Виталий Гарский | Под маской нарцисса

— Ты чё, Алёна, из-за куска обоев скандал раздуваешь? Оксане жить негде, у неё стены в грибке, ей стыдно гостей позвать! Ты же дизайнер, тебе что, жалко помочь родной сестре? В смысле «наши деньги на отпуск»? Ты эгоистка. Тебе лишь бы пузо на солнце греть, а тут близкий человек в депрессии из-за облезлой кухни. Совсем берега попутала? Я уже пообещал ей, что мы всё оплатим. Не свисти мне тут про детей, им и в деревне у бабушки нормально будет, свежий воздух полезнее этого вашего моря. И вообще, закрой рот, у тебя от крика лицо становится как у печеного яблока...

— Зачем тебе машина, ты всё равно в декрете? Я её продал! И не ори, Света, у тебя от крика лицо становится как у печеного яблока. Брату деньги нужнее, у него бизнес горит, а ты только до поликлиники и обратно зад возишь. Чё ты на меня так вылупилась? В смысле «твоя»? Мы семья, у нас всё общее. Я решил, что сейчас так будет правильнее. Совсем берега попутала — мужу перечить? Ты без меня — просто декретница с кашей в голове, скажи спасибо, что я вообще решаю твои проблемы. Иди вон, подгузник смени, делом займись...

— Мама имеет право здесь жить, я её уже прописал! Чё ты на меня так вылупилась? Это мой долг как сына, а ты вечно о своём комфорте печешься. Собирай свои склянки из ванной, маме нужно место для лекарств. И не свисти мне тут про «твою квартиру», мы семья, всё общее. В смысле «не согласна»? Тебе лечиться надо, Лена, у тебя на почве собственности совсем кукуха поехала. Совсем берега попутала? Мама — это святое, а ты эгоистка. Смирись, теперь мы будем жить втроём. Максим стоял посреди моей гостиной, вальяжно засунув руки в карманы дорогого халата...

— Ребенку и в старых кедах нормально, а мне статус нужен! — как муж-нарцисс спустил алименты на свою "презентабельность" и выставил меня виноватой — Ты чё, опять со своими кедами? Походят в старых, не развалятся! А мне на встречу с инвесторами в этом обноске ехать? Ты совсем берега попутала, Оля? — Вадим с грохотом швырнул на полированный стол коробку с новым iPhone последней модели. — Это мой рабочий инструмент. Это мой статус. Без него со мной серьезные люди разговаривать не будут. А ты из сына нищеброда растишь своим вечным нытьем про «денег нет»...

— Да ладно тебе, Ира, чё ты из-за пары кустов пионов трагедию строишь? Сестре отдохнуть надо, у неё стресс, а ты тут за каждую травинку трясешься! — Андрей вальяжно развалился в шезлонге, который я купила на свою прошлую премию. — Совсем берега попутала? Это дача, а не музей. Света с друзьями просто мясо пожарили. В смысле «кто разрешил»? Я разрешил. Я здесь муж или кто? Или ты думала, что если твой папаша тебе эту халупу оставил, то ты теперь королева? Закатай губу. Мы семья, и моё право — пускать сюда родню...

— Гони бабки, Лена! Чё ты глазами хлопаешь? Я уже знаю, что тебе на карту триста косарей упало. Твоя премия — это семейный бюджет, а не твоя личная заначка. Маме на даче крышу крыть надо, она уже рабочих наняла, а ты их под подушкой крысишь? Совсем берега попутала? В смысле «твои»? Ты чё, одна в этой семье живешь? Да если бы не мой авторитет и мои советы, тебе бы эту премию в жизни не дали. Ты эгоистка, Лена. Меркантильная дрянь, которой на родню плевать. Давай телефон, переводи быстро. Не свисти мне тут про новые сапоги и стоматолога...

— В смысле «нельзя»? Ты чё, Люда, совсем берега попутала? Славик — мой родной племянник, ему в институте учиться надо, а не по общагам за вшами гоняться! — свекровь Галина Петровна с грохотом опустила баул на мой дубовый паркет. — Будет жить в гостиной, на диване. Ты всё равно там только телевизор смотришь. И не свисти мне тут про «личные границы». Раз замуж за моего сына пошла — значит, вся твоя недвижка теперь общая. Мы семья или где? За спиной свекрови маячил Славик — детина под два метра ростом с сальными волосами и наглым взглядом...

— Собирай шмотки, Люся! Быстрее, я сказал! Через час сюда новые хозяева приедут замки менять. Квартира продана. Я все долги закрыл, теперь мы свободны. Чё ты на меня вылупилась? В смысле «как продал»? Молча! Ты сама виновата — вечно ныла, что денег мало, вот я и рискнул на бирже. Не прокатило. Но это бизнес, понимаешь? А ты со своими куриными мозгами только и можешь, что в бухгалтерии бумажки перекладывать. Совсем берега попутала? Думала, я буду перед тобой отчитываться за каждое решение? Скажи...

— Я хочу жить с женщиной, а не с сиделкой! Ты чё, реально думала, что я буду твои таблетки по часам раскладывать и судно выносить? Мне сорок пять, я в самом соку, мне драйв нужен, а не запах аптеки в спальне. В смысле «мы же клялись»? Мало ли кто чё болтал в загсе двадцать лет назад. Ситуация изменилась. Вот иск о разводе и разделе имущества. Половина квартиры, загородный дом и твои счета — пополам. И не смей на меня так смотреть, ты сама виновата. Довела себя до ручки своим трудоголизмом, а теперь...

— Подписывай, мам. Не тяни резину. В пансионате тебе будет лучше — там уход, доктора, сверстники. А у нас со Светой скоро ребёнок, нам твоя комната нужна. Чё ты на меня так смотришь? Думаешь, я изверг? Нет, это ты эгоистка. Тебе на внука плевать? В смысле «не поеду»? Ты совсем берега попутала? У тебя деменция начинается, ты вчера чайник забыла выключить. Ты опасна для общества. Если по-хорошему не подпишешь, я вызову психиатрическую бригаду. Оформлю тебя как недееспособную, и поедешь уже в «дурку» на вязку, а не в приличный санаторий...

— Собирай манатки и ползи к сестре, «инвалидка». Мне теперь полноценная баба нужна, а не зашитый мешок с костями! Чё ты вылупилась? Думала, до гроба за эту почку мне на шее висеть будешь? — Андрей лениво потянулся в нашей постели, по-хозяйски приобнимая крашеную блондинку, которая хихикала, прикрываясь моим же шелковым одеялом. — Это... это моя спальня, Андрей. И моя почка в твоём боку, — голос сорвался, в боку заныл свежий шов. — Я месяц назад из больницы выписалась. Я тебе жизнь спасла! — В смысле...

— Слышь, Ленка, ты чё тут за цирк устроила? — брат высунулся из проема, лениво вытирая рот салфеткой. Судя по запаху, он уже открыл мамин коллекционный коньяк. — Чё ты орёшь? Я здесь сын, я — главный наследник. А ты тут кто? Приживалка. Поухаживала за старухой пять лет — молодец, возьми с полки пирожок. Всё, лавочка закрыта. Совсем берега попутала, на моё добро пасть разевать? — Твоё добро?! — у меня потемнело в глазах. — Ты здесь не был два года! Ты даже на похороны опоздал, приехал к самому столу! — В смысле «не был»? — Олег шагнул ко мне, обдав перегаром и наглостью...