Дыхание Севера

Представьте, что вы стоите на скалистом берегу Белого моря. Воздух звенит от тишины, прерываемой лишь криком чаек. И вдруг — странный звук. То ли свист, то ли скрип, то ли детский смех, доносящийся из-под воды. Вы вглядываетесь в свинцовую гладь и замечаете плавник, а потом — белоснежную спину. Это она. «Морская канарейка» Севера. Белуха. Но это не милая игрушка океанариумов. Это один из самых загадочных и социально сложных обитателей Арктики, чья история с человеком полна парадоксов. Белуха — это единственный кит, который может поворачивать голову...

Представьте ледяную пустыню. Сотни километров безмолвного, трещащего на морозе льда. И на этом белом полотне — тысячи крошечных, почти невидимых существ в белоснежных шубках. Они молчат. Их дыхание — лишь легкий парок на сорокаградусном морозе. Это не начало полярной сказки. Это жестокая арифметика выживания, разворачивающаяся каждую весну в сердце Белого моря. И ключевой персонаж этой драмы — гренландский тюлень, или лысун. Но его история — не только история природы. Это зеркало нашей собственной истории, в котором отразились и жестокость, и милосердие, и спасение...

Говорят, что у кораблей есть душа. А что происходит с этой душой, когда стальной гигант, отслуживший свой срок, должен исчезнуть? Не просто отправиться на свалку, а раствориться так, чтобы не оставить после себя и атома угрозы. В Северодвинске есть место, где решают эту фантастическую задачу. Ему дали нежное имя — «Звёздочка». И это самая парадоксальная верфь России. Здесь не только дают вторую жизнь. Здесь мастерски проводят в последний путь. Представьте: остров Ягры, суровый берег Белого моря....

Прошедшая неделя в Поморье стала ярким отражением многогранности региона: здесь бережно хранят древние ремесла, готовят покорителей космоса, развивают социальную сферу и строят будущее в прямом смысле этого слова (26...

Представьте себе конец 1980-х. Грохот разваливающейся сверхдержавы. Заводы-гиганты замирают, инженерная мысль обесценивается, будущее атомного флота — в тумане. А теперь представьте человека, который не просто отказался смириться с этим хаосом, но и в одиночку взял на себя роль, для которой требовалось целое государство. Это не вымысел. Это история Давида Пашаева. Он не был ни «красным директором» старой закалки, ни новым капиталистом. Он был чем-то большим — последним бастионом. Его судьба была отмечена странным знаком с самого начала...