Глава 9
Четверг начался обычно. Василиса выпила свой утренний кофе (сваренный Эмилио, но она делала вид, что не замечает этого улучшения качества жизни), просмотрела почту и собиралась уходить в офис, когда в дверь позвонили.
— Я открою! — крикнул Эмилио из кухни, где он колдовал над очередным тестом.
— Нет, я сама, — машинально ответила Василиса, направляясь к двери. За годы жизни в одиночестве у неё выработался рефлекс: сначала посмотреть в глазок, потом открывать.
В глазке красовалось лицо Ларисы, перекошенное в трагической гримасе. За спиной у неё маячил огромный чемодан.
Василиса замерла. Внутри похолодело. Она открыла дверь ровно настолько, чтобы высунуть голову.
— Что случилось?
— Васенька! — Лариса рухнула ей на шею, едва не сбив с ног. — Я погибаю! Меня выселяют! Хозяин продаёт квартиру, дал неделю! Я бездомная!
— Тише, тише, — Василиса попыталась отцепить от себя сестру, но та висела мёртвым грузом. — Зайди сначала.
Лариса влетела в прихожую, таща за собой чемодан, и замерла, увидев Эмилио. Тот стоял в проёме кухни в своём неизменном фартуке, с лопаткой в руке, и с любопытством наблюдал за сценой.
— О, — сказала Лариса, мгновенно сменив трагическое выражение лица на заинтересованное. — А вы тут… завтракаете?
— Доброе утро, Лариса, — улыбнулся Эмилио. — Вы вовремя. Как раз испёк ciambella. Будете?
— Буду! — немедленно согласилась Лариса, бросая чемодан посреди прихожей и проходя на кухню. — Васенька, какой у тебя уют стало! Пахнет как в кондитерской!
Василиса закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и глубоко вздохнула. Её утро, расписанное по минутам, только что превратилось в хаос.
На кухне Лариса уже вовсю уплетала кекс, запивая его кофе и одновременно рассказывая драматическую историю своего выселения. Эмилио слушал с вежливым интересом, изредка вставляя сочувственные междометия.
— …и представляете, этот гад сказал: «Лариса, ты хорошая девушка, но деньги решают всё»! Какая сволочь, да? — Лариса эффектно закатила глаза.
— Ужасно, — покивал Эмилио. — Совсем нет души.
— Вот! А у вас, я смотрю, с душой полный порядок, — Лариса откусила ещё кусок. — Васенька, ты зачем такого вкусного мужчину от всех прячешь?
— Я его не прячу, — холодно ответила Василиса, проходя на кухню и наливая себе вторую чашку кофе (первая остыла, пока она разбиралась с чемоданом). — Он здесь временно. По работе.
— Ага, по работе, — хмыкнула Лариса, с подозрением глядя на фартук Эмилио. — А фартук почему розовый?
Василиса посмотрела на фартук. Действительно, розовый. Её розовый фартук, который она купила когда-то в порыве оптимизма и ни разу не надевала. Эмилио, кажется, вообще не придавал значения цвету.
— Мне этот цвет идёт? — совершенно серьёзно спросил он, расправляя плечи, чтобы Лариса могла оценить.
— Ещё как! — засмеялась та. — Слушайте, может, мне тоже у вас поселиться? На время? Я место занимаю мало, сплю тихо, ем мало… — она покосилась на второй кусок кекса в своей руке. — Ну, относительно мало.
Василиса открыла рот, чтобы выдать исчерпывающий список причин, почему это невозможно. Но Лариса смотрела на неё глазами побитой собаки, а Эмилио, предатель, стоял рядом с таким видом, будто происходящее — лучшее утро в его жизни.
— Лариса, — медленно начала Василиса, — у меня тут одна комната. И та сейчас занята Эмилио.
— Я на диване! — быстро нашлась Лариса. — Диван большой, удобный. А он пусть в комнате живёт. Мы не помешаем друг другу! Я вообще могу уходить рано утром и возвращаться поздно вечером. Вы меня не заметите!
— Я готов уступить диван, — вмешался Эмилио. — Мне и на полу хорошо. У вас тёплые полы.
— Никто не будет спать на полу! — рявкнула Василиса. — Лариса, ты остаёшься. На диване. Максимум на три дня. За это время ты найдёшь новое жильё. И никаких вечеринок, никаких гостей и никаких… — она запнулась, подбирая слово, — никаких сюрпризов.
— Какие сюрпризы, я сама серьёзность! — Лариса вскинула руку, будто принимая присягу. — Эмилио, вы свидетель!
— Свидетельствую, — торжественно кивнул тот, и Василиса готова была поклясться, что в его глазах пляшут чертики.
Вечером, вернувшись с работы, Василиса застала на кухне картину маслом: Лариса и Эмилио сидели за столом, перед ними стояли две пустые тарелки из-под пасты, и они о чём-то оживлённо болтали, переходя с русского на итальянский и обратно. Лариса, кажется, знала слов десять по-итальянски, но активно жестикулировала, компенсируя пробелы.
— О, Васенька! — всполошилась она. — А мы тут ужин приготовили! Эмилио научил меня делать карбонару. Настоящую! Без сливок!
— Она способная ученица, — одобрительно заметил Эмилио. — Тренировалась на моих ошибках.
Василиса посмотрела на кухню. Она была чистой. Даже слишком чистой. Ни следа муки, ни капли соуса. Лариса явно освоила не только карбонару, но и местные правила уборки.
— Ну… спасибо, — выдавила она, чувствуя себя лишней в собственном доме.
— Садись с нами! — Лариса пододвинула ей стул. — Мы как раз обсуждаем стратегию. Эмилио говорит, что у вас через две недели важная сдача проекта. Я могу помочь! Например, быть тестировщицей десертов. У меня профессиональная чуйка на сладкое.
— Она уже доказала, — подтвердил Эмилио. — Распробовала три вида панна-котты и выбрала лучший.
— Ванильный победил, — довольно сообщила Лариса. — Так что я полезный кадр, Васенька. Не выгоняй меня.
Василиса смотрела на них — на свою сумасбродную сестру и на итальянца в розовом фартуке, которые за один день превратили её кухню в филиал итальянской траттории, — и чувствовала, как внутри что-то странно согревается.
— Три дня, — повторила она без особой уверенности. — Максимум.
— Конечно-конечно! — Лариса подмигнула Эмилио. — Мы всё поняли.
Ночью Василиса лежала в своей комнате и прислушивалась к звукам из гостиной. Там тихо переговаривались, потом всё стихло. Она смотрела в потолок и пыталась понять, когда именно её жизнь превратилась в комедию положений.
В дверь тихонько постучали.
— Васенька, ты не спишь? — шёпот Ларисы.
— Нет.
Лариса проскользнула внутрь и уселась на край кровати.
— Слушай, а он ничего такой. Готовит божественно. И вообще внимательный. Ты точно не планируешь его никуда забирать? А то я, может, составлю конкуренцию? — в её голосе звучала шутка, но только наполовину.
Василиса замерла.
— Он здесь по работе, Лара. И вообще, он приехал к тебе, забыла?
— Ну мало ли, — Лариса пожала плечами в темноте. — Обстоятельства меняются. Люди тоже. Я просто спросила.
Она чмокнула сестру в щёку и выскользнула за дверь, оставив Василису одну с вопросом, который теперь пульсировал где-то в груди: а действительно ли она «не планирует»?
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой Канал МАХ
Рекомендую