Мир глазами пенсионерки

Когда Света выходила замуж за Игоря, любви до дрожи у неё не было. Сейчас она могла признаться себе в этом честно, без красивых слов и попыток приукрасить прошлое. Ей было двадцать, ему двадцать два. Подруги тогда крутили романы с музыкантами, спортсменами, какими-то шумными и яркими парнями, а Игорь был совсем другим. Спокойный. Вежливый. Всегда в чистой рубашке. Никогда не приходил без цветов. Не пил, не гулял, не устраивал сцен. Когда они выходили или заходили, он всегда придерживал ей дверь, помогал надеть пальто и спрашивал, не замёрзла ли она...

— Олеська, что ты заладила: Ленин, Ленин… Скоро поди и мавзолей закроют. Олеся, стоявшая у плиты, чуть не выронила ложку и рассмеялась: — Мам, я тебе про Ленку Перминову говорю. Она с Виталиком встречается. Оксана Владимировна поправила очки, отложила газету и недовольно покачала головой. — Ну и пусть встречается. А тебе уже двадцать второй год. Вместо того чтобы пройтись по городу, сходить в театр или хоть с подругами где-то посидеть, ты все возле меня вечерами крутишься. И про Виталика надо подумать...

Когда Сергей впервые сказал, что задержится после работы, Лида даже не насторожилась. За двадцать лет брака чего только не бывало: отчёты, проверки, командировки, рыбалка с друзьями. Он работал мастером на мебельном производстве, уставал сильно, домой приходил поздно, пах опилками и дешёвым табаком. Жили они обычно, без роскоши. Двухкомнатная квартира на окраине, старенькая «Шкода», сын-десятиклассник Егор и старшая дочь Аня, которая уже училась в колледже. Лида всю жизнь крутилась между домом и работой...

Инна проснулась раньше будильника. За окном было ещё темно, только фонарь возле подъезда желтил мокрый снег. В комнате тихо сопел сын, а из соседней комнаты доносилось размеренное дыхание дочери. Мужа рядом не было. Она даже не удивилась. Последние годы Сергей всё чаще засыпал на диване в гостиной, а иногда вообще уходил к родителям. Просто собирал спортивную сумку, бросал короткое: «Поживу пока там» — и закрывал за собой дверь. Инна медленно поднялась с кровати, стараясь не шуметь. Голова уже с утра была тяжёлой...

Прожив с Лерой три года, Антон всё чаще ловил себя на странном ощущении, будто рядом с ним живёт совершенно чужой человек. Когда-то он спешил домой после работы, покупал по дороге пирожные к чаю, слушал её смех и думал, что ему невероятно повезло. Теперь же он поднимался по лестнице к своей квартире медленно, заранее готовясь к очередным упрёкам. Квартира была старенькая, двухкомнатная, доставшаяся ему от бабушки. Бабушка любила порядок, и даже спустя годы после её смерти в доме будто ещё оставался запах сушёной мяты и чистого белья...