Рубиновый Дракон

Глава 38 Метель разыгралась не на шутку; ночь стояла такая, что в двух шагах ничего не было видно. Ветер выл по-волчьи, швыряя в лицо колючий снег, и казалось, сама тьма сгустилась, не желая выпускать путников из своих ледяных объятий... Макар, укутавшись в тулуп, дремал от монотонного постукивания копыт по мёрзлой земле да завываний ветра. Куприян, втянув голову в плечи от холода и снега, спрятав подбородок в куцую шерсть тулупа, изредка покрикивал на лошадей. Вдруг сани резко тряхнуло: наехали на что-то на дороге, присыпанного снегом...

Глава 37 Гордей Волков проснулся, потянулся и посмотрел в окно. Снежинки, тихо и медленно кружась в воздухе, опускались на крыши домов, укутывая всё вокруг в белое покрывало. Гордей зевнул, потёр щеку — от подушки осталась красная полоса. Он посмотрел на стул, куда с вечера побросал одежду (так он устал с дороги). Потом перевёл взгляд на снежинки, которые теперь, словно подчиняясь чужой воле, заметались быстрее — ветер крепчал. Настроение у него не испортилось, увидев картину за окном, ведь сегодня он собирался попросить у Фрола Емельяновича руку Капушки...

Глава 36 Анфиса Власовна двигалась бесшумно и легко, изредка оборачиваясь назад: проверить, не отстал ли Фрол Емельянович. Замыкали шествие молодые. Макар крепко сжимал ладонь Капушки — то ли для её спокойствия, то ли для своего. Коридор, ведущий на улицу, показался ему длиннее, чем он помнил. Свечи в медных подсвечниках горели неровно, отбрасывая пляшущие тени на стены, обшитые морёным дубом. Тени жили своей жизнью: то сплетались в узлы, напоминающие человеческие фигуры, то вдруг распадались, будто на них дуло невидимым сквозняком...

Глава 35 Сани с задором остановились подле ворот в имение. — Беги, а то все деньги пособирают, — Егор толкнул цыгана в плечо, и тот, смешавшись с деревенскими, прошёл по двору и, отделившись у самого крыльца, незамеченным прошмыгнул в дом... Внутри пахло мёдом, хвоей и всякими яствами. Чикурано проглотил голодную слюну и стал пробираться дальше, стараясь идти так, чтобы ни одна половица не скрипнула. Цыган скользнул взглядом по стенам, где в полумраке висели портреты хозяев дома. Где-то в глубине играла гармошка, звенели бокалы, хохотали гости...

Глава 34 Тройка белоснежных рысаков, впряжённая в богато украшенные сани, остановилась у церкви. Народ, собравшийся поглазеть, напирал на них. Лошади пугались и косили красными глазами на шумную публику. Возница еле справлялся с рысаками, которые не могли устоять на месте. Жених, молодой и красивый, в богатой собольей шубе, по-молодецки выскочил из саней и, поправив соболью шапку, подал руку невесте. Та, разрумянившаяся от мороза и счастья, в тяжёлом подвенечном платье, усыпанном каменьями, и наброшенную...

Глава 33 — Садитесь, барин, нужно уносить ноги отсюда, — сказал возница и ловко запрыгнул на облучок, взмахнул кнутом, и лошади рванули с места, поднимая снежную пыль. Макар сидел в санях и вспоминал фигуру, которую только что видел. — Пантелей, ты тоже видел то, что и я? — спросил он у кучера. — Смотря что вы, барин, видели? — уклончиво ответил тот. — Ну а ты? Ты-то что видел? — не отставал Макар. — Ну, барин, не к месту, конечно, этот разговор, раз мы ещё из лесу не выехали, но я вам скажу. Видел я старуху страшную, которая сопровождала нас от самых Сорокиных...

Глава 32 Закончив в Москве дела, которые ему поручил Сорокин, веселый и довольный возвращался Гордей Волков в имение Фрола Емельяновича. В мечтах он давно уже сосватал за себя своенравную Капитолину. — А ничего, что она с характером, — женюсь, выбью спесь, будет как шелковая, — рассуждал Гордей. ...Мысли текли сладко, как липовый мед по усам. Солнце клонилось к закату, бросая длинные тени от придорожных берез на снег. Гордей посмотрел в замороженное окошко почтовой кареты и, ничего не увидев, закрыл глаза и, притулив голову к стене, задремал...

Глава 31 Гордей Волков никогда не маялся угрызениями совести. Деяния, которые он творил, не принимал на свой счёт — для этого у него были железные оправдания: «А я что? Я ничего, так хозяин приказал». Вот и сегодня он, тихо отворив калитку, оглянувшись по сторонам и не увидев никого подозрительного, вошёл во двор и, не создавая шума, прошёл к крыльцу. Возле двери стоял окомелок (использованный веник). Он аккуратно обмёл им свои сапоги и дёрнул дверь. Как ни странно, дверь поддалась и, слегка скрипнув, приоткрылась...

Глава 30 Гордей быстро удалялся от места убийства служанки. Снег всё сильнее сыпал с неба. Оглянувшись последний раз, он ничего не увидел за снежной пеленой. На всём пути Гордею не встретился ни один человек. «Говорила, опасное место, видно, холод разогнал всех по домам», — размышлял он. «Завтра надо будет наведаться сюда с утра», — подумал он и отправился в нумера, где он снимал комнату. *** В имение Сорокиных съезжались...

Глава 29 Раскрученная вода в тазу постепенно замедляла свой танец, пока не остановилась совсем, превратившись в неподвижную гладь. Капитолина смотрела вглубь не, отрывая глаз от воды, которая только что вертелась спиралью и вдруг замерла. Она вся напряглась и вдруг увидела на дне в тазу, как среди воды будто с неба посыпались снежинки, появилась церковь со снежными куполами. Тройка лошадей подкатила к ней, и из саней вышла она сама в подвенечном платье. Ей было чудно смотреть на себя со стороны и в тоже время боязно...

Глава 28 — Двоемужница, — воскликнула ведьма и припечатала девушку в лоб костяшками пальцев. Капа ахнула, и если бы не дородная Варвара, которая поддержала её, то рухнула бы на пол. — Вы чего, бабушка? — прошептала испуганно Капитолина. — А чего ты, девка, сомлела? Двоемужница ты и есть, судьба у тебя такая, — проскрипела старуха. — Ну, проходьте дальше, не выхолаживайте мне избу. Варвара проворно нырнула в тёмное помещение и потянула за собой испуганную девушку. — Боися, чтоль, меня? — ведьма, не моргая, смотрела Капушке в глаза...

Глава 27 Капа сидела ни жива ни мертва, её бледное лицо покрылось холодным потом, а в глазах застыл дикий ужас. Она не могла пошевелиться, словно окаменела от страха, и только прерывистое дыхание выдавало её жуткий страх, который она только что испытала. Каждая частичка её тела словно застыла в ожидании смерти, а сердце колотилось так быстро, что готово было выпрыгнуть из груди. — Барышня, Капитолина Фроловна, ну всё, всё, страшное уже позади. Успокойтесь, миленькая, вон как вы сомлели, — Варвара хлопотала подле испуганной девушки, боясь, что та сейчас хлопнется в обморок...