Джесси Джеймс | Фантастика

В коридоре громко хлопнула массивная входная дверь. Приехали. Олег даже не пошевелился на диване, продолжая увлеченно листать ленту в телефоне. — Света, встречай Никиту с Варей, — крикнул муж в сторону кухни. Его взрослый сын от первого брака и молодая невестка ввалились в мою квартиру с пустыми руками. Муж переехал на эти квадратные метры пять лет назад с одной дорожной сумкой. За годы брака он так и не нажил крупного имущества. Зато его родственники быстро почувствовали себя здесь полноправными хозяевами...

— Поживем у вас, мы же родня! — бодро заявила Галина Сергеевна, втискивая в мою прихожую четыре огромных клетчатых баула. С такими необъятными сумками обычно челноки ездят на оптовые рынки. Из-за массивного плеча свекрови робко выглядывал тридцатилетний детина — брат моего мужа, Валера. Я улыбнулась одними губами и перевела тяжелый взгляд на мужа. Олег старательно изучал собственные ботинки, делая вид, что шнурки внезапно стали невероятно интересными. — Свет, ну пускай остановятся на пару недель, — пробормотал он, глядя в пол...

— Опять пустой суп сварила, — скривился муж, а я молча достала из мусорки его свежий чек на устрицы из дорогого ресторана. Пока Никита брезгливо отодвигал тарелку с бульоном на край столешницы, я аккуратно разглаживала скомканную термобумагу. Сумма, напечатанная крупным шрифтом в самом низу, равнялась моему жесткому бюджету на продукты на три недели. — Мы же договаривались разумно подходить к тратам, а не переходить на диету из воды и одинокой моркови, — продолжал вещать он. Я крепче сжала край кухонного полотенца, пряча злополучный чек в карман домашнего кардигана...

Пять огромных, перевязанных грубым коричневым скотчем чемоданов намертво заблокировали узкий коридор. Колесики одного из них оставили на светлом ламинате грязную, маслянистую полосу, которая въелась в покрытие. Светлана смотрела на эту грязь, чувствуя, как внутри живота стягивается тяжелый, болезненный узел. — Давай сразу решим вопрос с размещением, — голос Андрея звучал ровно, как заученный по бумажке текст. — Мама поживет в нашей спальне, а ты иди на диван. Ей категорически вредны сквозняки в гостиной, спина сразу отнимается...

Я бросила в кипяток дешёвые серые рожки. Вода в кастрюле мгновенно помутнела от избытка крахмала. Игорь громко стягивал зимнюю куртку в нашем тесном съёмном коридоре. — Снова без мяса? — раздался его раздражённый голос из прихожей. Он прошёл на кухню и тяжело опустился на скрипучую табуретку. — Денег нет, — ответила я заученной за десять лет фразой. — Едим пустые макароны, ты же сам сказал строго экономить до зарплаты. Муж недовольно дёрнул плечом и придвинул к себе тарелку. Десять лет мы жили в режиме тотального финансового голода...