Император

Оби-ван Кеноби сидел, сгорбившись, за пультом управления бонго, знакомясь с его функциями, в то время как Джа-Джа Бинкс, расположившийся рядом с ним, болтал без умолку ни о чем. Квай-Гон сидел в тени позади них, молчаливый и настороженный. - Это нутсен! - простонал Джа-Джа, когда бонго неуклонно удалялся от мерцающих освещенных пузырей Ото-Гунга и все глубже погружался в воды Набу. Бонго было неуклюжим маленьким подводным судном, которое состояло в основном из электростанции, системы наведения и пассажирских кресел...

Туманные сумерки, казавшиеся вечными, лежали серебристо-серыми слоями над пышной зеленью Набу, когда десантные корабли Федерации спустились из черной бесконечности космоса, чтобы медленно направиться к планете. Одна группа из трех кораблей отделилась от остальных, бесшумно опускаясь сквозь облака, которые неподвижно и бесконечно висели над изумрудной поверхностью мира. Похожие на призраков, когда они пролетали сквозь дымку, с двойными крыльями в форме гигантской буквы I, они материализовались один за другим возле обширного темного болота...

Маленький республиканский крейсер, его красный цвет был символом дипломатического нейтралитета, прорезал звездную тьму по направлению к изумрудно-яркой планете Набу и скоплению кораблей флота Торговой федерации, которые ее окружали. Корабли были огромными блочными крепостями трубчатой формы, раздвоенными с одного конца и окружавшими сферу, которая защищала мостик, центр связи и гипердвигатель. Вооружение торчало из каждого порта и бухты, а истребители Торговой федерации кружили над этими чудовищами, как мошки...

- Ты хоть представляешь, во что мне это обойдется, парень? Ты хоть представляешь? Оба чи ка! Уотто завис перед ним, переходя на хаттский, даже не задумываясь об этом, выбирая язык, который предлагал широкий спектр оскорбительных прилагательных, на которые он мог опереться. Энакин стоял на месте, его юное лицо ничего не выражало, его глаза были прикованы к пухлому голубому тойдарианцу, парящему перед ним. Крылья Уотто двигались размыто, они бились с такой яростью, что казалось, непременно слетят с его маленького комковатого тельца...

ДАВНЫМ-ДАВНО В ДАЛЕКОЙ-ДАЛЕКОЙ ГАЛАКТИКЕ... Татуин Солнца горели на безоблачном голубом небе, заливая бескрайние пустынные просторы планеты ослепительным белым светом. Возникающий в результате этого яркий свет отражался от плоской песчаной поверхности влажным мерцанием обжигающего жара, заполняя промежутки между массивными скалами и одинокими выступами гор, которые были единственной отличительной чертой планеты. Четко очерченные монолиты стояли подобно часовым, несущим вахту в водянистой дымке....