Истории Чумового Доктора

Майские праздники — время для отдыха. Отдыхают все по разному. Кто-то остаётся дома, готовя квартиру к лету: моет окна, убирает балкон. Кто-то едет на дачу. А кто-то отправляется в гараж (мужчины в основном). Там тоже нужно порядок навести: проветрить помещение, проверить, всё ли на месте. И, конечно, с друзьями встретиться. Где ж еще это делать, как не в гараже? Олег так и сделал — позвал друзей, один из которых привёз выпивку, другой — закуску, третий — углей для мангала. И вот уже ворота гаража...

Марина возвращалась домой после работы. В её наушниках звучала умиротворяющая мелодия, которая помогала ей немного отвлечься от усталости после долгого дня в маленьком обувном магазине, где она работала продавцом. Знакомый район, знакомые фонари, знакомые тени, которые она знала с детства. Марине было двадцать четыре года, и она думала о совершенно обычных вещах: о том, что завтра сдавать отчёт, о том, что мама опять спросит про личную жизнь, и о том, что эту самую личную жизнь и правда надо как-то начинать устраивать и съезжать от мамы...

Мы с вами не часто задумываемся, как живут люди, чей физический вес перешагнул все мыслимые и немыслимые нормы. Задумываемся лишь тогда, наверное, когда видим в интернете или по телевизору, что действительно есть такие люди. Удивляемся, сочувствуем, но потом сразу забываем. Таких пациентов мы называем «экстремально тяжёлыми». Каждый раз, когда видишь такое тело — не тело даже, а крепость из жира, в которой замурован человек, — становится не по себе. Как они доходят до жизни такой? У всех по-разному это происходит...

«Ребёнок 2 года, беспокойство, плач, причина не ясна». Без подробностей. Самое тревожное — когда причина не ясна. Взрослый хоть пальцем покажет: «здесь болит» или «началось это тогда-то». А ребёнок — просто ор. Плач, извивания, попытки ласково поговорить с ним. Дифдиагностика в таких случаях — как детектив с завязанными глазами. Я поехал один. Напарница прямо во время рабочей смены ушла на больничный с температурой под 39. А поскольку вызов висел, диспетчер упросила съездить на него мне одному, а потом пообещала дать нового напарника в бригаду...

Иван Васильевич вышел на пенсию год назад. Всю жизнь проработал сварщиком на заводе, теперь наслаждался заслуженным отдыхом: утром — газета, днём — телевизор, вечером — соц. сети в компьютере. Иногда возился в гараже, помогал жене по хозяйству. Обычный молодой пенсионер, каких тысячи. Супруга, Людмила Петровна, была моложе его на десять лет — бойкая, энергичная, всё ещё работала бухгалтером в организации. Дети выросли, разъехались, внуки навещали по выходным. Жили они тихо, мирно, без скандалов. Но в последнее время Людмила Петровна стала замечать, что Иван Васильевич как-то скис...

— Радуйся, сейчас на «тубик» поедем, — объявил напарник Игорь, разбудив меня, когда я решил прикорнуть в комнате отдыха после вечерней «заправки», то бишь ужина. — Чего? Какой ещё «тубик»? — не понял я, протирая глаза. — Ну, туберкулёз у «клиентки», по всей видимости, — пояснил Игорь. — «Девушка, 21 год, боль в груди, кашель с кровью». Так что надевай сразу три маски, две пары перчаток, противогаз не забудь. — Да ну тебя, — отмахнулся я, зашнуровывая ботинки и понимая, что он меня откровенно троллит...

— Лена, ты водишь! — крикнула Ксюша и побежала к дереву. Подружка Лена начала считать до двадцати. Ксюша тем временем судорожно выбирала место, где бы спрятаться. Детская площадка в парке небольшая. За горкой — место ненадёжное. В домике нельзя — Ленка сразу начнёт искать там... 9, 10, 11, 12... Скоро будет «я иду искать, кто не спрятался — я не виноват». «А что, если на дерево залезть?» — мелькнула отчаянная мысль в девятилетней голове Ксюши. Вокруг площадки росло множество старожил-деревьев, и эта идея просто напрашивалась сама собой...

Вызов в общественное место: «Школа № 47, девочка 13 лет, внезапная резкая боль в животе, обморочное состояние». Здание школы — обычная панельная «коробка», каких сотни у нас в стране. Двор заставлен машинами персонала школы. Мы аккуратно лавировали между ними, пытаясь проехать к воротам. — Ну вот. А говорят, у учителей зарплата маленькая, — с усмешкой заметил водитель. — А тут гляди, какие тачки стоят. Я даже не знаю названий некоторых, но явно, что не из недешёвых. — Те, что подороже, принадлежат, наверное, начальству, — ответил я, вспоминая «непростые» автомобили наших «главнюков»...

Когда наступает ночь, на любой подстанции СМП начинается такое время, когда усталость даёт о себе знать и одолевает сон. Работай хоть всю жизнь в режиме «сутки», «день-ночь», «ночь-день», но против биохимических процессов организма ничего не попишешь. Ведь мы тоже обычные люди и эволюционно приучены днём бодрствовать, а ночью спать. Но, как назло, все самые сложные и экстремальные вызовы скорой помощи идут как раз в это самое ночное время. Научно доказано, кстати, что обострения многих тяжёлых хронических заболеваний случаются именно ночью...

Валентина Петровна жила одна. Муж умер семь лет назад. Дочь в Москве — приезжала редко, на Новый год или на день рождения. Семья, работа. Но звонила часто: «Мама, как давление?», «Мама, ты таблетки пьёшь?», «Мама, сходи в поликлинику». Она отвечала: «Всё нормально, не переживайте». Поликлиники Валентина Петровна не любила. Очереди, шум, духота, скандалы в очередях... На дом врача не вызывала. «Что зря людей беспокоить, и так у них много работы», — говорила она. Лекарства пила раз от разу — от давления, «от головы», которые ещё мужу прописывали...

Лена стояла перед зеркалом в своей комнате в одной футболке и трусах. Повернулась боком, посмотрела на отражение, вздохнула. Живот, бока, полные ноги. Одноклассники в школе иногда посмеивались за спиной. А однажды на физкультуре учитель сказал: «Лена, тебе надо худеть! Ты... я не знаю... утренними пробежками, что ли, займись. Элементарные нормативы ведь не выполняешь». Она тогда промолчала, но дома расплакалась. — Всё, — сказала она своему отражению. — С понедельника встаю пораньше, до школы, и начинаю бегать...

Девочка Надя появилась на свет в ненастный октябрьский вечер. Наталья, её мама, вспоминала этот день как самый счастливый день в своей жизни. Она ждала дочку пять лет. Не могла забеременеть. Долго с мужем обследовались, лечились, надеялись, молились. И вот она появилась — маленькая, крикливая, со сжатыми кулачками. Назвали Надеждой. Денис, отец, держал её на руках и плакал, не сдерживая слёз. — Она у нас настоящий боец, — говорил он, глядя на её кулачки. Надя родилась в срок, с нормальным весом и ростом...