Часть 1
Следующие два дня пролетели в хлопотах. Наталья закупила всё по списку Алексея, включая сварочный аппарат.
По вечерам, возвращаясь домой, она заставала мужчину за работой: двор озарялся вспышками сварки, тут и там громоздились демонтированные части конструкции, застывал свежий бетон. Алексей трудился споро и аккуратно.
На третий день Наталья вернулась из театра, куда наконец выбралась с подругами. Стоял тёплый вечер. На ней было роскошное струящееся платье, мягко подчёркивавшее силуэт. Из-за вечной круговерти дел она почти забыла, каково это — быть просто красивой женщиной.
У искусственного пруда, собирая инструменты, стоял Алексей. Услышав въезжающую во двор машину, он обернулся — и когда Наталья вышла, замер. В его взгляде она прочитала немое, искреннее восхищение, ничуть не скрытое и не наигранное.
Она вдруг поймала себя на мысли, что впервые за много лет чувствует себя именно женщиной — а не жёсткой деловой хозяйкой, которую уважают и побаиваются.
Пройдя несколько шагов — почти по подиуму, внутренне радуясь его ошеломлённому виду — Наталья сама замерла от удивления. Мостик было не узнать. Почерневшие трухлявые доски сменила светлая лиственница, перила поблёскивали свежей краской, а дно русла сияло аккуратно уложенной мелкой мозаикой.
Алексей подошёл к запорному клапану и с шутливым достоинством приподнял воображаемую шляпу.
— Внимание! — с торжественной помпой объявил он. — Хозяйка, принимайте объект. Запускаю гидросистему.
Он с усилием повернул кран. Из спрятанной трубы вырвалась струя воды и с весёлым журчанием устремилась по руслу, заполняя чашу пруда.
— Теперь и у вас есть свой маленький Петергоф.
В его голосе мелькнули озорные нотки. Наталья подошла ближе, глядя на рябь, бегущую по глади воды, и внутри что-то тихо шевельнулось. Этот человек оказался настоящей загадкой. Чистоплотный, вежливый, немногословный — и при этом обладающий поразительным практическим умом.
Она никак не ожидала, что бродяга окажется способен заменить старую инженерную систему и самостоятельно рассчитать нагрузку на все элементы конструкции.
В её душе крепла уверенность: Алексей со своим загадочным прошлым был не так прост. Наташа перевела взгляд на массивные въездные ворота, которые при каждом движении по-прежнему издавали натужный раздражающий лязг, и повернулась к помощнику.
— Алексей, вы просто молодец, — искренне улыбнулась она. — Раз уж у вас так отлично всё получается, доверю вам и ворота. Завтра уеду на работу, сможете спокойно заняться ими. Справитесь?
Мужчина посмотрел на неё своим ясным взглядом и серьёзно кивнул.
Наталья вернулась домой совершенно разбитой. Последние несколько дней превратились в сплошной кошмар, а заботы о бизнесе навалились тяжёлым грузом.
Всё началось с волны негативных отзывов в социальных сетях. Наталья прекрасно понимала: кто-то из конкурентов намеренно пытается её подвинуть, нагло пороча её имя перед клиентами. Но настоящий удар ждал впереди.
Неожиданно позвонила администратор самого прибыльного салона в центре и со слезами сообщила, что приходил арендодатель с требованием съехать. Наташа тут же набрала его номер, и тот после долгих расспросов назвал имя влиятельной городской чиновницы, которая лично на него надавила. Наталья дозвонилась до администрации и, с трудом сдерживая гнев, потребовала соединить с начальницей. За неё холодным тоном ответила секретарша.
— Мы не в курсе ваших споров. Записывайтесь на приём и выясняйте всё лично.
Наталья записалась, но пока подошёл назначенный день, пришло новое известие: город прекращает аренду помещений под второй салон, и у неё есть месяц, чтобы съехать.
Вечером она сидела на веранде, бесцельно глядя в чашку с остывшим чаем. Поделиться этой бедой было абсолютно не с кем. После смерти мужа она осталась совсем одна. Алексей тихо подошёл со стороны сада и, помолчав, нарушил тишину.
— Хозяйка, на вас лица нет. Неужели я ворота криво покрасил?
Наталья грустно усмехнулась, чувствуя, как от этой скромной шутки к горлу подкатывает комок. Одиночество давило так сильно, что она не выдержала и, кусая губы от подступивших слёз, заговорила:
— Если бы ворота, Алёша. Меня просто уничтожают — выживают из собственных салонов, которые я строила годами. У меня там целая жизнь, огромный коллектив: бровисты, мастера по ресницам, маникюру, педикюру, депиляции — у всех семьи, дети. Я закупила дорогущее импортное оборудование для лазерной эпиляции, омоложения кожи, удаления пигментации. И куда мне теперь всё это везти? Восемьдесят процентов клиентов — постоянные, ходят годами. Если сейчас съедем в никуда, это огромные потери. Если не сказать — крах. — Она подавила вздох. — Завтра приём в администрации. Ничего хорошего не жду.
Алексей слушал молча, и когда она замолчала, негромко, но весомо произнёс:
— Я поеду с вами. В качестве поддержки. Одной вам в это осиное гнездо лучше не соваться.
Наталья подняла на него глаза, и внутри разлилось непривычное тёплое чувство защищённости. Ей так хотелось сейчас опереться на крепкое плечо. Она посмотрела на его спокойное мужественное лицо и тихо ответила:
— Знаете, Алексей, вы правы. Одной там ловить нечего — эти чиновники опять посмотрят, что пришла женщина права качать, и снова будут носы воротить. А с вами мне не так страшно. Поедем вместе. Пусть видят, что за мной тоже кто-то стоит.
Утром они приехали к серому монументальному зданию городской администрации. Наташа всю дорогу нервничала, а Алексей сидел рядом спокойный и собранный — густая борода с лёгкой проседью и коротко стриженые волосы делали его похожим на строгого профессора.
Это спокойствие в конце концов невольно передалось и Наташе.
В кабинете начальника управления земельно-имущественных отношений за массивным столом сидела женщина в строгом костюме. Наталья с порога, не дожидаясь приглашения присесть, твёрдо произнесла:
— Анна Николаевна, арендодатель ссылается на ваше указание расторгнуть договор с моей фирмой. Почему вы давите на арендодателей? Почему выживаете мой бизнес?
Чиновница медленно подняла голову. На её холёном лице проступила снисходительная усмешка, она откинулась на спинку кресла и фальшиво вздохнула.
— Наталья Васильевна, рынку требуется конкуренция, а вы его захватили. Не пускаете новых, более талантливых предпринимателей.
— Я не монополист. На рынке десятки других салонов, — возмущённо возразила Наталья.
Она бросила мимолётный взгляд на золотистый шильдик с фамилией «Пистолеткина А.Н.» — и в голове мгновенно всё сложилось. Она вспомнила недавнее открытие новой студии в центре с нелепым ковбойским логотипом и, шагнув ближе к столу, гневно прищурилась.
— Так вы просто расчищаете место для бизнеса своей дочери. Пробиваете ей дорогу, используя своё кресло. А знаете, чем это пахнет?
Пистолеткина насупилась. Её сытые щёки возмущённо задрожали, она шумно поднялась с кресла, сверкнув глазами.
— Будете мне угрожать — вас быстро выставят из кабинета.
Тут в разговор спокойно и весомо вмешался Алексей, выступив из-за плеча Натальи:
— Поосторожнее, дамочка. Вы при должности — стоит поумерить пыл. Наказание за злоупотребление должностными полномочиями никто не отменял.
Пистолеткина резко развернулась к нему, кривя губы в презрительной усмешке.
— А вы тут у нас ещё кто? Юрист? Телохранитель?
Чиновница уставилась на мужчину, выпятив губу в ожидании ответа. Прошло несколько долгих звенящих секунд — и на глазах её лицо вытянулось от испуганного удивления, а вся спесь мгновенно испарилась.
— Державин... — непроизвольно, едва слышным испуганным шёпотом вырвалось у неё.
Наталья ошарашенно перевела взгляд на Алексея. По внезапной панике в глазах высокомерной женщины она догадалась: они абсолютно точно знакомы. Наталья выжидающе посмотрела на спутника, но Алексей лишь слегка нахмурился, глядя на дрожащую чиновницу с холодным недоумением — он явно её не узнавал.
Понимая, что больше ничего от начальницы не добиться, Наталья резко бросила:
— Со мной эти бандитские методы из девяностых не пройдут, госпожа Пистолеткина. Я на вас жалобу напишу. Идёмте, Алексей.
Предпринимательница развернулась и решительно потянула его к выходу. Позади осталась стоять бледная, как мел, чиновница — её рука потянулась к телефону.
Обратный путь проходил в тяжёлом молчании. Наталья сосредоточенно вела машину, Алексей сидел рядом неподвижно, уставившись в одну точку. На полпути к дому трасса пошла на подъём, и автомобиль выехал на новый городской мост, открывавший панораму на реку.
Алексей вдруг подался вперёд, впившись взглядом в мощные пилоны и переплетения стальных тросов. Его дыхание стало частым и прерывистым, и он не громко, с каким-то глухим стоном произнёс:
— Державин.
Наталья невольно вздрогнула и покосилась на него. К её глубокому потрясению, этот сильный крепкий мужчина вдруг начал беззвучно плакать. Крупные слёзы катились по исхудавшим щекам, теряясь в густой бороде, широкие плечи мелко подрагивали. Он ни на что не реагировал, охваченный какой-то внезапной внутренней болью. Наталья тревожно покосилась на него и взволнованно спросила:
— Алексей, что случилось? Тебе плохо? Остановиться? Это всё из-за стресса от этой чинуши — мне самой противно после разговора, но я уже привыкла обивать пороги...
Мужчина в ответ лишь отрицательно покачал головой, не в силах вымолвить ни слова. Взгляд его был прикован к проплывающим мимо конструкциям, словно он видел сквозь бетон и металл что-то своё, скрытое от чужих глаз.
Когда колёса машины глухо зашуршали по асфальту уже на другом берегу, Алексей наконец откинулся на спинку сиденья, прикрыл глаза и тихо произнёс:
— Я вспомнил, Наташа. Я вспомнил, кто я такой. Этот мост построил я.
Наталья едва не перепутала педали от неожиданности. В её голове мгновенно поднялся вихрь мыслей — как и все в городе, она прекрасно знала историю этой грандиозной стройки, растянувшейся на несколько лет.
продолжение