Лёгкий танк поддержки пехоты от компании Batignolles-Châtillon является малоизвестной для большинства читателей страницей истории французского танкостроения. Танк разработан инженерами Compagnie Générale de Construction de Locomotives в рамках программы замены устаревших танков и представлял классическую лёгкую бронемашину с экипажем из двух человек. Инженеры пытались создать современный танк с рациональной бронёй и вооружением — посмотрим, что же у них получилось?
История создания
В августе 1933 года командование французской армии запустило масштабную программу обновления бронетанковых сил (вошла в историю под названием «План 1933»), в рамках которой военные выпустили спецификацию на разработку лёгкого танка сопровождения пехоты — согласно требованиям по новой машине, её бронирование должно было составлять 30 мм для защиты от противотанковой артиллерии, крупнокалиберных пулемётов и гранат, на борту должно было умещаться два танкиста, а вооружение состоять из двух пулемётов пехотного калибра и 37-мм нарезной пушки. Примечательно, что всё вышеуказанное должно было уместиться в строго ограниченные шесть тонн веса. Задача для руководства завода Compagnie Générale de Construction de Locomotives, расположенного в городе Нант показалась интересной, задумав создать танк, способный конкурировать с промышленными гигантами навроде Renault, Hotchkiss и FCM. Инженеры компании Batignolles-Châtillon (так называли компанию в сокращённом виде) имели богатый опыт работы с металлом при постройке локомотивов, но работать над созданием танка для них было абсолютно новой задачей.
Первые работы над чертежами попытались провести ещё в 1933 году — однако уже тогда конструкторы столкнулись с технологическими ограничениями своего предприятия. Заводы-конкуренты на то время осваивали передовые технологии фасонного литья крупных броневых деталей, но предприятие Batignolles-Châtillon не располагало мощными литейными цехами — инженеры выбрали для постройки собственной машины консервативный метод, подразумевающий сборку корпуса из плоских листов катаной брони при помощи стальных уголков, заклепок и болтов. Однако уже в мае 1934 года работы по проекту едва не закончились — военные пересмотрели требования к технике и повысили толщину брони до 40 мм, а массу до восьми тонн. Инженерам завода Batignolles-Châtillon пришлось вносить срочные правки в проектную документацию — увеличение брони вело к увеличению веса всей конструкции. Кроме того, пришлось перекроить ходовую часть танка — прежняя не выдерживала массы танка. По итогу, по разным данным, проект утвердили то ли в конце 1934, то ли в начале 1935 года, и тут же начали собирать прототип для испытаний. В любом случае, прототип танка покинул сборочный цех в апреле 1935 года и выглядел он, скажем, немного архаичным — для защиты элементов ходовой части от осколков конструкторы создали массивные экраны из толстой стали.
В июне 1935 года опытный образец прибыл на государственный полигон в Венсенне для прохождения ходовых испытаний, которые выявили критические недостатки проекта — из-за применения клёпаной конструкции и тяжёлых бортовых экранов масса танка достигла отметки 11,76 тонны, превысив предел допустимой массы почти на четыре тонны, что создавало излишнюю нагрузку на двигатель танка. Это, в свою очередь, сказалось на динамике машины и её надёжности — 24 июня 1935 года танку была поставлена задача преодолеть дистанцию 50 километров, имитируя марш-бросок. Однако из-за ненадёжных узлов конструкции, танк не смог завершить этот пробег — трансмиссия перегревалась и сбоила, а на половитне пути произошла очень серьёзная поломка механизма рулевого управления и шестерёнок КПП. Сплошные бортовые экраны перекрыли инженерам доступ к агрегатам для оперативного ремонта. Комиссия приостановила тесты и предписала вернуть прототип на завод для устранения конструктивных дефектов. В течении второй половины 1935 года инженеры Batignolles-Châtillon пытались спасти проект и в первую очередь, им нужно было снизить вес танка — для этого конструкторы решили снять бортовые бронеэкраны. Эта мера открыла доступ к каткам и гусеничной цепи, что сделало возможным обслуживание ходовой части силами экипажа. В дополнение ко всему, рабочие перебрали коробку передач и попытались настроить карбюратор двигателя на максимальную отдачу.
В начале 1936 года обновлённый прототип без бортовых экранов прибыл на полигон для проведения второго этапа испытаний, но практические заезды не показали никаких изменений. Демонтаж экранов не позволил вписать машину в требуемый лимит в восемь тонн, танк оставался неповоротливой целью на поле боя. Из-за перегрузки, ходовая часть регулярно выходила из строя, а металлические гусеницы деформировались и ломались при движении по пересеченной местности. Также конструкторы так и не решили проблему с доступом к элементам трансмиссии внутри корпуса оставался затрудненным. На основе полученных данных, военная комиссия составила финальный отчёт, в котором признала танк от Batignolles-Châtillon тупиковой конструкцией, непригодной для серийного производства. В то же время прототипы от компаний Renault и Hotchkiss успешно прошли полигонные испытания, и их машины оказались более технологичными в производстве, показав высокую эксплуатационную надёжность. Военные подписали контракты на массовый выпуск танков R35 и H35, а проект Batignolles-Châtillon был официально закрыт. Это привело к тому, что завод прекратил все попытки выхода на рынок бронетехники до окончания Второй Мировой войны и вернулся к выпуску локомотивов, а опытный образец разобрали на металл за ненадобностью.
Описание конструкции
Лёгкий танк Batignolles-Châtillon 1935 года имел классическую для танков своего времени компоновку, в которой отделение управления располагалось в носовой части корпуса, боевое отделение занимало весь центр, а моторно-трансмиссионное отделение занимало кормовую часть. Экипаж боевой машины состоял из двух человек — механик-водитель размещался в корпусе, а командир находился в башне и выполнял функции наводчика и заряжающего. Конструкция машины была основана на технологиях начала 30-х годов 20-го века с широким применением клепаных соединений.
Бронированный корпус и башня
Конструкция корпуса сухопутного лёгкого танка Batignolles-Châtillon была основана на технологиях от начала ХХ века — завод компании не имел оборудования для фасонного литья крупногабаритных броневых деталей, да и от сложных геометрических форм с применением углов рационального наклона инженеры компании отказались, вследствие чего корпус опытного экземпляра имел угловатую форму с плоскими гранями. Основой для создания корпуса послужил прочный силовой каркас, собранный из стальных уголков, к которому рабочие, при помощи заклёпок прикрепляли плоские листы гомогенной броневой стали. Применение заклёпок сильно усложняло процесс сборки и негативно сказывалось на массе боевой машины, однако завод не располагал возможностями сварки корпуса (которая в то время ещё только вступала в свои права). Ещё одним негативным пунктом использования заклёпок был риск отрыва головок при попадании по ним, создавая серьёзную угрозу для экипажа. Толщина лобовой и бортовой брони была образована листами толщиной в 40 мм, что было указано в требованиях военных — они, по мнению инженеров, защищали от огня противотанковой артиллерии. Вся броня устанавливалась вертикально или с небольшим углом отклонения от вертикали. Крышу корпуса и днище собирали из стальных листов толщиной в 15 мм, защищавшей лишь от осколков снарядов и стрелкового оружия. О бронировании кормы данных мне найти не удалось — предполагаю, что корму прикрывали не более 20 мм стальной брони.
Внутренний объём бронированного корпуса делился на три функциональных отсека — в носовой части находилось отделение управления, с рабочим местом механика-водителя. За ним находилось боевое отделение, которое образовано центральной частью корпуса и вращающейся башней, занятой командиром танка. За ним, в корме танка было моторно-трансмиссионное отделение, отделённое от обитаемой зоны металлической противопожарной перегородкой. Рабочее место мехвода располагалось со смещением к левому борту корпуса — для посадки и высадки, нужно было пользоваться массивным откидным люком в лобовом листе. В походном положении механик-водитель открывал одну из створок люка для обеспечения хорошего обзора, а в боевом положении люк закрывался, и наблюдение за полем боя велось только через узкие смотровые щели, прорезанные в створке люка и скулах корпуса. Одной из «изюминок» проекта были массивные бортовые броневые экраны, что крепились к бортам при помощи стальных кронштейнов. Листы металла закрывали элементы подвески и гусеницы на всю высоту, прикрывая хрупкие узлы ходовой части от пулемётного огня, но и создавая излишнюю нагрузку на ходовую часть. Из-за огромного веса экранов, инженеры демонтировали эти бронелисты в 1936 году, пытаясь максимально облегчить машину, вследствие чего машина потеряла не только в массе, но и в защите. Для технического обслуживания двигателя, инженеры предусмотрели откидные бронепанели в крыше моторного отсека. Доступ к трансмиссии осуществлялся через технологические люки в кормовом бронелисте.
Башня танка устанавливалась на крыше боевого отделения и имела форму усечённой пирамиды на погон шириной в 113 сантиметров. Основой башни служили стальные броневые элементы толщиной 40 мм по кругу, что гарантировало безопасность танкиста при обстреле из крупнокалиберных пулемётов и попаданиях снарядов противотанковых пушек малого калибра. На этапе проектирования конструкторы планировали собирать башню из катаных листов при помощи заклепок, но требования стандартизации французской бронетехники диктовали применение литых деталей, и башню пришлось покупать у других производителей. Использование массивной стальной отливки обеспечивало высокую снарядостойкость конструкции за счет полного отсутствия швов и ослабленных заклепочных соединений, а наклонные стенки башни способствовали рикошету вражеских снарядов при прямом попадании в боевую машину.
Внутренний объём бронированной башни предназначался для размещения только одного человека, что отражало чаяния конструкторов максимально сократить экипаж, хоть и нагружая командира набором дополнительных задач и особенно циничным было то, что командир танка находился в стеснённых условиях. Пространство башни занимали казённая часть пушки, тело спаренного с ней пулемёта, а также рабочее место командира, оптический прицел и механизмы ручного наведения. Свободное место для движений практически отсутствовало, а командир выполнял боевые задачи стоя на полу корпуса или сидя на специальном брезентовом подвесном ремне, как на Renault FT. В кормовой части башни инженеры разместили массивный двустворчатый броневой люк, нижняя створка которого выступала в роли импровизированного сиденья для танкиста во время длительного марша. Через него же командир мог попасть и покинуть своё рабочее место, загружал снаряды в боеукладку и даже осуществлял связь с другими машинами подразделения. Вращение башни выполнялось исключительно мускульной силой человека при помощи ручного механического привода с маховиком.
Вооружение
Орудием главного калибра машины выступала 37-мм нарезная пушка Puteaux SA 18 с длиной ствола в 21 калибр. К моменту создания танка это орудие уже морально и технически устарело, однако пушек на складах ещё оставалось много, поэтому военные, скрепя сердцем, признали его эффективным против легкобронированных и незащищённых целей, а также эффективным в борьбе с пехотой. Пушка была оснащена полуавтоматическим клиновым затвором, самостоятельно выбрасывающим гильзу после выстрела. Вести огонь Puteaux SA 18 могла бронебойными или осколочно-фугасными снарядами, в зависимости от типа цели, а дальность эффективного огня достигала одного километра. Бронебойный снаряд мог пробить вертикальный стальной лист толщиной в 15 миллиметров на дистанции в половину километра, что было достаточно для поражения лёгкой техники врага. Осколочно-фугасные снаряды применялись для разрушения полевых укрытий, уничтожения пулеметных расчетов и живой силы противника.
Справа от основного орудия, в спаренной с ним установке, расположенной в лобовой части башни, был установлен пулемёт Reibel MAC 31 калибра 7,5 мм. Автоматика пулемета функционировала за счёт отвода пороховых газов из канала ствола. Питание пулемёта в бою осуществлялось из металлических барабанных магазинов емкостью 150 патронов, а весь боекомплект к нему составлял 2400 патронов — 16 снаряжённых магазинов. Стреляные гильзы отводились через отверстие в гильзоулавливатель или падали на пол боевого отделения. Командир боевой машины единолично выполнял функции наводчика артиллерийского орудия, стрелка из пулемёта и заряжающего для обоих систем вооружения. Во время боя ему приходилось отвлекался от наблюдения за местностью для извлечения снарядов из укладки и перезарядки пушки. Наведение спаренной установки по горизонтали и вертикали осуществлялось при помощи мускульной силы командира и плечевого упора. Для точной наводки пушки на цель служил оптический телескопический прицел марки Puteaux.
Двигатель, трансмиссия и ходовая часть
Моторно-трансмиссионное отделение танка Batignolles-Châtillon 1935 года занимало кормовую часть корпуса, сердцем которой служил бензиновый (а согласно иным источникам, дизельный) двигатель внутреннего сгорания с жидкостным охлаждением. Точных данных по двигателю в архивных документах не сохранилось, однако многие источники сходятся в том, что двигатель имел проектную мощность в 65-70 лошадиных сил, что могло быть достаточным для машины весом в 6-8 тонн (танк сопровождения пехоты мог и не быть скоростным), но для прототипа весом почти в 12 тонн, его мощности не хватало. В силу этого, двигатель и функционировал в условиях постоянной перегрузки, испытывая стресс и острый дефицит крутящего момента. Из-за колоссальной нагрузки на двигатель, он регулярно перегревался во время испытательных заездов. Теплоотвод осуществлялся через радиаторы жидкостного охлаждения, воздух для которых затягивался сквозь стальные решетки на крыше кормового отсека. Выхлопные газы отводились через металлический коллектор и глушитель, закрепленный на корме. Топливная система состояла из двух изолированных баков. Подача бензина в карбюратор осуществлялась механическим насосом. Запуск двигателя производился при помощи электрического стартера, работающего от сети напряжением 12 вольт. В случае отказа электрооборудования танкисты могли запустить двигатель вручную при помощи заводной рукоятки снаружи корпуса.
Трансмиссия танка была механической и располагалась в самом конце корпуса, позади двигателя. КПП конструктивно объединялась с механизмами поворота в единый массивный блок, а крутящий момент от коленчатого вала мотора передавался на задние ведущие колёса. Трансмиссия являлась критически уязвимым элементом всего танка — её узлы не выдерживали нагрузок при попытках сдвинуть с места тяжелый корпус. Детали коробки передач работали в нештатных температурных режимах, быстро изнашивались и разрушались. Управление танком осуществлялось при помощи бортовых фрикционов и системы рычагов — мехводу приходилось прикладывать немало усилий для переключения передач и маневрирования. Во время государственных испытаний 24 июня 1935 года элементы трансмиссии полностью вышли из строя после преодоления дистанции 25 километров. Ремонт агрегатов являлся сложной задачей. Инженерам требовалось демонтировать тяжелые кормовые бронелисты для доступа к сломанным шестерням, что делало обслуживание машины в полевых условиях абсолютно невозможным.
Гусеничный движитель применительно к одному борту включал семь опорных катков малого диаметра, сгруппированных в три балансирные тележки попарно. Передний опорный каток был подвешен к отдельной «свечке» на базе вертикальной витой пружины. Балансирные тележки подвешивались на полуэллиптических листовых рессорах, что было стандартным решением для того времени. Ведущее колесо, для снижения нагрузки на трансмиссию, было расположено в корме танка, следовательно, направляющее колесо с механизмом натяжения гусеничной цепи находилось в носовой части корпуса. Верхняя ветвь гусеницы опиралась на поддерживающие ролики. Гусеничная лента собиралась из стальных траков.
Приборы наблюдения и связи
Обзор из танка обеспечивался через смотровые щели, прорезанные в бронелистах корпуса и башни. Рабочее место механика-водителя оборудовано люком для посадки и приборами наблюдения за обстановкой вокруг машины, а командир машины имел в своём распоряжении оптический прицел пушки и перископические приборы в куполе башни для поиска целей. Радиостанция на прототипе танка отсутствовала, а внешняя связь поддерживалась с помощью сигнальных флажков. Внутренняя связь между танкистами осуществлялась голосом без применения электронных переговорных устройств.
Электрооборудование
Танк оснащался системой электрооборудования постоянного тока напряжением 12 вольт. Источником энергии выступал генератор с приводом от двигателя и аккумуляторные батареи. Электросеть питала и стартер, необходимый для запуска мотора. Также электричество использовалось для работы приборов внутреннего освещения в боевом отделении и отделении управления. На лобовом листе корпуса размещались фары для передвижения в темное время суток, на корме крепился сигнальный габаритный фонарь.
Заключение
Разработка легкого танка поддержки пехоты стала первой и неудачной попыткой Batignolles-Châtillon занять нишу в производстве сухопутной бронетехники. Инженеры создали машину с надёжной защитой, но не смогли обеспечить требуемую надёжность узлов и агрегатов. Превышение лимита массы привело к перегрузке двигателя и трансмиссии, что привело к регулярным поломкам на испытаниях. Закрытие проекта заставило французскую армию закупать технику у других заводов, а опытный образец танка от Batignolles-Châtillon остался в истории исключительно в виде сухих архивных документов.
С вами был Историк-любитель, подписывайтесь на канал, ставьте «лайки» публикациям, впереди ещё много интересного!
Подписывайтесь также на Телеграм-канал - в нём можно узнавать о выходе новых публикаций.
Помимо лайка и подписки, поблагодарить автора можно также переводом на счёт 4100 1150 1073 5429