Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ЯМАЛ-МЕДИА

Пришли со своей одеждой и замёрзли: чему русским пришлось учиться у северных народов

На Севере у некоторых добытчиков есть поговорка: «Одежда – это скафандр. А дырявый скафандр – это смерть». Неспроста многие опытные охотники так любят малицу – традиционную одежду северных народов мехом внутрь. Казалось бы, архаика. Но когда ты несколько часов петляешь по кустам, потея от физических нагрузок, а потом встаёшь на номере на ветру, синтетический утеплитель «запирает» влагу. Шерсть оленя внутри малицы «дышит», а меховой ворс работает как насос, выталкивая конденсат наружу. Ночью малицу выворачивают и промораживают. Утром она сухая, как спичка. Ещё одна любопытная часть «гардероба» северян – камусные лыжи. Подбивка из оленьей шкуры с ног животных делается так, чтобы ворс был направлен назад. Тогда лыжи не скользят, когда охотник забирается в гору – и, напротив, едут, как по маслу при спуске. Ни один современный материал не может обеспечить такой эффект. И главный лайфхак древности: камус не «намерзает» сырым снегом. Если снег налип, достаточно постучать лыжей о лыжу. В это н
Оглавление

На Севере у некоторых добытчиков есть поговорка: «Одежда – это скафандр. А дырявый скафандр – это смерть». Неспроста многие опытные охотники так любят малицу – традиционную одежду северных народов мехом внутрь.

Казалось бы, архаика. Но когда ты несколько часов петляешь по кустам, потея от физических нагрузок, а потом встаёшь на номере на ветру, синтетический утеплитель «запирает» влагу. Шерсть оленя внутри малицы «дышит», а меховой ворс работает как насос, выталкивая конденсат наружу. Ночью малицу выворачивают и промораживают. Утром она сухая, как спичка.

Ещё одна любопытная часть «гардероба» северян – камусные лыжи. Подбивка из оленьей шкуры с ног животных делается так, чтобы ворс был направлен назад. Тогда лыжи не скользят, когда охотник забирается в гору – и, напротив, едут, как по маслу при спуске. Ни один современный материал не может обеспечить такой эффект. И главный лайфхак древности: камус не «намерзает» сырым снегом. Если снег налип, достаточно постучать лыжей о лыжу.

Фото: evgenii mitroshin/Shutterstock/Fotodom
Фото: evgenii mitroshin/Shutterstock/Fotodom

Наука и древность

В это непросто поверить, но современные технологические компании, те, что шьют экипировку для восхождения на Эверест, пытаются копировать одежду некоторых северных народов. По открытым данным исследований МГУ и институтов материаловедения за 2022-2023 годы, оказалось, что структура полого волоса северного оленя имеет коэффициент теплопроводности ниже, чем у самого дорогого Polartec Alpha. Так получается из-за наличия вакуумных камер в волокне, и повторить это природное чудо до сих пор не получилось.

Система «мех+кожа» тоже уже стоит на вооружении создателей высокотехнологичной экипировки. Принцип многослойных чулок – сначала собачий мех, потом олений, потом травяная стелька-супинатор – используется сейчас в тактических сапогах с технологией Omni-Heat, где алюминиевые точки отражают тепло, а прослойка работает как та самая трава.

Но и это ещё не все. Учёные выяснили, что ворвань – натуральный жир, которым раньше пропитывали обувь, структурно сложнее силикона. Сейчас ведутся разработки биомиметических пропиток на основе кашалотового жира без уничтожения китов.

Адаптация русских на Севере

Русские пришли на Север, зная и умея многое. Но ошибки были неизбежны, ведь первые путешественники привыкли к костру и сухому платью. А в тундре дров попросту нет.

Фото: Фёдор Воронов/«Ямал-Медиа»
Фото: Фёдор Воронов/«Ямал-Медиа»

Русские ели постную строганину, запивая кипятком. А местные предпочитали оленину и олений жир. И были правы: без жира «трясучка» на морозе наступает куда быстрее. Русские, пытаясь «греться» сухой рыбой, дико мёрзли.

Ещё одной ошибкой была привычка носить русские валенки на кожаной подошве – в оттепель на Севере эта обувь смертельно опасна. Влага поднимается по шерсти, как по фитилю. А вот северные пимы или кисы, расширенные в голенище, вентилируются куда лучше и защищают ноги от промокания и замерзания.

Первые русские, пришедшие на Север, пытались ночевать у огромного костра. Итог был неутешительным: лицо горит, спина в инее. Местные научили путешественников рыть норы в сугробе или ставить нюк (покрышку чума) «на живую нитку».

Что русские переняли у северных охотников

В первую очередь, русские путешественники оценили олений транспорт и собачью упряжку цугом. Лошадей на Севере нет, поэтому олень – вне конкуренции.

Фото: evgenii mitroshin/Shutterstock/Fotodom
Фото: evgenii mitroshin/Shutterstock/Fotodom

Также по вкусу первым добытчикам пришлась петля-самолов (пасть) на песца. Сложная система противовесов из камней и палок покорила добытчиков мгновенно, так как русский охотник знал толк в кулёмах на медведя. Синтез произошёл в «черкане» – деревянном самолове давящего типа, который мы знаем до сих пор.

В прошлом веке один русский промысловик пришёл в Тиманскую тундру добывать моржа, но судно раздавило. Его подобрали ненцы. Захарий не стал учить спасителей, «как правильно жить», а начал присматриваться к местным обычаям.

Прожив в чуме 12 лет, он перенял у хозяев «нюх на воду» – умение находить пресный лёд для питья по цвету отсвета облаков. Соединив русский поморский карбас и ненецкую нарту, он создал гибрид – лодку на полозьях, которая позволяла переплывать полыньи и скользить по припаю, добывая тюленя там, где его не ждали. Умер Захарий богатейшим скупщиком пушнины, оставив после себя сеть факторий.

Друзья, если вам было интересно читать, ставьте «лайк» и подписывайтесь на канал «Ямал-Медиа». Здесь мы ежедневно публикуем статьи и видео о жизни на Крайнем Севере, рыбалке, охоте и не только.

Читайте также:

С ней не сравнится ни один пуховик: как малица спасает жизни в тундре в -50°C
ЯМАЛ-МЕДИА
26 января