ЭЛЛИНА ЕРМАКОВА

Сегодня я впервые показываю вам пространство, которого пока как будто ещё нет. Здесь сняли старую плитку. Вокруг пыль, голые стены и очень много вопросов. И, честно говоря, мне немного страшно. Пока мечта живёт в голове, она выглядит безупречно. А потом ты заходишь внутрь и понимаешь: теперь её нужно построить. Принять сотни решений, найти людей, уложиться в сроки и превратить эти пустые стены в настоящее живое место. Но я вдруг подумала: почему мы разрешаем себе радоваться мечте только тогда, когда она уже исполнена? Почему не сейчас? Ведь пространство уже существует. Пока в моём воображении, в планах, в этих окнах и даже в следах от старой плитки. Поэтому я хочу прожить не только красивый финал. Я хочу прожить весь путь. Со страхом, ошибками, пылью, неожиданностями и первыми маленькими победами. Через 30 дней здесь должно появиться новое пространство. И сегодня начинается первый день. А вы умеете любить свою мечту, пока она ещё вся в строительной пыли?

Опека как способ контролировать любовь В 2024 году у меня гостил средний сын, Саша. Мы много гуляли и разговаривали. Однажды он сказал: «Когда ты даёшь человеку много обратной связи без запроса, ты поступаешь как лихоимец». Я знала это слово, но никогда не использовала. Лихоимец. Тот, кто незаметно получает выгоду. Что получала я, когда давала сыну советы, о которых он не просил? Возможно, право оставаться той, которая знает лучше. Быть сильной, нужной и способной уберечь его от ошибок. Я называла это заботой. А он мог чувствовать, что вместе с советами я забираю у него право самому решать, кем быть и как жить. Ещё Саша сказал, увидев мою спальню: «У тебя здесь как в храме». Раньше я слышала в этом комплимент. Теперь думаю: в храме красиво и всё на своих местах, но туда приходят как гости. Возможно, и рядом со мной он чувствовал себя гостем. Человеком, которого любят, но всё время пытаются улучшить.

Самая опасная мысль сильного #руководителя: «Я должна была всех спасти». После «Одиссеи» Нолана я думала не столько об Одиссее, сколько о людях, привыкших вести за собой других. #Одиссей винит себя в гибели своих людей. Ведь именно он повёл их за собой. И тогда Афина спрашивает: «А тебя кто вёл?» Неудобный вопрос для человека, который привык отвечать за всё. руководители, легко берут на себя лишнее: «Я должна была предусмотреть, понять, остановить, спасти». Но взрослый сотрудник тоже принимает решения. Он может не услышать, не сделать, уйти, выбрать другой путь. Это не освобождает руководителя от ответственности, но и не делает его автором чужой жизни. Второй момент - Одиссей плачет, слушая песни сирен. Он оплакивает то, что потерял и уже не может вернуть. Но когда появляется возможность вернуться, он сам не хочет домой. Так бывает и в бизнесе. Мы тоскуем по прежней команде, по сильному сотруднику, который ушёл, по временам, когда «все были одной семьёй». Но иногда мы держимся не за людей и даже не за прошлое. Мы держимся за историю о себе: каким руководителем я тогда была, насколько нужной себя чувствовала. И третий момент - разговор с Калипсо: «Ты сам не хотел уходить. Когда захотел - я не смогла тебя удержать». Мы любим искать того, кто нас не отпускает. Сотрудники без меня не справятся. Клиника не отпускает. Операционка затягивает. Обстоятельства мешают. Но иногда дверь давно открыта. Просто руководитель сам не уходит. Потому что быть незаменимым привычнее, чем стать свободным. Вот где проходит взрослая граница ответственности. Я отвечаю за то, как поставила задачу, кого выбрала, чему обучила и что проконтролировала. Но я не отвечаю за каждый выбор другого взрослого человека. Не каждая потеря - моя ошибка. Не каждое препятствие действительно меня удерживает. Не всё в этой жизни зависит от меня. Но свою часть жизни я пишу сама. #управление