Дарья Антонова /Авторские рассказы

Михаил не помнил звука собственного голоса уже почти пять лет. Тишина стала его единственным преданным другом, его коконом и его защитой. В этом шумном, вечно спешащем городе «немой бродяга» был всего лишь деталью городского ландшафта — чем-то вроде разбитой скамейки в парке или покосившегося фонарного столба. Люди проходили мимо, стараясь не встречаться с ним взглядом, словно боялись, что его молчаливое несчастье может быть заразным. Михаил жил на заброшенном складе у старых железнодорожных путей...

Роман Алексеевич Королев, тридцатипятилетний владелец крупного холдинга, стоял на тротуаре и с раздражением смотрел, как желтый эвакуатор увозит его новенький представительский седан. «Ну что ж, не хочешь по-хорошему — будет по-плохому», — мысленно хмыкнул он, пряча ключи в карман идеально скроенного кашемирового пальто. Спорить с инспекторами не было ни времени, ни желания. До главных переговоров этого года оставалось чуть больше часа. Вызывать такси или звонить личному водителю Роман не стал. Внезапно ему захотелось просто пройтись...

ГЛАВА 5. Пробуждение в другой реальности Операция длилась три часа. Женя не уходила из больницы, хотя её смена официально закончилась. Она сидела в коридоре, прижав к себе задремавшую Маринку, и чувствовала, как внутри неё дрожит какая-то натянутая струна. Она, видевшая сотни смертей и чудесных спасений, впервые ощущала, что этот пациент — не просто «случай из практики». Хирург вышел из операционной, стягивая маску. Его лицо было бледным от усталости. — Успели, Васильевна. Еще бы час — и гной пошел бы в средостение...

Фонарь лежал в снегу, освещая искаженные болью и обморожением черты лица Вадима. Того самого Вадима, который клялся Ане в вечной любви, а потом хладнокровно вышвырнул её из жизни, присвоив их общую компанию. ГЛАВА 5. Суд тайги Аня стояла над снежной ямой, не в силах сделать и вдоха. В голове билась только одна оглушительная мысль: «За что? Почему именно он? Почему мой спасенный волк привел меня к человеку, который меня уничтожил?» Ей хотелось развернуться и уйти. Бросить его здесь, в этой ледяной могиле...

Первые недели после развода казались Игорю непрерывным медовым месяцем. Он упивался своей победой. Каждое утро он выходил на мраморную террасу своего роскошного дома в «Кедровом береге», пил свежесваренный кофе, смотрел на реку и чувствовал себя царем горы...