Зарисовки

Если попытаться представить послевоенный Гурьев, город возникает в памяти не сразу, а мозаикой из запахов, звуков и обрывочных картинок улиц и домов, которые постепенно складываются в единую картину. Вот главная улица города — улица Ленина, шумная и полная движения. По ней грохочут грузовики, изредка проезжают легковушки, спешат по своим делам люди. Город живёт повседневной жизнью. Но стоит свернуть в сторону — и всё меняется. Оставив позади ул. Ленина (район Санатория), мы оказываемся на небольшой улочке под названием "Новый проезд"...

Лето 1914 года. День на Каспии ветреный, но ясный. Паруса "взяли" ветер, и лодка легко режет волны, оставляя пенистый след за кормой. Впереди под жарким солнцем — бескрайний простор Каспийского моря, весь в слепящих солнечных зайчиках. На борту команда из восьми казаков, как постарше, так и помоложе. У руля — крепкий тридцативосьмилетний Иван Сладков, его зоркие прищуренные глаза не упускают из виду ни одной тени на горизонте. На носу — старший сын Ивана Григорий. Парню всего восемь, но он уже стоит...

Как всё начиналось Как-то летом дальняя родственница показала старинную фотографию, хранящуюся в их семейном архиве среди прочих памятных вещиц. Пояснила, что на фото – предок, а на обороте пусто, никаких надписей не видно. В глаза бросилось то, что внешне "предок" на родственницу не похож, как не похож на её отца или деда. Эта же фотография – под названием "Юноша в тулупе"– несколькими годами ранее была опубликована на онлайн-ресурсе "Фотографы дореволюционного Уральска", где обычно публикуют фонды музея "Старый Уральскъ"...

Примеряя на себя костюм ушедшей эпохи — например, платье с рукавами «баранья ножка» (leg o`mutton) — мы можем на время мысленно перенестись в прошлое, в 1900-е. То же удивительное ощущение возникает, если вглядеться в лица на фотопортретах ушедшего века. ...Давным-давно, где-то в начале XX века, юная Кава, Клавдия Касьяновна Махорина, готовится выйти замуж за сына гурьевского рыбопромышленника Слáдкова*. Вот она на фото — совсем молоденькая, в светлом наряде, с букетом роз в руках. Портрет сделан...

"Девушки, величающие себя барышнями, занимаются разными рукоделиями", — записал* про быт казаков приезжий врач, побывавший на землях Уральского казачества в 1895 году. Девочки в казачьих семьях учились шить, вязать или корпели над вышивками. Здесь, как и в других уголках Российской империи, была популярна так называемая «берлинская вышивка» — раскрашенные вручную схемы на клетчатой бумаге, которые, как правило, изображали цветочные композиции или, реже, жанровые сценки. Прошло полвека, но традиция не прервалась...