Тем временем автобус выехал далеко за город. За окнами замелькали небольшие перелески, которые сменялись современными автосалонами и строительными гипермаркетами. Лиза поняла, что возвращаться назад, выйдя на одной из остановок, уже поздно и бессмысленно. Придётся взять себя в руки и всё-таки доехать до посёлка на встречу с Алексеем, хотя меньше всего на свете ей сейчас хотелось разговаривать с незнакомцами и решать какие-то дела.
Посёлок, где, по словам Алексея, жил её отец, оказался скорее небольшим уютным городком. Здесь были и многоэтажки, и продуктовые супермаркеты, и целые улицы, застроенные современными коттеджами. Правда, старые одноэтажные дома тоже никуда не делись — они лишь старались подстроиться под окружающую реальность благодаря отделочным материалам, и выглядели почти как новенькие, хотя чувствовалось, что за этим фасадом скрывается изрядная доля истории. Лиза, отыскивая нужную улицу, с умилением разглядывала эти миниатюрные домики, представляя тех, кто в них живёт, и когда наконец добралась до места, с радостью обнаружила, что дом отца похож на те строения, которыми она только что любовалась.
— Нравится? — раздался сзади спокойный голос.
Лиза обернулась. Перед ней стоял мужчина — высокий, с приятным лицом и той лёгкой полуулыбкой, которая располагает к себе. Продолжая улыбаться, она кивнула.
— Интересно, что даже наличники сохранились, хотя окна уже пластиковые, — заметила она, переводя взгляд на резной декор дома.
— Дядя Петя сам их вырезал и запретил убирать, когда мы с ним пытались облагородить фасад, — ответил мужчина, и Лиза тут же поняла, что перед ней Алексей, тот самый, с кем она говорила по телефону.
Она пристально всмотрелась в его лицо и, к своему удивлению, почувствовала смущение. Мужчина был невероятно похож на её любимого актёра из старых советских фильмов. Лиза отвела взгляд, смутившись.
— Я помогал дяде Пете привести дом в порядок, — продолжил Алексей, словно не замечая её растерянности. — Правда, с тех пор прошло уже лет десять, и дом снова успел обветшать.
— Выглядит прекрасно, — пролепетала Лиза, чувствуя себя неловко под его внимательным взглядом. — Я имею в виду дом.
— Я понял, — усмехнулся Алексей. — Вы ведь Елизавета? Я узнал вас по фотографиям в социальных сетях. А я — Алексей. Будем знакомы.
Он широко улыбнулся и протянул ей руку. Лиза легко пожала его ладонь и невольно поёжилась, ощутив тепло его кожи.
— Мы можем зайти внутрь? — спросила она, стараясь скрыть волнение.
— Простите за мою нерасторопность, — тут же спохватился Алексей. — Я совсем растерялся, когда вас увидел. Конечно, проходите.
Он открыл калитку и, пропустив Лизу вперёд, вошёл следом за ней.
— Дом вполне жилой, — сказал он, когда они оказались на небольшом дворике. — Мы даже можем выпить чаю. Я почему-то думал, что вы передумаете и не приедете сегодня, но вы здесь, и это замечательно.
— Почему я должна была передумать? — остановилась Лиза, обернувшись.
Алексей пожал плечами:
— Просто было такое предчувствие.
Лиза нахмурилась, но промолчала, решив не придавать значения его словам.
Они вошли в дом, и Лиза остановилась на пороге, оглядывая гостиную. Слева от входа располагалась просторная комната с множеством книжных стеллажей и большим камином, который занимал почти половину стены. В этот момент женщина впервые ощутила незримую связь с человеком, который жил здесь, — её отцом, которого она фактически не знала.
— Проходите, Елизавета, я сейчас поставлю чайник, — раздался из-за спины голос Алексея.
Лиза кивнула и нерешительно ступила в комнату. Её взгляд привлекла полка над камином, где среди прочих вещей стояли две фоторамки. На одном снимке был запечатлён отец — хотя он был гораздо старше, чем на тех фото, что хранились в старом семейном альбоме. Рядом с ним стояла невысокая женщина и молодой загорелый парень. Лиза скорее догадалась, чем узнала в нём Алексея. Но гораздо больше её заинтересовал второй снимок: на нём была она сама в возрасте четырёх лет. Это фото она помнила из своего детства.
— Вы специально поставили это фото сюда? — спросила Лиза, обернувшись к Алексею и указывая на детский снимок.
Мужчина удивлённо посмотрел на неё.
— Она всегда здесь была, — с лёгкой растерянностью ответил он. — С тех пор, как мы установили камин. А до этого ваша фотография стояла на полке над столом дяди Пети.
Лиза опустила глаза, чувствуя, как внутри что-то переворачивается. Она не знала, что сказать.
Алексей достал из серванта чайные чашки и скрылся на кухне. Через несколько минут он принёс поднос с дымящимся чайником и печеньем в небольшой вазочке, поставил на круглый столик у окна и жестом пригласил Лизу присесть.
— Присаживайтесь, угощение так себе, — извиняющимся тоном сказал он. — Но мне простительно — готовить я не умею, в основном питаюсь пельменями. Не кормить же вас ими, в конце концов.
Он одарил Елизавету своей фирменной улыбкой, от которой у неё снова перехватило дыхание. Женщина сдержанно кивнула, приняла из его рук чашку и присела на один из стульев у стола. Некоторое время оба молчали. Лиза задумчиво смотрела в одну точку, не решаясь начать разговор, и время от времени отхлёбывала из кружки ароматный чай.
— Возьмите печенье, оно вкусное, не бойтесь, — мягко улыбнулся Алексей, бросая на неё короткие взгляды.
— Спасибо, я не голодна, — ответила Лиза, задумчиво вращая кружку в руках. — Расскажите лучше, каким он был — мой отец?
Алексей пожал плечами, будто собираясь с мыслями.
— Угрюмым, немного замкнутым, но очень хорошим человеком, — сказал он, внимательно глядя на неё. — На самом деле он многому меня научил, и я благодарен судьбе, что он был в моей жизни.
Лиза хмыкнула с едва заметной горечью.
— Рада за вас, — буркнула она, не скрывая сарказма в голосе.
Алексей удивлённо приподнял бровь.
— Мне кажется, вы злитесь — на меня, на него или на жизнь в целом. Я ошибаюсь? — спросил он прямо, без обиняков.
— Вам показалось, — отрезала Лиза, но, видя его доброжелательный взгляд, всё же смягчилась и добавила: — Извините, просто сегодня не самый лучший день в моей жизни.
Когда Лиза произнесла эти слова, на глаза у неё неожиданно навернулись слёзы. Она испугалась, что сейчас разрыдается при постороннем человеке, и изо всех сил попыталась взять себя в руки, но ничего не получалось — тем более, что Алексей, сидящий напротив, участливо и без лишней навязчивости спросил:
— У вас что-то случилось? Возможно, я смогу как-то помочь?
— Вы, — выдавила Лиза с истеричной усмешкой, — вы уж точно не сможете мне помочь.
— Почему вы так уверены? — спросил он мягко, но с любопытством, глядя ей прямо в глаза.
— Потому что... потому что...
Она не договорила, закрыла лицо ладонями и разрыдалась — горько, безнадёжно, прямо перед совершенно незнакомым человеком, в доме отца, которого она почти не знала. Алексей не бросился к ней с утешениями, не пытался обнять или погладить по голове. Он просто молча подлил в её кружку горячего чая и ждал, пока наследница этого старого дома хотя бы немного успокоится.
— Простите, — пробормотала Лиза, шмыгнув носом, когда рыдания наконец начали стихать.
Она судорожно вытерла влажные щёки тыльной стороной ладони и, стараясь не смотреть на Алексея, заговорила, чтобы хоть как-то объяснить свою истерику:
— Понимаете, перед тем, как сесть в автобус, я увидела своего мужа... Он был с другой женщиной. Прямо на автовокзале.
Алексей переспросил, чуть подавшись вперёд:
— С другой женщиной? Но вы же говорили, он оставался дома, когда вы уезжали?
— Он и оставался, — горько усмехнулась Лиза. — Когда я уходила, он спокойно завтракал и никуда не собирался. А выходит, едва за мной закрылась дверь, он поехал к ней. Я не знаю, кто она, но, судя по всему, у них давно всё серьёзно. Я видела, как они вышли из магазина вместе, как он посадил её в машину, а потом... — она запнулась, прикусила губу, — потом он поцеловал её. Прямо на улице, при всех. А я стояла за углом и смотрела, как дура. А потом села в автобус и приехала сюда.
По её щекам снова покатились крупные слёзы, и тогда Алексей осторожно протянул руку и накрыл её ладонь своей.
— Пойдёмте, — сказал он тихо, но твёрдо. — Я вам кое-что покажу.
— Что? — опешила Лиза, испуганно подняв на него глаза.
— Ничего особенного. Просто то, чем увлекался ваш отец.
Она помедлила, но потом встала и, чувствуя себя немного потерянной, последовала за ним. Они прошли по длинному узкому коридору и через внутреннюю дверь вошли в подсобное помещение. Здесь, среди разнокалиберных инструментов и разного хлама, выделялся огромный верстак, занимавший всё пространство вдоль одной из стен. Он был завален обрезками дерева и стружкой, а среди них Лиза разглядела причудливые небольшие фигурки — птиц, цветов, зверей, — явно вырезанные вручную. Потом она увидела крохотный деревянный столик и пару игрушечных стульчиков, лежащих рядом. Она взяла один из них в руки, с удивлением разглядывая тонкую, филигранную работу.
— Что это? — спросила она с неподдельным интересом.
Алексей улыбнулся, заметив, как её взгляд потеплел.
— Ваш отец был мастером резьбы по дереву, — объяснил он. — Иногда он делал просто удивительные вещи. Здесь, правда, почти ничего не сохранилось из готовых работ, только заготовки. Но я сейчас покажу вам фотографии, станет понятнее.
Он достал телефон, пролистал галерею и протянул ей. Лиза увидела снимок самого невероятного кукольного домика, который когда-либо видела. С виду — настоящее произведение искусства: резные наличники, крошечные балкончики, черепичная крыша — всё было выполнено с такой любовью и мастерством, что она не могла отвести глаз. Она зачарованно листала картинки, рассматривая мелкие детали, и слёзы её высохли, а сердце постепенно переставало ныть.
— Отец всё это сделал сам? — спросила она, возвращая телефон Алексею.
— Да. Не на продажу, это было его хобби. Вот этот домик, например, он подарил детскому интернату в соседнем посёлке Сосновый.
Лиза невольно улыбнулась, услышав это.
— Очень красиво, — прошептала она.
Мысли её переключились на отца, которого она так и не узнала. Впервые в жизни ей захотелось увидеть его, поговорить с ним, понять, каким человеком он был на самом деле.
— Мне жаль, что вы так и не успели узнать друг друга, — тихо сказал Алексей, словно прочитав её мысли.
Она помолчала, глядя на деревянные заготовки на верстаке, а потом, решившись, произнесла:
— Алексей, я хотела бы обсудить вопрос о наследстве. Мне кажется, я не имею к этому дому никакого отношения. Будет разумнее переписать его на вас.
Мужчина удивлённо приподнял бровь, потом недоверчиво покачал головой:
— Вы меня удивляете, Елизавета. Не часто встретишь человека, который отказывается от недвижимости, пусть даже и старой. Но мы ведь уже обсуждали это по телефону. Во-первых, у меня есть свой дом в этом же посёлке. Во-вторых, я одинокий человек, вдовец, и мне некому передать даже то, что я имею. А в-третьих, у дяди Пети есть внук — ваш сын. Можете сделать наследником его, если вам самой дом не нужен. Уверен, дядя Петя был бы только рад.
ПРОДОЛЖЕНИЕ :