Записная книжка

Сегодня, после самой морозной ночи, утро не хотело наступать дольше обычного. Воздух был абсолютно неподвижен и как будто наэлектризован сухим холодом. Восток прорезали яркие световые столбы, розовые и серо-зелёные. Гало в эту зиму стало обычным явлением даже на юге. Из-за поворота блеснули фары. Они выхватили из темноты белоснежные сугробы, пробежались по ним и переместились на блестящую, накатанную дорогу. В жестокой стыни даже фары казались источником тепла, и на них хотелось смотреть подольше...

Крещенское утро. Причем, более крещенское, чем когда-либо. Да потому, что искупаться можно только в проруби и нигде более. Город без воды четыре дня. Одна крупная авария на насосной станции уже была почти побеждена, как шарахнула вторая, с трубой широкого диаметра на глубине более пяти метров. Кстати, морозы тоже, как никогда, крещенские, минус 16 сегодня. Кому покажется ничтожно мало в сравнении с Оймяконом - объясняю, что наши минус 16 - это практически минус 26. Влажность даёт своё. Когда я жила в Тюмени, могла в минус 30-40 яблоки есть на улице...

Не знаю, почему, но очень многие стихи о зиме у меня - песни. Сначала мелодия, потом слова. И это при том, что я не играю на музыкальных инструментах . Это моя величайшая прореха в этой жизни. Надеюсь, в какой-либо из следующих я сяду за пианино или возьму гитару и спою. Некоторые музыканты пробовали исполнить кое-что, но их прочтение еще ни разу не совпало с моим. Такими были, например, «Тюлем бежевым», «Когда закончится зима»… Сегодня ночью тоже пела о зиме, мысленно играя на рояле. Ощущала клавиши кончиками пальцев...

Трамп говорит, что, хоть он и любит Европу, она должна взять себя в руки. Не знаю, что конкретно он имел ввиду, хотя поводов взять себя в руки у нее много. А Венесуэлу он явно не любит. И Кубу. И Мексику тоже не очень. Пусть так будут. Хотя этот список почти бесконечен, всем понятно, кто стоит во главе этого списка. Конечно, Россия. Её он не любит так сильно, что ему кушать больно. Ну, или лицо болит, это смотря кого цитировать. А вот Гренландию он любит больше, чем Европу. Жаль, что безответно...

Дождь шёл всю ночь, и к раннему утру вода бурно течет по улице рекой и шумит, как весной в половодье. Январь, так же стремительно как она и по той же самой улице, приближается к Старому Новому году, да не сломают себе иностранцы мозги нашим вареничным праздником! Под весь этот вакханалический (или как там правильно… вакханальный или вакханалитический не вариант!) шум зимы периода глобального потепления в голову поневоле лезут всякие мысли. До такой степени всякие, что аж тошно. Особенно когда о возрасте, о болячках, о проблемах...