Агентство Медвижимости | Книги и маршруты
Анкор в посте — с метками для Телеграма; во ВК та же фраза, ссылка из второй строки. Десять копеек стоила «Малая земля» в 1978 году. На последней странице у неё тираж 1 750 000, а в скобках — 1 500 001–1 750 000: это завод, очередная партия с тех же матриц, и первые полтора миллиона к тому дню уже были отпечатаны. Советский читатель видел миллионные тиражи в газетах, пустую полку в магазине и не мог сложить одно с другим. Складывается это делением. В 1970 году в стране работало 14,7 тысячи книжных магазинов. Миллион поровну — по шестьдесят восемь штук на каждый, ещё до библиотечных коллекторов и сельских лавок. В городе с очередью это одно утро. А бумага, типографии и фонды книготоргов были общими, и что ушло на десятикопеечные заводы, не ушло на Дюма. Энциклопедия тех лет уверяла, что тиражи определяет спрос покупателя, пока трилогию Брежнева печатали по решению Политбюро — чем это кончилось летом 1987-го, в сегодняшней статье. Михаил Виноградов издатель
Почему при миллионных тиражах книг не было в магазинах: шестьдесят восемь штук на прилавок
«Малая земля» стоила десять копеек. Политиздат, 1978 год, типография «Красный пролетарий». На последней странице, там, где издатель пишет для своих, стоит тираж: 1 750 000. И сразу за ним, в скобках: 1 500 001–1 750 000. Скобки означают завод — очередную партию, которую допечатали с тех же матриц. Первые полтора миллиона к этому дню уже были отпечатаны. А советский читатель помнил другое. Миллионные тиражи он видел в газетах, пустую полку — в магазине, и сложить одно с другим у него не выходило....
612 рублей. Столько на антикварном сайте просят за пять советских книжных полок со сдвижными стёклами. Средняя новая книга в магазине стоит 615. Пять полок за одну книгу. А когда-то такие полки висели у моего дедушки в длиннющем коридоре, от пола до потолка, в шахматном порядке, и пустота между ними сама становилась полкой. Дома у нас был самодельный шкаф в стене, книги в два ряда, а внизу, куда я дотягивался, стояли «Сказки народов мира» с цветными прямоугольниками на корешках. По ним я узнал, что на свете есть Океания и у неё свои сказки. Почему полка висела в каждой квартире, что делало с книгой стекло и кто в конце концов съел полку, разобрано в сегодняшней «Стенке». Михаил Виноградов издатель
Почему книжная полка висела в каждой квартире и куда она делась
Сто пятьдесят рублей. Столько сегодня просят в Москве за советскую книжную полку со сдвижными стёклами, и в объявлении уточнено: цена за штуку. Новая книга в магазине в среднем стоит уже 615 рублей. Полка, на которой такая книга могла бы простоять полвека, вчетверо дешевле самой книги. Висела эта полка почти везде: над диваном, над письменным столом, над кроватью в детской. Узкая, глубиной сантиметров в двадцать, с двумя стёклами, которые ходили в пазах навстречу друг другу. Чтобы добраться до книг на левом краю, левое стекло отъезжало вправо и закрывало правый край...
Книжные новости: Марина Влади, пролив Конецкого, дни рождения Фолкнера и Шостаковича
Не стало Марины Влади. У нас её помнят прежде всего как последнюю жену Высоцкого: они прожили вместе с 1970 года до 1980-го. «Золотая пальмовая ветвь» Канна 1963 года за роль в «Современной истории, или Королеве пчёл» известна меньше. Она была ещё и писательницей: её книгу воспоминаний о жизни с Высоцким «Владимир, или Прерванный полёт» до сих пор переиздаёт АСТ. В начале этого года Влади передала в Росархив свою переписку с Высоцким. Правительство присвоило проливу в Восточно-Сибирском море имя Виктора Конецкого, писателя и капитана дальнего плавания; название предложил «Росатом»...

