Алло, Бордо!

Когда я наконец смог оторвать взгляд от бьющегося Гарта, церемониймейстер уже вплотную придвинулся к полированному столу. Трёхслойный белоснежный саван небрежно горбился подле ларца. На верхнем сгибе дорогого шёлка успели загустеть идеальные, налитые влагой капли крови убитого архмилитанта — будто их выдавливали из пипетки. Служитель упрямо потянул дрожащую руку к крышке. — Последний раз говорю, — глухо процедил Серафим. — Шаг назад. Старик даже не повёл седой головой. — Чин… нарушен будет! Всё...

Воздух в Зале Предстояния мгновенно налился густым запахом жжёного мяса, и с силой ударил в ноздри, заставляя лёгкие болезненно сжаться. Вейн всё ещё стоял на ногах, хотя жизнь уже окончательно покинула закованное в броню тело. Его правая рука судорожно дёрнулась. Широкие пальцы слепо сграбастали пустоту там, где секунду назад покоилась рукоять его дорогого оружия. Левая кисть неуверенно поднялась к подбородку. Аврелия небрежно разжала тонкие пальцы. Она отпустила широкое запястье архимилитанта...