Он остался в истории под прозвищем «Прекрасный», и речь идет не о его внешности. В отличие от Альбрехта Дюрера, наш сегодняшний герой красавцем не был, но широко известно, что Дюрер им непритворно восхищался. Комплиментарное прозвище, правда, присвоили мастеру очарованные его работами итальянцы («Buonmartino»), а в родной Германии его называли коротко и суховато, «Шваб» (Schwab). Но до расцвета удивительного дюреровского гения, именно он был самым известным гравёром к северу от Альп, а юный Альбрехт коллекционировал и благоговейно копировал его работы.
Мартин Шонгауэр родился в городе Кольмаре (и сегодня восхитительном и цветущем, во всех смыслах), в семье ювелира из Аугсбурга, Каспара Шонгауэра Старшего - как мы знаем, в ту эпоху великолепные живописцы нередко росли в семьях ювелиров (как тот же Дюрер, например), но год его рождения точно не известен. Немецкие искусствоведы считают, что дата между 1445/1450 годами. Его отец переехал в Кольмар из Аугсбурга около 1440 года.
Кольмар сегодня принадлежит Франции, это Эльзас, но в XV веке он был частью Священной Римской империи, в семье Шонгауэров, как и в городе, говорили по-немецки.
В 1445 году Каспар Шонгауэр стал членом городского Совета и мастером гильдии ювелиров (что требовало, вероятно, как минимум пятилетнего пребывания в Кольмаре). У Каспара было четверо (в отдельных источниках называется пятеро) сыновей. Из них Георг и Пауль выбрали профессию отца, ювелирное искусство, Людвиг стал живописцем. Каспар Шонгауэр Второй (Младший), возможно, старший из братьев, упоминается лишь в нескольких документах - он тоже был ювелиром, в 1481 году изготовил кубок по заказу города и, возможно, это был именно он, кто в 1491 году, после смерти Мартина, встречался с Альбрехтом Дюрером (об этом позже).
Нас же интересует Мартин, о чьей жизни известно, к сожалению, не так уж и много. Мы знаем, что он проходил свое начальное обучение в ювелирной мастерской отца, получая навыки гравировки и чернения металлических изделий, что было обычным делом для будущих художников-гравёров в Германии XV—XVI веков. Далее продолжил овладевать ремеслом у другого местного художника-гравера, а затем поучился и в прогрессивном Нюрнберге, где на него огромное впечатление произвел новый стиль, который демонстрировали произведения знаменитых Яна ван Эйка и Рогира ван дер Вейдена. О первом из них мы говорили, разбирая один из его шедевров - «Мадонна каноника ван дер Пале» из Брюгге.
Интересно, что родители надеялись сделать из Мартина отнюдь не гравера, ювелира или живописца - они мечтали видеть его юристом или священником, и поэтому в 1465 году Мартин Шонгауэр был зачислен в университет Лейпцига. Но отучившись всего лишь несколько семестров, Мартин убедился в том, что все это не для него, и, оставив студенчество, вернулся в отцовскую мастерскую.
Художники того времени (впрочем, не только художники, а подмастерья из многих других гильдий, тех, что мы воспринимаем исключительно как ремесленные) считали необходимой частью обучения путешествие. Мартин начал свое не позже 1469 года. Он, совершенно точно, посещал Бургундию и Нидерланды, откуда привез свой собственный, особенный, жёсткий и экспрессивный, стиль резцовой гравюры на меди (восхищавший итальянцев). Предлагаю вам взглянуть на несколько его гравюр.
Кстати, кто вспомнит историю «неразумных дев» с портала собора в немецком Магдебурге?
Вот еще одна гравюра работы Мартина Шонгауэра.
Германское искусствоведение считает, что Шонгауэр был одним из первых немецких гравёров, который «поднялся над готическими ограничениями как в оформлении, так и в шрифте» и что он «воплощает в жизнь идею красоты, которая обращается к более общим идеалам, чем ранние гравёры». Им создано 117 гравюр, большинство из которых подписаны собственной монограммой мастера Мартина.