Глава 5: Дыхание смерти
Тот, кто смеет бурить ад в сердце камня, тот познает истинный вкус смерти. Но и тот, кто слышит шепот смерти еще до ее прихода, обретет силу, что превосходит железо.
Хроники Аджимушкайского подземного гарнизона. Исторический военный триллер с элементами мистики
Глава 4: За ведро воды — ведро крови
24–25 мая 1942 года.
Вторая газовая атака была страшнее первой.
Немцы учли ошибки. Они больше не пускали газ через входы — они бурили шурфы. Специальные отверстия в сводах каменоломен, через которые закачивали отраву прямо в сердце подземного гарнизона.
Алексей находился в дальней штольне, когда услышал крик:
— Газ! Га-аз!
На этот раз паники было меньше — сработала система оповещения, которую создал Ягунов. По штольням бежали связные, стучали по рельсам (кусок рельса, подвешенный в центральном проходе, стал набатом), кричали: «Газ! Всем в глубину!»
Люди бежали, прижимая к лицам мокрые тряпки, противогазные маски (те, у кого они были), просто рукава гимнастерок. Бежали, спотыкаясь о тела тех, кто не успел.
Алексей помогал тащить раненых. Одного, второго, третьего. Руки дрожали от напряжения, в глазах темнело. Но он продолжал.
— Кравченко! — окликнул его Бурмин. — Живо в штаб! Ягунов вызывает!
В штабе было не протолкнуться. Командиры, связные, медики — все смешались в одном тесном пространстве. Ягунов стоял в центре и диктовал радиограмму. Его голос был спокоен, но Алексей видел, как побелели костяшки пальцев, сжимающих планшет.
— «Всем! Всем! Всем! Всем народам Советского Союза! — диктовал полковник. — Мы, защитники обороны Керчи, задыхаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся!»
Радист — молоденький парнишка с трясущимися руками — выстукивал морзянку. Аппарат работал от самодельного генератора, который крутили вручную. Где-то в соседней штольне бойцы по очереди вращали ручку, выбиваясь из сил, чтобы дать связь.
— Успеют? — спросил кто-то.
— Должны, — ответил Ягунов. — На Большой земле должны знать, что мы еще живы. Что мы деремся.
Радиограмма ушла. И почти сразу погас свет — генератор остановился, кончилось горючее.
Наступила полная, абсолютная тьма.
Газ рассеялся только к утру. Когда Алексей выбрался в центральную штольню, его взгляду предстало то, что он никогда не сможет забыть.
Тела. Десятки, сотни тел. Они лежали в неестественных позах, с разорванными на груди рубашками — люди пытались разодрать одежду, чтобы вдохнуть. У многих изо рта и ушей текла кровь. У некоторых были широко открыты глаза — они так и умерли, глядя в темноту.
— Здесь дети, — прошептал кто-то рядом.
Алексей обернулся. Тимур стоял у стены, прижимая руку ко рту. Перед ним на каменном полу лежали три маленьких тела. Мальчик лет семи и две девочки — одна совсем кроха, года три, вторая постарше.
— Они кричали, — сказал Тимур. — Я слышал. Они звали мать. А мать… — он кивнул на женское тело рядом. — Она лежала без движения. Пыталась закрыть их собой.
Алексей ничего не ответил. Он просто опустился на колени и закрыл детям глаза.
Позже, много позже, когда все закончится, он будет просыпаться по ночам от этого воспоминания. От этих детских лиц. От этого запаха — сладковатого, приторного, смешанного с известковой пылью и смертью.
Но сейчас нужно было жить. И помогать жить другим.
Вечером Ягунов собрал командиров. Он был мрачен, но решителен.
— Мы потеряли около тысячи человек, — сказал он. — Это страшная цена. Но мы живы. И мы будем драться. — Он обвел всех взглядом. — Я приказываю: создать систему защиты от газовых атак. Использовать направление сквозняков. Завешивать проходы одеялами и плащ-палатками. Отводить газ в старые, неиспользуемые штольни. И еще…
Он сделал паузу.
— Создать бригады «слухачей». Людей, которые будут дежурить в разных частях каменоломен и слушать. Слушать, где немцы бурят шурфы, где закладывают взрывчатку, где готовят очередную газовую атаку. От этого зависит наша жизнь.
— Кто возглавит? — спросил Бурмин.
Ягунов посмотрел на Алексея.
— Сержант Кравченко. Он слышит камень. Он будет нашим главным «слухачом».
Алексей вытянулся.
— Слушаюсь, товарищ полковник.
— И еще, — добавил Ягунов. — Найдите мне тех, кто знает эти каменоломни лучше всех. Местных, которые здесь выросли. Мне нужна полная карта всех штолен, всех выходов, всех вентиляционных шахт. Мы должны знать этот лабиринт как свои пять пальцев. И тогда… тогда мы покажем фрицам, что такое настоящая подземная война.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ:
Глава 6: Слухачи
Сердечное спасибо за вашу подписку, драгоценный лайк и вдохновляющий комментарий! Ваша поддержка – бесценный дар, топливо нашего вдохновения и творчества!