Великолепный век. Разные судьбы

Маргарита стояла на террасе, вглядываясь в сад. Но мысли её были не о красоте пейзажа, а о записке “музыканта”, в которой было прямое указание на то, что Мустафа стал целью. Руки её дрожали, когда она читала зашифрованный текст. “ Флейтист" - верным слугам Империи. Император наш, Карл, да пребудет с ним сила, повелел мне найти наилучший момент и способ для устранения принца Мустафы, как угрозы для стабильности и будущего наших земель. Его растущее влияние и народная любовь могут стать камнем преткновения на пути к истинному порядку...

Хасан протянул дрожащие пальцы к лицу Маргариты. Рука повисла на мгновение, потом резко упала. - Девочка моя... Маргарита... Неужели это ты? - прошептал он. - Так Вы…Вы…мой дядя? – едва слышно промолвила девушка и всхлипнула. - Дядя…Дядя? Дядя! Да, я твой дядя…Армандо…Армандо! Меня зовут Армандо! Я вспомнил! – изумлённо улыбнулся он. – Скажи, Маргарита, тебе говорит о чём-нибудь это имя? - Да! Моего дядю звали Армандо! – ответила девушка, закрывая лицо руками. - Господи, как же я Тебе благодарен! Ты вернул мне то, о чём я уже и не смел мечтать...

Себастьян, как обычно, приехал в поместье рано утром. Но сегодня что-то было не так. Нурмелек не вышла ему навстречу, и это не на шутку встревожило его. - Камилла, Нурмелек здорова? - взволнованно спросил он служанку. - Да, господин, с девушкой всё в порядке, она веселится, - загадочно улыбнулась та. - Веселится? Что ты имеешь в виду? - недоумённо поднял он брови. - Она танцует, - ответила Камилла, и Себастьян, озадаченный, поспешил в комнату к Нурмелек. У самой двери, откуда доносилось пение, он остановился и прислушался...

С уважением, ваш автор Наталья Лаврукова

Дорогие мои! 8 Марта – прекрасный нежный праздник! В этот день все говорят о чувствах, которые делают нашу жизнь ярче и теплее, о тех нежных моментах, которые трогают сердце и вдохновляют на мечты! Новую главу я решила полностью посвятить Нурмелек и Себастьяну, их удивительной зарождающейся любви. Приготовьтесь окунуться в мир нежности и романтики! Желаю вам л ю б в и! Себастьян резко открыл глаза. Собственный крик до сих пор звенел у него в ушах. Он сел в кровати и помотал головой, чтобы окончательно прогнать жуткие образы, навеянные сном...

Город окутали синие сумерки, когда Франсиско вышел из собора возле выкупленного им дворца, принадлежащего некогда семейству Сфорца. Вечерняя молитва принесла ему некоторое успокоение, но тревога не исчезла полностью. Он вдохнул прохладный вечерний воздух и решил пройтись немного пешком, пытаясь ещё раз выстроить в голове своё будущее. Он нуждался в уединении, в возможности очистить разум и душу от гнёта пережитого. Стараясь не привлекать внимания, Кобос пошёл по узким улочкам, будто желая проститься с ними...

Франсиско ещё раз открыл коробочку, на минуту залюбовался подарком Педро, а потом бережно убрал дорогую вещицу в ящик стола и запер на ключ. После этого он вынул из другого ящика внушительную стопку бумаг и принялся за кропотливую работу. Ему предстояло разобрать переписку сенаторов, проконтролировать её и отсортировать, а также переписать императорские указы, сделав несколько копий каждого. Перебирая бесконечную кипу документов, он, вдруг, обратил внимание на конверт, который использовал только император...

Пламя свечи в подсвечнике затрепетало, вспыхнуло ослепительно ярко, а затем погасло, погрузив комнату в мрак. Кобос вздрогнул, словно вынырнув из глубокого, кошмарного сна. На ощупь, спотыкаясь в темноте, он добрался до двери и позвал: - Кто-нибудь! Принесите огонь! Не успела пройти и минута, как комната вновь наполнилась светом. - Хюррем-султан уехала? – спросил он того, кто зажёг свечи. - Да, господин. Марко показал кучеру султанши путь и проводил до центральной дороги в Топкапы, - прозвучал исчерпывающий ответ...

Кобос смотрел на оживлённый город из своего кабинета в центре Милана. Город шумел под его окном, но он не видел его. Его взгляд был устремлён куда-то вдаль, за моря, туда, где во дворце Топкапы жила Хюррем-султан. Он не сомневался: Хюррем, эта загадочная женщина, чьё влияние на султана казалось безграничным, была не просто искусной политической фигурой, но и могущественной колдуньей. Его разум рисовал таинственные картины: Хюррем, шепчущая заклинания, окутанная дымом благовоний, и он, словно под гипнозом, раскрывающий ей самые сокровенные секреты империи...

Кобос, едва взглянув на дверь своего кабинета, тут же узнал стоявшего возле неё советника императора, дона Педро-де-Альваро. - Как дела, Педро? Всё ещё грустишь? – подойдя ближе, спросил он. Педро тяжело вздохнул. - Ох, и не спрашивай, Франсиско… Кобос подмигнул. - Так пригласил бы к себе юных чаровниц, отвлёкся бы. - Да приглашал, - огорчённо ответил Педро. - Ну и что, не помогло? - Нет, ещё хуже стало. Вообще ничего не почувствовал, всё спит мертвецким сном, - с горечью развёл руками Педро. - Понимаю...

- Вот мы и на месте, Мехмет! - с улыбкой произнёс Армандо, обнимая за плечи своего спутника, который шёл рядом, опираясь на деревянный посох, - Видишь тот переулок? За ним начинается короткая тропа, которая приведёт прямо к моему дому. Мехмет взглянул на него с явным сомнением. - Нет уж, Армандо, давай лучше по центральной дороге. Пусть дорога будет длиннее, зато мы будем в безопасности. Ты же сам прекрасно знаешь, чем обычно заканчиваются такие короткие пути, - тяжело дыша, сказал он. - Хорошо, - согласно кивнул Армандо, - ты прав...

Впервые за долгое время Айше спала спокойно без гнетущих кошмаров, которые преследовали её так долго. Между тем она не питала иллюзий относительно своего будущего. Она знала, что ей придётся ответить за свои действия против Османской империи и считала это справедливым. - И поделом мне, - на следующий день, гуляя по саду, говорила она сама себе, - нашлась мстительница. Почему Всемогущий посылает разум так поздно? Как могла я быть такой доверчивой? Почему не обратила внимания на их большие посулы? За что они собирались щедро платить мне? За мою же месть? Да, я готова к ответу...