Глава 6: Слухачи
Глубина рождает чудовищ, но лишь тот, кто услышит их шепот, станет богом.
Хроники Аджимушкайского подземного гарнизона. Исторический военный триллер с элементами мистики
Конец мая — начало июня 1942 года.
Бригада «слухачей» стала особым подразделением подземного гарнизона. Их было двенадцать — по числу основных направлений, откуда могла прийти опасность. Двенадцать человек, рассредоточенных по разным концам каменоломен, которые часами сидели в полной темноте и слушали.
Слушали камень.
Алексей лично отбирал каждого. Не по званию, не по физической силе — по слуху. Он проводил простое испытание: отводил человека в дальнюю штольню, заставлял прижаться ухом к стене и спрашивал, что тот слышит.
Одни слышали только тишину. Другие — шум собственной крови. Третьи — отдаленные звуки: голоса, шаги, стоны. Но были и те, кто слышал больше.
— Гул, — сказал один из них, молодой парнишка-пограничник с обожженным лицом. — Низкий такой. Как будто поезд где-то далеко-далеко.
— Это вода, — ответил Алексей. — Подземная река. Где-то глубоко. Ты молодец. Беру.
Другой — пожилой ополченец, бывший строитель — сказал:
— Скрипит. Как дерево на ветру. Только это не дерево. Это камень.
— Правильно. Пласты трутся друг о друга. Напряжение накапливается. Если скрип усилится — будет обвал. Ты тоже подходишь.
Так набралось двенадцать. Двенадцать «слухачей», которые стали ушами гарнизона.
Работа «слухача» была изматывающей. Часами сидеть неподвижно в холоде и сырости, прижавшись ухом к камню, — это выдерживали не все. Некоторые начинали слышать то, чего не было. Голоса. Шепот. Крики. Они сходили с ума от тишины, которая на самом деле не была тишиной.
Алексей понимал их. Он сам слышал то, что не мог объяснить.
Каждую ночь (или то, что они считали ночью) он уходил в дальние штольни — те самые, где впервые почувствовал пульс камня. И каждый раз этот пульс становился сильнее. Ритмичнее. Как будто сердце просыпалось.
— Что ты там ищешь? — спросил его однажды Тимур.
— Не знаю, — честно ответил Алексей. — Но это важно.
— Важнее, чем вода? Важнее, чем еда?
— Может быть.
Тимур покачал головой, но спорить не стал. За последние недели он привык доверять чутью Алексея. Как и многие другие.
В начале июня Алексей сделал открытие, которое изменило все.
Он сидел в дальней штольне, прижав ладонь к стене, и слушал. Пульс был ровным, спокойным. Но вдруг — резкий толчок. Удар. Такой сильный, что Алексей отдернул руку.
— Что случилось? — встревожился дежуривший с ним боец.
— Немцы, — сказал Алексей. — Бурят. В квадрате семь. Готовят газовую атаку.
— Откуда знаешь?
— Камень сказал.
Он не стал объяснять, что почувствовал не только вибрацию бура. Он почувствовал боль. Камень кричал. Камню было больно от того, что в него вгрызались.
Через час предсказание сбылось. В квадрате семь пошел газ. Но гарнизон был готов — «слухачи» подняли тревогу, людей эвакуировали, проходы завесили. Потерь почти не было.
Ягунов вызвал Алексея.
— Как ты это делаешь? — спросил он без обиняков.
— Не знаю, товарищ полковник. Чувствую.
— Чувствуешь, — повторил Ягунов. — Ладно. Не буду допытываться. Но с сегодняшнего дня ты — начальник службы раннего оповещения. Все «слухачи» — под твое начало. И еще… — он помедлил. — Если почувствуешь что-то еще… Что-то необычное… Докладывай лично. В любое время.
— Есть, товарищ полковник.
Алексей вышел из штаба и направился в свою штольню. По пути его остановила Вера Сотникова.
— Сержант, можно вас на минуту?
— Слушаю, товарищ военврач.
— Я слышала о ваших… способностях, — она говорила осторожно, подбирая слова. — И я хотела спросить: вы чувствуете только камень? Или что-то еще?
Алексей насторожился.
— Что вы имеете в виду?
— В госпитале, — Вера понизила голос, — некоторые раненые говорят странные вещи. Что в темноте кто-то ходит. Что они слышат голос. Не человеческий. И еще… — она замялась. — Умершие. Их тела. Они… меняются.
— Как меняются?
— Я не знаю, как объяснить. Как будто камень… принимает их. Врастает в них. Я видела тело бойца, которое пролежало в дальней штольне неделю. Оно было покрыто тонкой известковой коркой. Как коконом.
Алексей почувствовал, как холодок пробежал по спине.
— Я доложу полковнику, — сказал он.
— Доложите, — кивнула Вера. — Но, думаю, он и сам уже знает. Просто не хочет говорить. Чтобы не сеять панику.
Она ушла, а Алексей остался стоять в темноте, прижав ладонь к стене. И камень ответил ему — медленным, тяжелым, ритмичным пульсом.
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
Словно огромное сердце билось в груди земли.
Сердечное спасибо за вашу подписку, драгоценный лайк и вдохновляющий комментарий! Ваша поддержка – бесценный дар, топливо нашего вдохновения и творчества!