Мир глазами пенсионерки

— У дочки семья разваливается из-за квартирного вопроса, — сказала Мария Антоновна и тяжело вздохнула, поправляя на коленях край старого шерстяного пледа. — Я до сих пор поверить не могу, что всё вот так обернулось. Семь лет прожили, двое детей, вроде бы всё было нормально… А теперь муж ей говорит: «Подписывай брачный контракт. Твоего здесь ничего нет». Мария Антоновна произнесла последние слова почти шёпотом, будто сама боялась услышать их ещё раз. За окном медленно темнело, на стекле отражался...

Первые дни после появления Эльвиры в доме Николай почти не дышал рядом с ней свободно. Он сам настоял на том, чтобы она стала няней Тимофея, сам объяснил Римме, какая она опытная и спокойная женщина, сам привёз её вещи в свободную комнату, а теперь каждое утро просыпался с тяжёлым ощущением, будто ходит по тонкому льду. Эльвира тоже была осторожна. При Римме она обращалась к Николаю исключительно по имени и только по делу. Если нужно было что-то спросить о Тимофее, она спрашивала спокойно, без намёка на прежние отношения...

Людмила успела только вытереть руки о фартук, как раздался телефонный звонок. Она как раз стояла у плиты и проверяла, не разварились ли голубцы. На кухне было жарко от духовки, пахло запечённым мясом, укропом и тушёной капустой. За окном только начинало смеркаться, а Людмила уже успела переделать столько дел, сколько иной раз не удавалось за целый выходной. Телефон лежал на подоконнике. Увидев на экране имя сына, она сразу улыбнулась. — Мам, прости, но сегодня мы к тебе не приедем, — сказал Сергей вместо приветствия...

Когда Лариса увидела на тесте две полоски, она сначала даже не поверила своим глазам. Она несколько минут сидела на краю ванны, держа маленькую белую пластинку в дрожащих пальцах, и снова и снова переводила взгляд с нее на календарь. В квартире было тихо. За окном шуршали по асфальту первые осенние листья, а из кухни доносилось негромкое урчание холодильника. Обычное утро вдруг стало совсем другим. — Неужели правда?.. — прошептала Лариса, прикрыв ладонью рот. Она улыбнулась, а потом неожиданно для себя заплакала...