Роман Сорокин

*** Дородная и статная Даная (советская девчонка хоть куда) не трудится на праздник Первомая и мается в отсутствие труда. А в теле столько нежности и лени (трудящимся — и слава, и хвала), что если бы пришёл товарищ Ленин, она б ему Персея родила. И в этой неге, если не в экстазе, она себя представила с вождём: бросает он работу на Парнасе и к ней ложится золотым дождём. Случается любовь. А после страсти летят, как птицы, по планете всей и мир, и труд, и лозунги о счастье, которое добудет нам Персей. 2024

*** Весенний пал, горит трава. Уже не в шубе рукава: апрель почти закончен. Я утром песенки басю, а мать-и-мачеха вовсю желтеет вдоль обочин. Гниют валежник и труха, цветут берёза и ольха, уходят в землю лужи. Теперь и я во цвете лет: был завтрак, полдник и обед, ещё не скоро ужин. Не знают отдыха скворцы: орут и требуют птенцы червей, жуков, личинок. Бежали наперегонки (и гонки были так легки), но я порвал ботинок. Промокли ноги. Я могу схватить простуду на бегу в процессе этих гонок. Стою и думаю теперь: сегодня кончится апрель, а я ещё ребёнок... 2025

28 апреля 1969 года, ровно 57 лет назад, состоялась всесоюзная премьера фильма «Бриллиантовая рука» *** Когда выпадает минута досужая, мы смотрим комедии про дураков. "С войны не держал боевого оружия," — открылся внезапно Семён Горбунков. И вот на экране идёт продолжение: Семён у окопа застыл не дыша, в глазах Горбункова стоит напряжение, а палец лежит на курке ППШ-а. Спина у героя всё так же ссутулена, но вместо Семёна мы видим в кино простого солдата — сержанта Никулина, и нам почему-то уже не смешно. Секунда, и снова Никулин пытается Неловко в авоську убрать пистолет. Короче, комедия дальше играется, Но только смеяться желания нет. Казалось бы, что нам до фильма отснятого в эпоху застойных советских времён? Недавно узнали: под городом Сватово погиб одноклассник наш — тоже Семён... 2023

"Музыка смыслов" в университете "Синергия" Хороший разговор вышел почти на полчаса. Смотреть здесь: vkvideo.ru/...2va

Новый выпуск "Молодой поэзии" У меня в гостях Лиза Евстигнеева, лауреат многих литературных премий. Но нам важнее всего то, что Лиза победитель "Филатов Феста", причём сразу в двух номинациях: по мнению жюри и по мнение зрителей. На тот момент ей было 19 лет, сейчас уже 22. Говорили о религии и поэзии, о хайку, верлибре и силлаботоники, о движении на вырост и тд. Приятного! Смотреть здесь: vkvideo.ru/...57s

В литературном журнале "Перископ" опубликовали моё интервью Борису Эхтину, которое он взял у меня пару лет назад для другого журнала. Видимо, сказанное тогда не потеряло своей актуальности и сегодня. Читать здесь: terantella.ru/...iew

ИЗ ПОВЕСТИ "ТАМАГОЧИ" ***  Всю Радоницу шумели обложные дожди, но, когда стемнело, Витя решился пойти на кладбище. Под ногами чавкала грязь, а холодная вода, просочившись в кроссовки, неприятно касалась пальцев. Одинокий железнодорожный фонарь выдёргивал из темноты блестящие плиты и кованные решётки. Света катастрофически не хватало. Витя с третьего раза угадал поворот на узкую тропинку между чужими могилами, ведущую к родной. Боясь холодной грязи, он выбирал самые высокие места и часто балансировал на краю, держась руками за когда-то синие оградки. Пару раз схватился за открытую калитку и чуть не шмякнулся на спину. Воды было много: тяжёлые камни будто плавали сверху, а в низких местах дождевая вода собиралась в глубокие лужи. Одну из них Витя случайно проверил на глубину, оказалось, почти по колено. Наконец обозначилась кривая ракита, неподалёку от которой уже целый месяц лежала мама. "Как-то уж совсем драматично," — заметил про себя Витя, сумев увидеть всё со стороны. Слабый дождь шёл размеренно, ветра не было, и если бы не льющаяся вода, то наступила бы тишина. Мама смотрела на сына, сын – на неё. По их лицам стекали капли свежей майской непогоды. Смутно вспомнился день, когда была сделала фотография, висевшая на деревянном кресте. Ничего особенного, обычная суббота, просто папа сделал несколько кадров дедушкиным ФЭД-2. Что было до, что – после, Витя не помнил — это стало больше предметом его воображения, нежели воспоминаний. Кажется, потом ушли на речку, где, издавая булькающий звук, скакал синий резиновый мячик.  Когда узнал о потере и когда хоронил маму, Витя не плакал. Он вообще мог сосчитать по пальцам дни, в которые позволял себе раскисать. Громко рыдала бабушка во дворе пятиэтажки, ей вторила соседка, а Витя и папа молча делали положенные ритуальные действия. На поминках мокрые глаза были у женщин и у одного дяди — старшего брата мамы. Папа молча тосковал, а Витя откровенно скучал и выпил целый литр юпи. Следующий месяц почти не вспоминал о маме, а если и видел флешбэки из прошлой жизни, то не самые светлые. Казалось, он вспоминал напоследок, чтобы окончательно всё забыть.  Однажды к ним домой пришёл классный руководитель. Когда в коридоре канарейкой запел дверной звонок, Витя сразу понял, что это из школы. Он третий день не посещал уроки, потому что нужно было следить за мамой, находящейся в определённом состоянии. Это состояние определялось безошибочно: вот мама как мама, а вот мама плюс ещё кто-то. Отец работал круглосуточно, бабушку старательно оберегали от драматических моментов, поэтому и дед не всегда знал о происходящем. Витя оставался с мамой в самые неприятные дни. Школьный учитель прошёл в дом, увидел родительницу и всё понял. Вите было ужасно стыдно. Собственно, это жгучее чувство стыда было главным ощущением того времени.  "С третьего на шестой проследует," — прокатилось где-то справа. Через минуту Витя услышал шум приближающегося поезда и неожиданно для себя горько заплакал. Рыдал громко, но недолго, пока глухое лязганье не растворилось в сыром воздухе. Приобрести книгу можно здесь: ozon.ru/...yde

Сегодня день рождения (140 лет) НИКОЛАЯ ГУМИЛЁВА — поэта, офицера и путешественника. Я долго находился под мужским обаянием его стихов. Рискну предположить, что именно в этот период у меня стали получаться собственные стихи. Вот, например, отрывок: "...Он расскажет о закатах медных, О пиратах возле Сомали. Он споёт о самых заповедных Уголках нетронутой Земли. Милый, объяснят ли твои трели То, что знал и видел Гумилёв? Всем, не побывавшим в Эритрее, Остаётся слушать соловьёв." Мне очень хотелось написать что-то похожее на стихи Гумилёва. Я, наивный, долго мучался, верил, что однажды выйдет, пока не осознал насколько это тщетное занятие, ибо совершенно невозможно повторить такое: "...И вот мне приснилось, что сердце мое не болит, Оно — колокольчик фарфоровый в жёлтом Китае На пагоде пёстрой… висит и приветно звенит, В эмалевом небе дразня журавлиные стаи. А тихая девушка в платье из красных шелков, Где золотом вышиты осы, цветы и драконы, С поджатыми ножками смотрит без мыслей и снов, Внимательно слушая лёгкие, лёгкие звоны." Николай Гумилёв родился в 86-м, а расстрелян был в 21-м. Я появился через сто лет — в 87-м. На дворе 26-й. Я уже прожил больше и куда скучнее Николая Степановича. Кстати, его сын (которого ему родила Ахматова) придумал точное определение для таких людей, каким был его отец. Можно долго спорить о трудах Льва Николаевича, предоставим это историкам, но, конечно, нам есть чему поучиться у пассионариев.

*** Миллиарды других планет, только наша – тарелка супа. Смерть попрали, а глупость нет, что, конечно, смешно и глупо. Циолковский и Королёв выходили на связь сегодня: — Что у вас там? Алё, алё? — А у нас тут Весна Господня. Мать-и-мачеха расцвела в буераке и вдоль дороги. И за это летит хвала вам, бессмертные люди-боги, сочинившие космолёт, хоть казалось, что это сказки. Человечество не умрёт по законам Любви и Пасхи. С неба падает дождь земной, а вчера ещё было снежно – непогода у нас весной правомерна и неизбежна. Можно верить и в гений наш, и в бессмертную душу тоже. Эй, космический экипаж, мы внизу на кого похожи? Смерти нет – говорят одни, нам конец – вопиют другие. Но бывают такие дни обжигающие, нагие, что себе говоришь: "Постой!", замирая от потрясения, потому что кропит водой настоящего Воскресения. 11.04.26

Из повести "Тамагочи" ***  Пасмурная погода не только принесла заметную свежесть, но и спутала все карты на столе старших воспитателей. Купание отменили, экскурсию – тоже. Расписание перекроили. Отрядное дело поставили дважды: вслед за завтраком и сразу после обеда. Вместо положенной дискотеки предложили киносеанс. Перед обедом Глеб отыскал Аню, отвел её к белой беседке, находившейся в окружении высоких платанов, посадил напротив себя и, постоянно сбиваясь от стеснения, завёл важный для него разговор. — Не знаю, что там у вас случилось... Не у тебя с Ковыряшкиным, а у Вити с ним... — Тогда почему у нас? — осторожно спросила Аня. — Ты сказал "у вас". Лёгкий ветерок слегка играл её волосами, завитушки на висках все время двигались и отвлекали Глеба от главной мысли. — Да, я так сказал, потому что у вас с Колей. Тьфу! Нет, у вас с Витей, — потерялся Глеб, — В общем, у вас троих там какая-то история... — Какая история? — Аня выразила вполне искреннее удивление. — Я не знаю. Она же у вас. Аня очень пристально посмотрела на Глеба и тот, чувствуя нелепость своего положения, окончательно стушевался. Начал мямлить что-то совсем невнятное, ушёл в какие-то дебри, зачем-то стал говорить про море, абрикосы, домашнего динозавра, свои обязанности на общем концерте, танцы на дискотеке и прочую ерунду, не имеющую отношения к делу. Только когда понял, что ему уже не вырваться из той паутины, которую он сам только что наплёл, пошёл ва-банк: — Ты нравишься Вите! Аня, весь монолог смотревшая себе под ноги, подняла глаза и вцепилась ими в растерянного Глеба. Тот не выдержал и вперился взглядом в пятнистый ствол дерева, растущего сбоку от беседки. Он чувствовал горячий взгляд на своей щеке и проклинал тот момент, когда эта "светлая" мысль пришла ему в голову. Теперь ему казалось, что он всё выдумал и никакого любовного чувства у Вити нет, тем более что он ему об этом и не говорил. Логика подсказывала Глебу, что главная претензия Вити не связана с постоянным задиранием Ковыряшкина или с тем, что было на зарядке и в море, и уж точно она не связана с Тотошкой. Всё это было очевидно для Глеба, но только до тех пор, пока он не открыл имеющийся факт Ане. Теперь он готов был отказаться от этих мыслей и поверить во что-то совершенно другое, лишь бы Аня отвела от него свой обжигающий взгляд. Сделав невероятные усилия над собой, Глеб оторвал глаза от дерева и посмотрел на всё ещё удивлённое лицо собеседницы. — Я только хочу, чтобы ты попросила его извиниться перед Колей, — почти жалобным голосом произнёс Глеб и в ту же секунду провалился сквозь землю. #Скучные_лица

СТЕЗЯ I Как хочется глушить в глуши Провинции забытой; Напиться за помин души Страны моей немытой. С тоской уставясь на восток И с жалостью на запад, На грудь накапать граммов сто, А на мозги не капать. И не бояться сквозняка Из раненной фрамуги. И знать, что жизнь твоя легка, Как танец буги-вуги. II Весна уже не за горой; Пейзаж убог и жалок, Пока зима не снимет свой Последний полушалок. Ещё до схода белизны Сквозь сваленный валежник Растёт солдатиком весны Воинственный подснежник. И вместе с ним под птичий грай Растёт пасхальный тальник. И солнце льётся через край В натопленные спальни. III «Зинь-зинь, зинь-зинь, циик-циик», – Поют с утра овсянки. На завтрак кушает мужик Тарелку сладкой манки. «Циик-циик, зинь-зинь», – ну вот Обед, щебечут пташки. Мужик копает огород В засаленной рубашке. Работа спо́рилась в руках, Уже и час закатный. Такая жизнь у певчих птах И голи перекатной. IV Эх, здесь у всех одна стезя, Сиречь драматургия: Жить и тужить, как наша вся- Превся периферия. Не то что там – за полотном За железнодорожным, В запутанном и суетном Миру пустопорожнем, Куда, испытывая страх, Уже не раз летала В своих восторженных мечтах Душа провинциала. V Блестят все площади Москвы, Помазанные глянцем. По ним гуляете, увы, Не вы, а иностранцы. И хорошо, что нет дождя И льётся только солнце. Вот ищут мёртвого вождя Два маленьких японца; Супруга и её супруг Определяют, где он. И щерится на мир вокруг Их ненасытный Canon. VI Играет солнце на стекле Всех башен "Москва-сити". У нас две жизни – на земле И под землёй, простите. В метро спускается Орфей За юной Эвридикой И там теряет свой трофей В час пик при давке дикой. Сюжет до ужаса простой, До пошлости банальный: Она была на кольцевой, А он на радиальной. VII Быть парнем лучше от сохи, А не от жизни пёстрой. Какие дуры всё-таки Те чеховские сёстры. Как хочется глушить в глуши Провинции забытой; Напиться за помин души Страны моей немытой. ... Лепи горбатого, лепи. Втирай очки народу. Сидишь в Москве, как на цепи, И лаешь на свободу. 2020

Сегодня ВСЕМИРНЫЙ ДЕНЬ ТЕАТРА. Что сказать? Театр – великое зрелище. Древнейшее. Синтетическое. Он вбирает в себя почти все основные виды искусства: изо, музыку и, конечно, литературу. Древние греки – первые драматурги с масштабом, равным Средиземному морю, у которого они и подслушали гекзаметр. Театр, как и любое искусство, тоже не терпит фальши, но заметить театральную неправду сложнее, чем услышать фальшивую ноту в музыке или увидеть пустую строчку в стихотворении. Поэтому те, кто делают театр, должны быть предельно внимательны и осторожны. Что не отменяет известной смелости, без которой не бывает больших побед. Театр обязан быть современным. Художник, музыкант и даже литератор могут смотреть в прошлое или будущее, но театр – только в настоящее. Он обязан ставить зеркало перед зрителем, это его главная задача. Увы и ах, но театр сиюминутен. То, что сегодня попадает в глаз, завтра уже в бровь, а послезавтра выстрел и вовсе оказывается холостым. Точное живое высказывание может быстро превратиться в пустое кривляние. Театр может быть каким угодно, только не скучным. Да, элемент развлечения иногда выдавливает другие функции театра и он становится антрепризным, но и это необходимо. Всё-таки развлечение является не последней его задачей. Театр может быть весёлым, смелым, задиристым, трогательным, исповедальным, горьким – каким угодно, но обязательно живым. Всех театралов с праздником. Но особенно хочу пожелать успеха драматургам. Пьеса – самое несамостоятельное произведение литературы, ибо пишется для того, чтобы её текст звучал со сцены. Пьесе нужны режиссёрское и художественное решения, её диалоги должны произносить актёры. Иначе она мертва. Не берём в расчёт Шекспира, Мольера, Ибсена, Чехова и прочих драматургов, чьи пьесы стали самодостаточными произведениями литературы. Это скорее исключение, подтверждающее правило необходимости сценического воплощения работы драматурга. В общем, с праздником!