Возможно бы это все продолжалось очень долго. Только вот Марина узнала, что беременна. И рассказала ему все. – Гена, я беременна. Что будем делать? Но Гена ей ничего не ответил. – Пойду я, Геннадий Алексеич. – Как же? Мы еще ничего не решили. – А что решать? Все уже решено. У вас свадьба через неделю. – А беременность? Она улыбнулась, хотя больше всего на свете хотелось выть: – Рассосется как-нибудь. Не переживайте так. Она улыбалась. А в глазах – вселенская тоска. Вошла – сияла от радости, а теперь едва сдерживается, чтобы не закричать от боли. От жалости перехватило дыхание: бедная маленькая девочка, пытающаяся казаться сильной. – Подожди! Гена даже не заметил, как соскочил со стула. Прижал ее к себе. Мысль о конце их встреч обожгла. Закончится? Больше ничего не будет? – Не уходи. Я не знаю, как все сложится, возможно, это наш последний день. Не уходи сейчас. Пожалуйста, не уходи… Она должна была уйти. Но сил не хватило. Или решимости. – Последний раз, Геннадий Алексеич. Последни