Пойдём со мной

Он, конечно, вспоминал о ней все два года службы. Любил её с десяти лет – взрослую, милую женщину, свою соседку. А что? Разве можно приказать сердцу – не люби, она старше и чужая! Вот и любил, ни на что не посягая. Интересно, встретит ли он её сейчас? Немного волнуясь, Виктор сунул в карман пачку, подхватил спички с окна. Из головы не выходил Валин образ, безуспешно гонимый им, запретный. В армии легко было отодвинуть её, а тут же, дома, всё былое нахлынуло на него сызнова. Вспоминал, как она раскрывалась на его глазах подобно цветку в качестве молодой жены… Чужой жены, разумеется...

Ее взгляд выхватил из пестрой суеты парка мальчишку на скейте и тело пробило ледяным потом. Тяжелый пакет с молодой картошкой, пучками укропа и банкой липового меда - всё, что они купили на сельхозрынке, куда приехали специально в этот субботний день, - перестал резать пальцы. Может, он выскользнул? Может, у нее удар? Она замедлила шаг... Божечки, Божечки, их бывший внук! Но не обозналась ли она? Сразу всплыл в памяти образ той "тваринки", матери мальчика... Мальчик летел навстречу, низко пригнувшись к доске, и ветер трепал его светлые, почти белые волосы...

Отрыла я на чердаке пожелтевший «Московский комсомолец». Без интереса пролистала новости футбола и спорта, ненадолго остановилась на культурной странице, увидев фотографию Чехова. Затем шли новости политики и знаменитостей — для меня это тоже мимо...