Большое сердце

Нина работала фармацевтом в круглосуточной аптеке. Смены длинные, люди нервные, рецепты порой нечитаемые. Она привыкла к этому за десять лет. Вечером, после смены, шла с автобусной остановки. На часах девять...

Рита лежала на кушетке и разглядывала трещину на потолке. Ей шёл двадцать пятый год, она работала учителем литературы в школе, жила одна в съёмной квартире и каждое утро вставала с мыслью, что сегодня всё получится. Сегодня она съест ровно три ложки творога на завтрак, зелёное яблоко в обед и кусок отварной курицы с огурцом на ужин. Это был план никогда не срабатывал. — Расскажите про маму, — сказала психолог, женщина с добрым лицом и седыми прядями в волосах. Рита закрыла глаза. Мама, Валентина Игоревна...

Валентина Николаевна переехала к ним полгода назад, когда вышла на пенсию и продала свою однокомнатную квартиру в соседнем городе. Деньги отдала сыну — сказала, на обустройство семейного гнезда. Олег тогда обрадовался, обнял мать, пообещал, что она ни в чём не будет нуждаться. Инна промолчала. Она уже знала, что свекровь — женщина заботливая, но тяжёлая. Слишком много советов, слишком много внимания к каждому чиху её сына. Олег работал инженером на заводе графитовых изделий. Работа сидячая, вредная, нервная...

София любила приют, в котором работала. Два года назад она пришла сюда волонтёром, через месяц осталась на постоянку. Уборка клеток, кормёжка, капельницы, выгул питомцев. Руки в царапинах, одежда, пахнущая животными, маленькая зарплата. Но каждое утро, когда она открывала дверь и слышала лай, вой, радостный визг — её собственное сердце начинало биться сильнее. Здесь всё имело смысл. Борис считал иначе. Менеджер в крупной компании, он привык к цифрам, планам, отчётам. Его родители, оба бывшие инженеры, воспитали сына с чётким представлением о правильной жизни...

Светлана стояла у стены с фотографиями. Её собственное лицо смотрело с каждого снимка. Чёрно-белое, цветное, в профиль, анфас, крупным планом, в полный рост. Дмитрий выбрал двадцать работ для персональной выставки в городском центре искусств. Это событие назвали главным культурным открытием сезона. Дмитрий получил грант, премию, приглашения в Москву. Светлана тогда гордилась. Ей казалось, они работают в паре. Он — художник, она — муза. Вместе создают красоту. Многое изменилось за пять лет. Теперь на этом стенде висела табличка: «Ранний период...

Дмитрий уволился в пятницу. Пришёл домой раньше обычного, поставил на стол коробку с вещами, сел напротив Ольги и сказал: — Я больше не инженер. Ольга в этот момент варила макароны. Выключила газ, повернулась к мужу. — Ты уволился? — Да, — сказал он, переодеваясь в домашнее. — Так звёзды сказали. Меркурий ретроградный, Сатурн давит на десятый дом. Карьера на этом месте принесёт только потери. Ольга смотрела на него и не узнавала. Ещё недавно Дмитрий защищал проекты, ездил на объекты, получал премии...

Анна вышла замуж за Петра в двадцать семь лет. Он работал инженером, она — медсестрой в поликлинике. Первые годы они жили в съёмной однушке, копили на своё жильё. Анна думала о детях, но Пётр говорил: «Подожди, встанем на ноги». Она ждала. Через два года купили квартиру. Анна завела разговор снова. Пётр вздохнул, сел напротив, взял её за руки. — Аня, нам нужно съездить к врачу. Вместе. Они обошли нескольких специалистов. Анне назначили анализы, УЗИ. Врачи говорили, что она здорова, все показатели в норме...

Раиса Фёдоровна приезжала в гости к сыну и невестке каждый месяц и каждый раз привозила новый подарок из прошлого. Всё началось с фарфоровой собачки. — Наденька, дорогая, я тебе такое принесла! — голос у Раисы Фёдоровны звенел, как праздничный колокольчик. — Это же фамильная реликвия! Моя мама эту статуэтку в шестьдесят пятом году купила. Представляешь, сколько ей лет? Ты, Наденька, береги. Собачка смотрела на Надю одним стеклянным глазом. Второй глаз выпал, на его месте чернела пустая ямка. — Спасибо, Раиса Фёдоровна, — вежливо сказала Надежда...

Денис спал. Он работал в такси, вчера пришёл поздно, выпил для расслабления, включил телевизор. Татьяна не ругалась. Он работящий, аккуратный, но денег приносит ровно столько, что хватало только на продукты. Коммуналку, одежду, лекарства — всё это Татьяна закрывала сама. У неё хорошая должность в оптовой компании, начальник ценит, премии платит регулярно. Но главный доход приносила ей первая квартира. Та самая. На улице Строителей. Двушка в хрущёвке, которую ей оставила мать. Мать умерла, когда Татьяне было двадцать пять, молодая ещё, пятьдесят три года, сердце...

Полина вышла замуж в двадцать семь. Денис ухаживал красиво, с цветами, с походами в кино, с долгими разговорами о будущем. Он говорил, что любит её, что она самая нежная девушка в мире. Она тогда смеялась, прижималась к его плечу и верила каждому слову. Свадьбу сыграли в сентябре. Столы ломились от еды, гости пили и танцевали, а мать Дениса, Надежда Петровна, весь вечер ходила с кислым лицом. Полина заметила, как свекровь шепнула что-то сестре Дениса, а потом обе посмотрели на неё и переглянулись...

Елена укладывала чемодан и слышала, как Алиса в ванной поёт песню из мультфильма. Семь лет, два передних зуба выпали, голос тоненький, счастливый. Дмитрий сидел в гостиной, листал телефон. — Дима, ты точно не передумал? — спросила Елена, складывая дочкины шорты. — Две недели без тебя. Алиса расстроится. — Работа, Лен. Совещание через два дня, начальник сказал, что отпуск точно не даст. Мы же всё уже обсудили. Он говорил это уже третий раз за неделю. Елена привыкла, что Дмитрий много работает, приходит поздно, в выходные отвечает на звонки...

Светлана работала кассиром в супермаркете. Сутки через двое, по двенадцать часов. Ноги гудели к вечеру, глаза слипались за кассой, но она не жаловалась. Работа есть работа. Олег, её гражданский муж, трудился слесарем на заводе. Зарплата у него была небольшая, но он не стремился к сверхурочным: «Зачем убиваться, если всё равно богатым не стать». Они снимали однокомнатную квартиру на окраине. Платили двадцать пять тысяч, плюс коммуналка. Светлана вносила двадцать, Олег — остаток. Продукты покупала тоже она...