Рубиновый Дракон

Свечи в красном углу горели неровно. Чадили, роняя чёрные восковые слезы на грубую скатерть. Воздух в горнице стоял тяжёлый: смесь запаха ладана, кислой овчины и перегара от браги, которую пили гости, приглашённые со стороны жениха. Прасковья сидела под иконами, как приговорённая, не смея поднять глаз. Голова казалась чугунной, а спина горела так, будто по ней ещё гуляла отцовская опояска. Рука не поднималась поправить фату с восковыми цветами. Каждое движение отдавалось острой болью под лопатками...

Глава 102 Степан Сотников в последнее время чувствовал какую-то тяжесть на душе. Словно кто-то незримый положил ему на грудь холодную ладонь и медленно, день ото дня, давил, сжимал сердце. Сначала он списывал это на усталость: работы хватало в поле, да и дома дел было невпроворот. Но потом понял — дело не в теле, ныла душа... Всё началось с той ночи, когда ему впервые приснилась Глашка. Он не думал о ней, не вспоминал. С чего бы? Он её отверг год назад наотрез. Родители его сокрушались, мать даже всплакнула, упрашивая его одуматься: «Хорошая девка, работящая, да и хозяйство крепкое, а ты...

Глава 101 Бабка Матрёна Горохова давно уже вышла из того возраста, когда поют и пляшут под гармошку до полуночи. А вот изба её оставалась самым шумным местом в деревне. Своих детей Матрёна не имела, Бог не дал, а муж Егор сложил голову ещё в германскую, оставив её одну с горькой вдовьей долей да с высокой просторной избой, которую ставили всем миром на венчике (бугор, откуда видна была вся деревня). Изба эта словно была создана для вечерних посиделок: большая горница с широкими лавками подле...