Психологический взгляд........

Желание — это не каприз и не случайная эмоция, а одна из базовых сил, которые поддерживают нашу психическую, телесную и социальную жизнь. Когда у человека есть желание, он движется, выбирает, ищет, создает, вступает в отношения и ощущает вкус собственной жизни. Когда желание подавлено, жизнь становится беднее: снижается энергия, притупляется интерес, исчезает спонтанность, а вместе с ними — и чувство внутренней опоры. Желание можно рассматривать как биопсихосоциальный феномен. Это значит, что оно рождается не в одной точке, а на пересечении трех уровней: тела, психики и среды...

Балет «Эсмеральда» — это не только история о любви и гибели, но и глубокая психологическая драма о страсти, власти, вине и человеческой уязвимости. В его основе — столкновение живого, свободного чувства с миром, где желания и подавленные импульсы разрушают судьбы людей. Эсмеральда в этом балете — образ естественности, телесной свободы и внутренней целостности. Она живёт чувствами, доверяет интуиции, открыта миру и людям. Но именно эта открытость делает её беззащитной. С психологической точки зрения...

Второй день в Петербурге прошёл в мягком весеннем свете, раскрывая спокойные грани города — дворцовую роскошь, морскую тишину и театральное величие. Я неспешно шла к Юсуповскому дворцу на Мойке, Новой Голландии и Мариинскому. Юсуповский дворец окутал покоем изысканного великолепия: построенный в 1770-х Валлен-Деламотом для Шуваловых, он расцвёл в 1830–1838-х под рукой Бориса Юсупова и Андрея Михайлова II — боковые ризалиты выросли в три этажа, флигели слились в ансамбль с Белоколонным залом, мавританским...

С огромным нетерпением жду оперы «Паяцы» Леонкавалло на Старой сцене Мариинского театра — это классика веризма, которая всегда взрывает эмоции! 1 апреля я уже буду наслаждаться «Бенвенуто Челлини» на Новой сцене, но «Паяцы» — отдельный праздник страсти и трагедии под историческими сводами главной сцены. Либретто, основанное на реальной истории, раскрывает образы отвергнутых любовников и мести так ярко, что зритель не отрывается до финального удара ножа. Действие разворачивается в Калабрии конца XIX века...

В тот вечер я шагнула в Церковь Святой Екатерины на Малой Конюшенной — и время будто остановилось. Этот католический собор, спрятанный в тихом уголке центрального Петербурга, стал для меня не просто залом для концерта, а пространством, где внутренние тени вышли на свет. Органная музыка под высокими сводами разобрала мои стены мягче любого разговора. Вот как это было. Церковь Святой Екатерины (Малая Конюшенная, 27) — барочный шедевр XVIII века, построенный для итальянской общины. Массивные колонны, витражи, орган с тысячами труб — всё здесь пережило войны, революции и возродилось в 1990-х...