Пойдём со мной

Поезд уносил Катю прочь от привычного мира, стуча колесами по стыкам рельсов в такт ее учащенному сердцебиению. За окном мелькали поля, перелески, задворки маленьких станций — все это было похоже на кадры из старой киноленты, которую она пересматривала впервые за двадцать лет...

Муж Иры отличался излишней болтливостью. Всё, что случалось в их доме, мгновенно делалось общим достоянием, причём с самой Ирой Лёша мог за весь день не обмолвиться и словом, но когда наступал вечер и раздавался знакомый звонок его мамули... — Ира сегодня проспала и опоздала на рабочую встречу, — говорил в трубку Лёша своим неровным баритоном, придерживая телефон между ухом и плечом. В одной его руке была бутылка колы, в другой — пульт от телевизора, которым он листал программы. — Выбежала из квартиры в домашних тапочках, представляешь, лишь на автобусной остановке осознала...

В череде трудовых будней у Оли было лишь одно желание — вырваться наконец на отдых! Но не от повседневных забот и не от работы, вовсе нет... Оля грезила об отдыхе от выходных. Наиболее невыносимым днем для неё была суббота. В холодильнике — пустота, в квартире повсюду беспорядок, не грязь в буквальном смысле, но всё ужасно разбросано: игрушки, одежда, посуда, лекарства, кошачий корм... Оля проживала в подмосковном городе, а на работу отправлялась в Москву, соответственно, дорога в один конец занимала у неё полтора часа, и это ещё считалось вполне приемлемым...

Перепалка между супругами не прекращалась всю дорогу. Оба сильно нервничали из-за опоздания, и оба чувствовали потребность найти виновного в создавшейся ситуации. Ядовитые упрёки, всё более горькие и резкие, вырывались у супругов и наполняли воздух внутри машины, пропитывая обивку сидений, пластик панели приборов и даже сам асфальт, что бежал в свете фар. Но главное — эти слова отравляли их самих, подпитывая взаимное раздражение и злобу. Света смотрела на своё тёмное отражение в боковом стекле, за которым стремительно проносился зимний лес...

Они возвращались домой в полном упадке сил и подавленности. Детей у них не будет, по крайней мере у Даши - таков был приговор врачей из московской клиники Даже процедура эко не могла стать для них решением из-за многочисленных спаек и врождённого порока сердца Даши. Тёмную ночь пронзали белые снежинки, которые тут же прилипали к стеклу автомобиля. С ледяной и бездушной точностью дворники сметали их с поверхности – раз-два, раз-два… Этим монотонным движением они напоминали супругам об их десятилетних тщетных попытках завести ребёнка, которые теперь будто стирались из книги их жизни...