Ольга Брюс

— Ты молодец, очень уверенно держалась, — в голосе Лёши чувствовалось искреннее восхищение. Дарина усмехнулась: — Научилась. А раньше я боялась представить, что придётся вот так кому-то отвечать. Пыталась буквально раствориться, чтобы никто не видел, как мне страшно стоять перед всеми. — Никогда бы не подумал, что ты боялась, — засмеялся Лёша. Ему стало легко при мысли, что рядом с ним не просто гений фортепиано, но самая обычная девушка, у которой есть свои страхи и недостатки. И что она ведет себя, как нормальный человек, а не очередная надменная звезда...

— Дорогой, а на какие, прости меня, шиши такие подарки? Я смотрела на Дениса вопросительным взглядом, когда он мне продемонстрировал подарок своей маме на день рождения. Он размахивал перед моим носом путёвкой — в тот самый отель, о котором я ему все уши прожужжала в прошлом году. И это я отправила ему ссылку на туроператора, который предлагал выгодный тур с проживанием в этом отеле. — Ну, занял я денег у Димона, — ответил он так легко, будто речь шла о ста рублях на пиво. — Договорился частями отдавать, потихоньку...

Эвелина стремительно ворвалась в кабинет отца, на несколько шагов опережая Егора, который размеренно и безо всякой суеты следовал за ней, как и полагается профессиональному телохранителю. – Что? Что такое?! – приподнялся с места Георгий Максимович, увидев, в каком состоянии находится его дочь. А Эвелина, сверкая глазами, оперлась о стол обеими ладонями и не проговорила, а прорычала, не собираясь скрывать клокотавшую в ней злость: – Папа! Ты знал?! Вы что, оба решили это, да? За моей спиной?! –...

– Эй, ты что это тут расселась? Айда на обед! – всплеснула руками Лида, которая уже два часа безуспешно разыскивала подругу. А Майя, спрятавшись за занавеской в музыкальном зале, забралась с ногами на подоконник и, обхватив колени руками, всё это время задумчиво смотрела на облака, плывущие по небу...

Друзья! В Дзене появилась новая фишка. В конце каждой статьи (см. скрин выше) жёлтый значок. Это Стелла. Теперь, чтобы поддержать любимого автора, можно нажать на Стеллу и перевести всего 10 р. Чем больше Стелл, тем лучше для автора. То есть, вы помогаете автору в продвижении его канала...

В этот же день Катя и Марфа разругались в пух и прах. Но перед этим Марфа, схватив дочь за руку, выволокла ее на улицу, чтобы Иван не стал свидетелем их скандального разговора. Он слышал за окном лишь обрывки фраз: Марфа вскрикивала, но тут же понижала голос - нечего и соседям слушать то, что она пыталась втолковать бестолковой дочери. Катя старалась донести до матери то, что её беспокоило, но Марфа не стала вдаваться в подробности и выпалила последнюю фразу перед уходом в дом: — Не смей ссорить...

Валера заулыбался, обнажив неровные зубы, и начал рассказывать какой-то бородатый анекдот. Таня смотрела на него потухшим взглядом, в котором не было ни любви, ни страсти — только бесконечная, серая усталость...

— Знакомьтесь, мама, папа. Это Валера. Мой... парень. Мы с Пашей замерли в дверях гостиной, не зная, то ли смеяться, то ли плакать. Парень! Пятый десяток пошёл, а она: «Парень!». В руках у Валеры был какой-то сиротливый кулечек с вафлями из ближайшего супермаркета. Одет в поношенный свитер в ромбик, из-под которого торчал воротник несвежей рубашки. Было бы смешно, если бы не было так горько. Лет десять-пятнадцать назад мы бы такого Валеру на пушечный выстрел к дому не подпустили. А сейчас стоим,...

— Лёша, после пар занеси ведомость в деканат, — голос куратора группы, Алисы Васильевны, звучал привычно сухо. Она не очень любила этого своенравного студента, который обожал хвастаться своими достижениями. Лёша, который был младше Даниила на семь лет, не отличался особой усидчивостью и терпением. Он мгновенно вспыхивал, загораясь очередной идеей, но уже спустя максимум неделю терял интерес. Такое непостоянство порядком раздражало родителей. Ксения включала стервозную мать и пилила сына так, что он несколько раз порывался уйти из дома...

– Ну что, Нин, давай?! – Давай, Верунь! За праздник! Обе женщины разом подняли стопки, чокнулись, выпили и Вера принялась закусывать килькой в томате, которая прямо в банке стояла на столике рядом с варёными яйцами, винегретом в миске, хлебом и зеленью. Нина только лишь поднесла к носу рукав белого медицинского халата и вдохнула не выветрившийся после стирки запах хлорки. – Ну, ты даёшь, Нин, – с восхищением проговорила Вера. – Чистый спирт ведь… – Поработай с моё, – отмахнулась та. – И не таким фокусам научишься...

— Светик, помощь твоя нужна… финансовая. — Да, конечно, рассказывай! Я вся внимание. Я готова была выслушать мужа. Потому что в нашей семье так сложилось: основное финансовое бремя тянул Миша. Его зарплата уходила на ипотеку, обслуживание машины, крупные закупки продуктов и так далее. Мне же оставалось «по мелочи»: коммуналка, мои личные хотелки и наши общие развлечения — походы в кино, кафе, подарки друзьям. Но так как я по натуре человек экономный, именно у меня всегда водилась «заначка» на непредвиденный случай...

Приняв от Софии Карловны пустой стакан, Марина улыбнулась ей самой вежливой из своих улыбок: - София Карловна, мне кажется, что вы взволнованы и Вячеслав будет этим очень недоволен. Может быть, Дарье не следовало обременять вас неприятными разговорами, особенно в такой ранний час? - Ну что вы, Мариночка, - слегка покачала головой пожилая женщина. - Дарья здесь ни при чём. Она просто пришла пожелать мне доброго утра, а я уже сама пригласила её к разговору. - Хорошо, - кивнула Марина. - Однако на месте Дарьи я не стала бы беспокоить вас, потому что это вредно для вашего здоровья...