Екатерина Жорж Странная фантастика

Они рождаются в сырых подвалах, в тех, куда свет проникает через грязные зарешеченные окошки. Сначала на полу из бетона проступает вытянутая неровность — это хребет готовой вылезти в мир статуи. А через несколько дней или недель они выходят целиком. Серовато-белые, они раза в три больше человека, но благодаря идеальным пропорциям это не очень бросается в глаза. Новорождённая статуя вылезает из бетона и прячется в угол, где и замирает, глядя в сырую темноту пустыми, без зрачков, глазами. В это время по ней могут ползать крысы, на ней даже может прорасти плесень — статуя не двигает. Ей нужно прийти в себя после рождения. Через какое-то время она понимает, что должна делать, и начинает двигаться. На этом начальном этапе статуя ещё не очень хорошо владеет своим твёрдым и одновременно гибким телом, и потому ползёт на четвереньках. Она нюхает воздух и всё вокруг, но белое лицо её, обрамлённое навеки застывшими прядями волос, неподвижно. Статуя умеет замирать, и этим опасна. Даже если она не прячется, то замечаешь её, неподвижно стоящую в зарослях ирги, не сразу. А потом вдруг — движение, там где его не должно быть. Она хватает человека и кусает как хлеб, не разбирая, как попадётся, не обращая внимания на крики. Кровь течёт по белому лицу. Статуя жрет. Насытившись, она бросает останки, в которых уже мало что осталось от человека, и уползает в заросли. Чуть позже она научится стоять на двух ногах и будет уже совсем походить на настоящую статую из мрамора или гипса. Еще позже, много десятилетий спустя, она рассыпется на белые куски, каждый из которых будет готов породить новую хищную тварь.