— Повысили её, понимаешь! Ты решила из меня дурака сделать? Так я не первый год на свете живу и все прекрасно понимаю. Кому ты там дала? Этому лысому из головного офиса? Или своему финансовому директору?
Паша метался по комнате, как зверь в клетке. От избытка эмоций схватил пульт на диван, и со злостью швырнул его на пол. Тот разлетелся на несколько кусков, а Оля сжала голову в плечи, надеясь, что этим все и закончится.
Буквально полчаса назад она радовалась повышению, даже торт купила по этому случаю. Сейчас же обида сжимала горло крепкой рукой, а слезы так и норовили показаться на глазах.
— Ты хоть сам слышишь, что несёшь?
— Еще и я виноват? Ты из меня прекрати дурака делать. То задержки на работе, какие-то премии, а теперь и повышение? С кем ты спишь, — внезапно снова заорал он, покраснев.
— Успокойся. Просто из старых сотрудников только я…
— Ты мне зубы не заговаривай! Пятнадцать лет никому нужна не была, а тут вдруг — главбух! Смешно! Кому там дала? Колись!
Оля смотрела на него и видела не любимого мужчину, а чужого человека. Ведь когда она выходила за него замуж, он никогда на нее не повышал голос, обожал дарить цветы и щекотать. По утрам делал ей завтрак, старался слышать и слушать. Она забеременела, родилась дочь, следом сын. Было в их жизни все, ведь начинали они со съема. Как-то справлялись, экономили, выкручивались.
Она как пришла сразу же после института в свою фирму, так и тянула там лямку. Сначала просто бухгалтером, потом стала заменять главбуха. Параллельно тянула быт, детей. Все было просто и катилось по налаженным рельсам. И тут повышение…
Она внезапно спросила у себя, а что делал все время ее муж, Паша? Он работал менеджером по продажам в автосалоне, приносил зарплату, которая всегда была ровно в два раза меньше её, и на этом его вклад в семейную жизнь заканчивался. После работы включал компьютер и играл. Или смотрел сериалы на диване, частенько засыпая. По выходным ему было интересно только одно — уехать на рыбалку с мужиками. Они с радостным гиканьем грузили в багажник спиртное, удочки и уезжали на все выходные.
С детьми он не общался, ему было не интересно. За пятнадцать лет он ни разу не сходил ни на один утренник, не проверил ни одного дневника, не поговорил с ними. Сначала он оправдывался, что они маленькие, ему не интересно с ними. Потом как-то плавно все затихло. Есть папа и есть. Какой-никакой, а отец.
И вот она смотрит на него и искренне не понимает, почему вместо того, чтобы ее похвалить, он орет на нее? Оскорбляет, обвиняет в измене. Она хоть раз давала повод? Нет! У нее вся жизнь это дом-работа-дом. В разные отрезки времени вклинивался магазин, школа, садик, поликлиника. И все! Она не ходила к подругам, на корпоративы, в кафе. И вот теперь она, оказывается, женщина с низкой социальной ответственностью, которая готова на все ради повышения.
И вот теперь вместо семейного ужина она получила допрос с пристрастием. Она будто бы увидела все со стороны: себя, забитую и съежившуюся, и его, чувствующего себя альфа-самцом. Только по факту он давно уже стал жирным, пузатым кабаном с одышкой, который раз в неделю, пыхтя, исполнял супружеский долг, длящийся минуты три, после чего сладко засыпал. Зачем ей этот брак? Ради чего? Чтобы был статус «замужем»? Для галочки? Чтобы числиться не мамой-одиночкой? Но она и так, по сути, мать-одиночка. Только с прицепом, который днями лежит на диване и выносит мозг.
— Я подаю на развод, — внезапно вклинилась в его бурную обличительную речь Оля. В комнате повисла гнетущая тишина.
— Что?
— С квартирой разберемся, больше делить особо нечего. Алименты назначит суд.
— Ты совсем?! — казалось, мужчину сейчас бахнет инсульт, настолько он покраснел. — Я прав, да?! Я прав! Ты реально спишь с кем-то на стороне, раз такая смелая стала! Кто он? Я его найду! Я ему ноги переломаю!
— Никого нет, Паша.
— Что?! Не ври мне!
— Так слушай правду. Мне надоело с тобой жить. Надоело приходить домой и убирать за тобой. Надоело каждый день напоминать тебе, что надо почистить зубы, поменять чистые трусы и носки. Надоело оправдывать тебя перед детьми, мол, ты не бездушная скотина, а любишь их и просто устал. Надоело делать вид, что я не замечаю, как ты ночами играешь и делаешь свои дела в бутылку, потому что тебе лень дойти до туалета. Надоело терпеть тошноту, когда ты наваливаешься на меня потным жирным телом и ерзаешь, а я постанываю и молю, чтобы ты уже стал импотентом. МАЛО ЭТОГО? В чем смысл моего брака? Обслуживать тебя и раз в неделю еще и изображать страсть в постели? Когда мы в последний раз разговаривали?
— Ты пожалеешь, — процедил Паша сквозь зубы. — Ты без меня никто. Ты думаешь, твой хахаль на тебе женится? Да кому ты нужна с двумя детьми!
— Господи, какие шаблонные фразы. Да пусть даже никому, ни одна женщина без мужика не пропала.
Во время развода Паша кричал, что она изменяла, что разрушила семью. Ей было все равно, она скучающе изучала свои ногти, думая только лишь о том, что приготовить на ужин. После раздела имущества отдала бывшему супругу его долю деньгами. Да, пришлось взять кредит, ну и что? Справится.
Иногда она думала, почему все-таки столько времени терпела. Почему в них так крепко вбито, что надо терпеть, сохранять семью, жить ради детей? Только вот счастливы ли дети в такой семье? Какой пример они видят перед глазами. И почему мы так бездарно тратим свое драгоценное время на кого-то, кто абсолютно нас не ценит и не уважает. Пусть в глазах мужского сообщества именно она будет той, кто разрушила семью. ПЛЕВАТЬ!
Не забываем про лайк и подписку!
Еще интересные рассказы: