Елена - Уютные истории за чаем

Лифта в доме нет. Коляску с ребенком на прогулку и обратно Зоя таскала на себе. Хотя этаж всего четвертый, но дом-то старинный. Потолки высоченные. А это значит, что по высоте никак не меньше нынешних пяти, а то и шести. Если во время прогулки еще и в магазин зайдешь… Как в той задачке про волка, козу и капусту. Взять ребенка и покупки – коляску тут же сопрут. Взять ребенка и коляску – покупки куда? Тоже сопрут. Вот и таскала все вместе. Потом хитрить стала: приноравливала свое возвращение к тому времени, когда мужики с работы шли...

Зоя с Иришкой уехала к родителям на все лето. Олег работал, остался «на хозяйстве» один. Скучал, конечно, очень. Раз в неделю звонил с переговорного пункта, докладывал обстановку. Питался, в основном, в столовой. Вечером варил картошку или пельмени. Выяснилось, что пельмени он варить не умеет! Первый раз бросил их в холодную воду. И получил на выходе нечто непонятное – то ли кашу, то ли кисель. – Стою, в кастрюлю смотрю, ничего понять не могу, – со смехом рассказывал он по телефону. – Подошла Люся, спрашивает, мол, клейстер варишь, что ли? Нет, говорю, пельмени...

Девочки! Красавицы, умницы, модницы! С праздником Весны вас! Будьте всегда по-весеннему нежными, по-летнему яркими, по-осеннему уютными, по-зимнему свежими! Цветов вам для хорошего настроения, теплых улыбок!...

Четыре комнаты подряд. Первая тоже маленькая, двенадцатиметровая. Там живет одинокий мужчина. Иван, каменщик, лет от тридцати до сорока. Своеобразный товарищ! Маленького роста, с длинными жилистыми руками и с несуразно короткими кривоватыми ногами. Люся сказала, что он очень сильный, кирпичи на этажи таскает не хуже подъемника, и что его иначе, как Поддубным, и не зовут. Дальше – три пятнадцатиметровые комнаты. Андрей и Катя – инженеры (Люся снова округлила глаза от значительности своих слов). Институт строительный окончили в прошлом году, тут тоже жилье ждут...

Вот и переехали. Теперь у них не адрес, а сказка: Ленинград, Невский проспект. Сегодня Зоя уже не вытерпела, отправила маме письмо. Писала на конверте обратный адрес и губы сами собой в улыбку растягивались. Адрес – красота. Но вот жилье… Окно в торце узкой комнаты выходит на Старо-Невский. Форточку открыть можно только глубокой ночью – иначе гул машин и копоть обеспечены. В двенадцатиметровую комнату-пенал умудрились вместить диван, дочкину кроватку, стол, шкаф. Даже холодильник влез. О, холодильник – это отдельная «песня»...