Юрий Аганин | Поэт, прозаик, драматург

Шестидесятипятилетняя пенсионерка Валентина Петровна Старостина привычно сидела на кухне и наблюдала через окно за происходящим во дворе. По телевизору показывали какую‑то неинтересную передачу про боевые действия, а такие новости она категорически перестала смотреть с момента, когда её единственный сын Виктор ушёл добровольцем на фронт. Прошёл уже год, как сын был на войне, и, по идее, вот‑вот контракт должен закончиться, и Витюша наконец‑то вернётся домой. — И зачем он туда поехал? — который раз задавала себе вопрос Валентина Петровна, наблюдая за спешащими куда‑то прохожими...

Раньше по четвергам в советских столовых был рыбный день. Помнится, на первое – уха из минтая, на второе – жареная треска или палтус, рыбка по-польски, котлетки из судака, да и ещё много чего рыбного. Сегодня столовка не работает, закрылась лет пятнадцать назад. А у Коли Рогозина с супругой Валентиной каждый день – рыбный. Хоть вторник, хоть суббота. Что Николай наловит, то и съедят. Что и говорить, небогато сегодня поживают Рогозины. Не то, что раньше. В былые годы, когда рыбколхоз работал, хорошо...

- Чумовая пятница сегодня намечается, - Борода оглянулся на своих братьев, широко улыбнулся и, блестящая фикса сверкнула на солнце, немного ослепив бандитов, - Все готовы? Обрезы с собой? - он перестал улыбаться, строго посмотрел на братьев и те утвердительно закивали. - Ну что ж! Тогда вперёд, на лесной рынок, заберем своё, ну а потом к Гусыне, веселится до утра, у неё в баре всегда симпатичные козочки тусуются. Семеро братьев-козлов уже несколько лет в ужасе держали весь лес. Обложили данью всех, до кого дотянулись их загребущие копыта...

Стаська с недавних пор жила в доме у Климовых — с того момента, как её Порошины из своей избы выгнали. Правда, за что выгнали, Стаська не понимала: вроде бы спокойно жила, не проказничала, днями за печкой сидела и только глубокой ночью, когда все спали, вылезала из укрытия — ноги‑руки размять. Порошины были уже в возрасте, жили тихо, можно сказать, что век доживали. Но прознали о домашней кикиморе в доме — о Стаське, то есть, — когда хозяин ночью по нужде проснулся, а Стаська в окошко на луну любовалась...