Какие ваши доказательства

Июль 1941 года. К вечеру железнодорожная станция уже несколько часов жила по чужим правилам: на путях стояли брошенные вагоны, в служебном здании было разбито несколько окон, а над входом в дежурную комнату больше не горела лампа. Утром отсюда ушли последние советские железнодорожники, а днём на станции появились немцы. Иван Лапшин об этом знал. Он находился в двух километрах от станции, у небольшого железнодорожного моста. Уходить вместе с остальными он должен был ещё утром, но перед самым отъездом начальник участка сказал: «Сходи к мосту...

Спустя много лет пожилая женщина вспоминала неизвестного пограничника, который летом 1941 года спас её семью во время отступления. Внук не раз просил её записать эти воспоминания, пока память ещё хранит каждую мелочь, но она долго отказывалась: дело было не в нежелании, а в том, что самое главное — тот самый неуловимый запах лета и страха — никак не получалось облечь в слова. Ей было восемьдесят семь, но в мыслях она неизменно возвращалась в то жаркое июньское воскресенье. Деревня её стояла в семи верстах от границы, в Западной Белоруссии, и жила себе тихо, не ведая беды...

Когда в её окно в третий раз за неделю постучали не кулаком, а перчаткой, Анна уже знала: беда пришла не внезапно, а шаг за шагом, как приходит осенняя вода — сначала мокнет порог, потом половицы, потом уже поздно спасать дом. В деревне, где все всё видели и старались не смотреть, немецкий офицер мог улыбаться так же вежливо, как сельский врач до войны, и от этой вежливости делалось страшнее, чем от крика. Анна стояла у стола, не решаясь подойти к двери, и впервые за долгие месяцы подумала не о муже,...

Ночью на границе иногда задерживают не только нарушителя, но и собственную совесть: особенно когда в холодной туманной будке перед тобой сидит человек, которого ты знал ещё до войны, и по всем правилам его надо оформлять как чужого, а по памяти — невозможно. Старший сержант Андрей Мельник понял это в ту минуту, когда поднял глаза на задержанного и узнал в нём Митю Сурова, довоенного друга, с которым когда-то бегал на реку и строил планы на жизнь, которой у них обоих давно уже не было. После демобилизации Андрей не пошёл ни в завод, ни в город...