Австралии, и вдруг меня осенило. Мы с вами привыкли думать, что история с бусами и Манхэттеном — это какой-то локальный курьез, специфическое недопонимание между голландцами и племенем Ленапе. Но это не так. То, что я почувствовал, можно сформулировать одной фразой: отношение к земле как к живому существу — это не «индейская странность»...

Иногда я смотрю на заборы, межевые знаки и документы на собственность и ловлю себя на мысли: а что на самом деле означает слово «моё», когда речь заходит о земле? Мы с детства привыкли к идее, что участок, поле или лес можно купить, продать, передать по наследству и огородить забором. Но что, если это всего лишь одна из возможных точек зрения? И что, если столкновение двух абсолютно разных взглядов на собственность однажды привело к последствиям, которые мы расхлебываем до сих пор? Меня всегда завораживала и одновременно пугала эта тема...

Или почему Лев Толстой на самом деле пересказывал легенду, которой больше 2800 лет Недавно мне задали по-настоящему интригующий вопрос. Читатель признался, что при перечитывании рассказа Толстого «Много ли человеку земли нужно?» у него возникло странное чувство: «Похоже, это не оригинал. Это же типичная история Дикого Запада! Неужели Толстой просто адаптировал американские легенды о фронтире?» Честно? Интуиция вас не подвела. Рассказ действительно вторичен. Но вот с «Диким Западом» мы промахнулись — и промахнулись очень интересно...

Лет двенадцать я ездил на Тойотах. Какое там было сердце? Кто его знает. Мое отношение к мотору было максимально потребительским: это просто черный ящик, который крутится. Я просто менял колодки и масло, и машина ехала. Идиллия. Но всё изменилось, когда я купил Ситроен С4 Пикассо. Под капотом оказался он. Легендарный. Великий и ужасный EP6. Прошел ровно месяц, и из благополучного автовладельца я превратился в знатного диагноста. Я знал о болячках этого мотора больше, чем его создатели. А на спидометре было каких-то 160 тысяч пробега...