— Ты Коленьку моего не уберегла, — причитала Ольга Викторовна, буравя невестку ненавидящим взглядом поверх очков. — Почему не завела к врачу? Почему не уследила? Я тебе доверила единственного сына, а ты!!! Бог тебя накажет, а я ему помогу! Прокляну, буду свечки за упокой ставить, пока ты не сдохнешь, как собака!
Галя сидела за столом с прямой спиной и пыталась абстрагироваться. Истерика свекрови была ожидаемой, как-никак, похороны единственного сына. Но вот обвинения настолько несправедливыми, что в груди стала разрастаться ненависть. Она скрипнула зубами и опустила голову.
Они поженились рано, сразу же после того, как Коля пришёл с армии. Любовь, что поделать. Денег не было, но зато была пьянящая уверенность в том, что им все по плечу. Ее бабушка переехала к ее родителям и освободила молодым квартиру. Они стали родителями Оли и Серёжи. Дети родились один за другим, с разницей в год и три месяца. Галя крутилась как белка в колесе: ясли, садик, школа, больничные, работа в горячем цеху, вечерние смены, борщи, котлеты, заготовки на зиму. Коля работал на автобазе механиком, получал нормально.
Обычная семья, каких тысячи, если бы не одно но... К сожалению, муж был, как сейчас принято говорить, «бытовым инвалидом». Он не знал, где лежат чистые носки, не мог самостоятельно найти в холодильнике кастрюлю с борщом и забывал, что утром необходимо чистить зубы и менять трусы. За тридцать лет семейной жизни он ни разу не вынес мусор, не помыл за собой чашку и не знал, сколько лет его детям. Если Галя болела, он цокал языком и шел смотреть телевизор, спокойно спрашивая, через сколько будет ужин. Ему и в голову не приходило, что что-то в их жизни идет не так. Он искренне считал, что жена должна быть счастлива — ведь он не пьёт, не бьёт, не изменяет. А всё остальное — бабьи заботы.
Галя первое время пыталась его изменить, просила помочь, но все было бесполезно. Муж "забывал" или делал так, что проще было сделать самой. И она терпела. Да и у нее был перед глазами пример родителей, которые всю жизнь так прожили. И она со временем стала считать это нормальным. Да, уставала, да, кололо сердце, и выглядела она намного старше своего возраста, но зато дети росли в полной семье, с отцом, да и она замужем. Да и, честно говоря, она была очень тихой и покладистой, ей в голову не могло прийти, что можно поднять бунт на корабле.
Несколько лет назад у Коли начал регулярно прихватывать живот. Он жаловался редко, но она видела, что ему плохо. Если сильно прихватывало, то горстями пил обезболивающее и просто лежал на диване. Она не молчала, уговаривала обратиться к врачу, твердила, что необходимо соблюдать диету, отказаться от выпивки и шашлыков. Коля морщился и грубо ее посылал. Потом она от него отстала, в конце концов, сколько можно?
Возможно, она бы не отстала от него, если бы у нее не навалилось своих забот. Старшая дочка родила, нужна была помощь с внуком, сын разводился с женой, переживал. Муж тем временем продолжал жить в своё удовольствие. Еще и пристрастился после работы задерживаться с мужиками в гараже выпить. Она махнула рукой, делай что хочешь, только ее не трогай.
В ту пятницу он, как обычно, ушёл в гараж ремонтировать машину. Галя прекрасно знала, что это просто повод. Как обычно, взял с собой пузырь, мужики подтянулись с пивом и закуской.
Дальше всё она уже знала со слов друзей. Уже к вечеру Коля стал жаловаться, что у него крутит живот. Его по-дружески хлопали по плечу: «Не ной, Колян, до свадьбы заживёт». Он кивал, выпил ещё рюмку, потом ещё. Под утро ему стало совсем плохо, он скрючился на диване и вдруг обмяк. Вызвали скорую. Врачи приехали быстро, но в больнице уже не смогли ничего сделать: панкреонекроз.
Когда Гале сообщили, она только охнула. Врач долго расспрашивал ее, почему супруг не обследовался, не соблюдал диету. Ведь всего этого можно было бы избежать, если бы он вовремя обратился за помощью. Она слушала и чувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитывают за шалость. И тут впервые почувствовала злость из-за этой ситуации. Она не соблюдала диету, пила и жрала все подряд? Ему было плевать на его здоровье, она ему не мама, в конце концов!
На похоронах свекровь стояла с каменным лицом и потом, после кладбища, стала причитать, что Галя не уберегла ее сына. Она промолчала, ей и так было плохо. И пошло-поехало…
И вот теперь, на поминках, свекровь совсем распоясалась. Галя молчала, терпела, наблюдая, как ее дети и мама пытаются успокоить Ольгу Викторовну. Но та явно принимала хорошее отношение к себе за слабость и все повышала и повышала градус скандала. Только вот после фразы про свечки в голове у нее что-то щелкнуло. Она внезапно подняла голову и спросила:
— А вы чем лучше? Я же говорила вам, что у Коли болит живот, а вы что? Кричали, что это потому, что я готовлю плохо. Вы о своем сыне вспоминали только тогда, когда вам нужна была помощь или деньги. Что вы сейчас изображаете?
— Так ты плохо и готовила, вот Коля и умер!
Галя внезапно вскочила и стукнула кулаком по столу. Все замерли, в шоке уставившись на нее. Ведь она за всю жизнь никогда ни на кого не повысила голос, всегда наоборот всех мирила и сглаживала конфликты. Но сейчас женщина была не в себе:
— Он умер, потому что я устала воспитывать еще и третьего ребенка! Я вашему Коле была мамкой! Завтрак приготовь, собойку собери, белье перед носом положи, иначе он в грязных трусах на работу пойдет. Все вопросы всегда на мне, проблемы тоже. Я ему не говорила про врача? Говорила, только он меня посылал. Знаете, а я устала! Устала, понимаете? Ус-та-ла. Я ему тридцать лет пятую точку подтирала, хватит. И вам я не нужна была никогда, только чтобы пальцем тыкать: не так стоишь, не так готовишь, не так лежишь. Всё. Хватит. Больше нас с вами ничего не связывает.
Она замолчала, а вот свекровь так и застыла за столом с разинутым ртом. Все молчали, никто не знал, как на это реагировать. Первой не выдержала ее дочь, вскочив и шикнув на бабушку:
— Не трогайте маму. Я думаю, вам лучше пойти домой.
— ЭТО ДОМ МОЕГО СЫНА!
Галя выскочила в коридор, в груди что-то клокотало и наружу рвался дикий вой вперемешку с плачем. Она чувствовала себя странно. Будто бы у нее прорвала долго болевшая рана, и наступило освобождение. Да, жестко, да, надо было промолчать, у свекрови горе, но сил терпеть уже не было…
Прошёл год
Свекровь пошла в суд, требуя все, что полагалось ей по закону. Галя не спорила, делить было особо нечего. Квартира досталась им от бабушки, машина дышала на ладан. Да, как-то не нажила она с шикарным мужем особого богатства. Она выплатила все и вздохнула спокойно.
Как ни странно, ее дети не приезжали к бабушке и даже ей не интересовались. В принципе, это было логично. Та никогда не интересовалась внуками, а теперь и вовсе стала чужой. Свекровь, правда, всем рассказывала, что невестка угробила ее сына и настроила против нее внуков, но ей было плевать. Кому надо, те и так все знают, а кто поверит, так это не ее проблемы.
Как-то незаметно она ожила. Оказалось, что не нужно днями стоять у плиты, и бесконечно готовить. Ведь Коля никогда не ел вчерашнее, только свежее. Не нужно подстраиваться под него, выкраивать деньги на его очередную приблуду, которая потом пылилась на полке. Появилось больше денег, времени и сил. Оказалось, можно не отчитываться за каждую копейку и не ездить через выходные к свекрови, чтобы сделать там генеральную уборку, потому что «у мамы спина болит».
Она вспоминала мужа редко, будто бы чужого человека. Ей было стыдно признаться, что ей повезло, что всё вышло именно так. Её воспитание никогда не позволило бы ей развестись. Она бы продолжила безропотно тянуть лямку, а со стороны бы всем казалось, что у них счастливая семья. Теперь же она наконец-то почувствовала себя свободным человеком.
Не забываем про подписку и лайк
Еще интересные рассказы: