Истории и не только

Стоял туман. Стена из ничего. Шумел камыш, скрывая волшебство. Ночь намечалась чёрная, без дна, Чтоб пробуждать чудовищ ото сна.

Мой крик, взрывая тишину, подобный грому в поднебесье, молит пощады на луну и просит разметать столетье.

В тумане дня закат стоял, А ветер выл как зверь и дрался, И те слова, что ты кричал, В стальные трубы превратятся.

Горит огнем моя душа Под ветра стон, в цепях сжимая Всю фальшь, что я в себе несла, Судьбы отчаянье встречая.

Черна в ночи полынь-трава, Вкушает горечь беспощадно. А я... Я вновь тебя ждала, А ты обманываешь складно.

Мятный чай развеет память, тайны древние храня. Мысли старые, как пламя, что зовут из забытья.

Возраст — лишь цифра, порою — обман, Что разум пытается нам натревожить. Но сердцу ведом свой, иной океан, Где память, как солнце, бояться не может.

Иволга плачет, рвется, стенает. Это последние струнки души. Дымкой прозрачной вверх улетает, чтоб всё вокруг разорвать на куски.

Часы натикают минуты, минуты выльются в часы. А что потом? Да кто ж поймёт, а время всё идёт вперёд.

Как тень скользит, так жизнь порхает, И сердце в трепете молчит. Всё мимолётное страдает, И лишь тоска порой кричит.

Тот голос слышал сотни раз во сне, в горах, где снег лежит. Он — часть той истины, что в нас, глубокий смысл нам внушит.

Женщины-жертвы покорны мужчинам, тратят себя и на кнут, и на прут. Души покорны по разным причинам, видимо, сами избрали свой путь.