Глава 1
Василиса Морозова, женщина с железным характером и таким же графиком, никогда не опаздывала. Никогда. Даже когда в метро ловили террориста, а ее поезд стоял сорок минут, она ухитрилась прибежать на встречу, лишь на семь минут отстав от расписания. Поэтому, когда в дверь ее уютной, строго организованной квартиры постучали в семь утра субботы, нарушив священный ритуал утреннего кофе, мир Василисы дал трещину. Она взглянула на экран домофона и ахнула. В объективе красовалось лицо невероятно красивого, даже несколько вызывающе красивого мужчины. Загорелая кожа, темные вьющиеся волосы, глаза цвета спелого ореха, которые, казалось, искрились даже через статичную картинку. Он беззаботно улыбался, будто семь утра в субботу — самое подходящее время для визитов.
— Кто это? — спросила Василиса, не открывая дверь. Ее голос прозвучал ледянее, чем мороз за окном.
— Бонджорно! Эмилио. Эмилио Росси! — послышался бархатный, с густым итальянским акцентом голос. — Я приехал к Ларисе! Василиса зажмурилась. Лариса. Ее младшая сестра. Безалаберная, ветреная, вечно влюбленная в кого-то неподходящего Лариса. Которая сейчас, конечно же, сладко спит, отключив телефон, в своей съемной квартире на другом конце Москвы. И, судя по всему, забыла предупредить кого-то о чем-то очень важном.
— Ларисы здесь нет, — отрезала Василиса, уже представляя, как будет душить сестренку при первой же встрече.
— Нет? — на лице итальянца отразилось комическое недоумение. — Но она сказала… «Москва, улица Старая Басманная, дом 10, квартира 42». Я летел ночным рейсом из Рима…
«Вот именно, — подумала Василиса. — Сказала и забыла. Типично».
— Она здесь не живет, — объяснила Василиса, стараясь говорить медленно и четко. — Это мой адрес. Она, видимо, дала его для почты. Вы… вы к ней в гости?
— Си! — он засветился улыбкой, от которой у Василисы, даже через экран, почему-то слегка закружилась голова. Она списала это на недосып и прерванный кофе-ритуал. — Мы познакомились на форуме в Портофино. Она сказала: «Приезжай в любое время! Москва всегда рада!» И вот я здесь!
«Лариса, я тебя убью. Медленно и со вкусом», — мысленно пообещала Василиса.
— Понятно. У нее другой адрес. Я могу вам его дать. На экране Эмилио вдруг выглядел растерянным и усталым. Он поставил на пол элегантный кожаный чемодан.
— Синьора… я, возможно, допустил ошибку. У меня здесь нет никого, кроме Ларисы. Адрес… я, кажется, потерял бумажку с ее номером телефона. Есть только этот адрес в моем телефоне. Я могу… я могу просто подождать здесь, на лестнице? Он выглядел так, будто предложил спуститься в ад. Василиса посмотрела на него, потом на свой почти остывший кофе, потом на свою пижаму с пингвинами (подарок племянницы, стыдно, но удобно), потом снова на него. Он стоял, бедолага, в легкой кожаной куртке, явно не рассчитанной на мартовскую московскую стужу. Ждать на лестнице. Словно бездомный щенок. Щенок модели «Армани». Внутренний голос, голос разума, порядка и личных границ, орал: «Ни за что! Вызови такси, скинь ему адрес Ларисы и иди допивай кофе!». Но другой голос, тихий и давно забытый, голос какой-то дурацкой сентиментальности, прошептал: «Он прилетел из Рима. Ночным рейсом. Он потерял номер. Он замерзнет». Стоная от собственной мягкотелости, Василиса нажала кнопку открытия двери.
— Поднимайтесь, — буркнула она в домофон. — Только на пять минут. Чтобы согреться и позвонить Ларисе. У меня есть ее номер. Через минуту в ее безупречно чистом холле стоял этот итальянский апокалипсис в лице Эмилио Росси. Он казался больше и ярче в реальности. От него пахло холодным воздухом, дорогим парфюмом и авантюрой.
— Грацие милле, синьора! — Он сиял, протягивая руку. — Вы мой ангел-спаситель!
— Василиса, — отрезала она, едва дотронувшись до его теплых пальцев. — Проходите. Снимайте обувь, пожалуйста.
Она наблюдала, как он, весело щебеча на итальянском (как она поняла, это были комплименты ее квартире), снимает изящные туфли и ставит их на специальный коврик. Его носки были… в ярко-желтых уточках. Василиса отвела взгляд.
— Садитесь. Я сейчас позвоню Ларисе. Кофе?
— О, да! Вы читаете мои мысли! Настоящий кофе! Я уже отчаялся найти его в вашей… — он запнулся, увидев ее взгляд. — …в этом прекрасном городе так рано утром.
Пока Василиса, стиснув зубы, набирала номер сестры (десятый раз, невероятно), Эмилио устроился на краешке ее дивана, оглядывая стерильный, выдержанный в серо-бежевых тонах интерьер.
— У вас очень… спокойный дом, — заметил он дипломатично.
— Спасибо, — буркнула Василиса, слушая гудки. Наконец, хриплый, сонный голос ответил: «Але?».
— Ларис, это я. У меня в квартире твой итальянец. Эмилио. Ты хоть объяснишь, что происходит?
На другом конце повисла долгая, красноречивая пауза. Затем последовал тихий, полный ужаса вопль.
— Божечки… Эмилио?! Он ПРИЕХАЛ? В МОСКВУ? Я думала, он просто флиртует! Он же говорил, что ненавидит холод! Василиса закрыла глаза, чувствуя, как у нее начинает дергаться левый глаз. Классика.
— Он сейчас здесь. Сидит на моем диване. В носках с утками. Что мне с ним делать?
— Васенька, родная, солнышко… ты же не выгонишь его на улицу? Он же иностранец! Гость столицы! Пусть переночует у тебя, а завтра я приеду и все улажу, честное пионерское!
— У меня?! — прошипела Василиса так, что даже Эмилио насторожился. — Ты с ума сошла? Я его в гостиницу отправлю. За твой счет.
— У меня нет денег на гостиницу! — взмолилась Лариса. — Васенька, ну пожалуйста! Всего одну ночь! Он милый же, правда? Василиса бросила взгляд на «милого». Он в это время с увлечением разглядывал книжную полку, на которой царили труды по управлению проектами и биографии сильных мира сего. Он поймал ее взгляд и подмигнул. Она резко отвела глаза.
— Лариса, я тебя ненавижу. Одну ночь. Он спит на диване. Ты приезжаешь сюда завтра к десяти утра и забираешь его. Иначе я продам его на органы. Она бросила трубку и, глубоко вздохнув, повернулась к гостю.
— Вам повезло. Лариса… задерживается. Вы можете переночевать здесь. На диване. Лицо Эмилио осветилось такой благодарной и лучезарной улыбкой, что Василисе на мгновение стало стыдно за свою угрюмость.
— Вы спасете мне жизнь! Василиса, я буду вечно ваш должник!
— Это необязательно, — она пошла на кухню, чтобы налить ему кофе. — Просто… не трогайте мои вещи. И живите по расписанию.
— По расписанию? — он последовал за ней, словно любопытный котенок.
— Да. Завтрак в 8:00. Обед в 13:00. Ужин в 19:00. Душ — не более 15 минут. В 23:00 — отбой. Вот ваше полотенце. Она швырнула ему банное полотенце строгого серого цвета. Он поймал его одной рукой, не переставая улыбаться.
— Вы очень организованная. Как швейцарские часы. Это восхитительно!
— Это нормально, — сказала Василиса, ставя перед ним чашку с черным кофе. — А вы, я смотрю, очень… спонтанный.
— О, си! — он отхлебнул кофе, и его лицо исказила гримаса восторга. — Это божественно! А спонтанность — это вкус жизни! Как и любовь! Василиса чуть не поперхнулась собственным глотком. «Любовь». Вот от чего она давно и успешно лечилась строгим расписанием.
— По поводу любви — к Ларисе — вы завтра будете разбираться сами, — сухо заметила она. — А сейчас мне надо работать. У вас есть Wi-Fi. Развлекайтесь. Она развернулась, чтобы уйти в кабинет, но его голос остановил ее.
— Василиса… а что это за срочная работа в субботу утром? Она обернулась. Он смотрел на нее с искренним любопытством, подперев голову рукой. В его взгляде не было ничего, кроме неподдельного интереса.
— Я продаю уют, — ответила она, сама не зная почему. — Вернее, руковожу проектами по созданию концептов кафе. Сейчас как раз горю над одним. Клиент хочет «атмосферу тосканского полдня». Пришлось вникать. Эмилио откинулся на спинку стула и рассмеялся. Звонко, раскатисто, заполнив смехом всю кухню.
— «Атмосфера Тосканы»? Здесь, в Москве, в марте? О, это замечательно! Знаете, я как раз из Сиены. Это в Тоскане. Может быть, я могу быть полезен? В качестве консультанта? Чтобы отплатить за вашу доброту. Василиса смерила его взглядом. Он говорил серьезно. И в его глазах светилась не только благодарность, но и азарт. Черт возьми. Он был профессионалом. В области «атмосферы Тосканы».
— Ваша доброта уже исчерпывается соблюдением тишины и графика, — сказала она, но уже не так резко. — Но… идеи я выслушаю. Завтра. После того, как вы встретитесь с Ларисой.
— Обещаю, буду тише воды, ниже травы, — он сделал вид, что застегивает молчок на губах, и снова подмигнул.
Василиса фыркнула, скрывая набежавшую было улыбку, и ушла в кабинет, закрыв дверь. Она прислонилась к ней спиной и прислушалась. Из кухни донесся довольный вздох, шелест страниц (он, кажется, нашел какой-то журнал) и тихое, мелодичное насвистывание незнакомой, но очень жизнерадостной мелодии. Весь ее упорядоченный мир перевернулся с ног на голову за какие-то полчаса. На диване в гостиной спал незнакомый итальянец в носках с утками. Ее сестра в очередной раз влипла в историю. А проект «Тосканского полдня» вдруг обрел живого, дышащего и чертовски привлекательного эксперта. «Всего одна ночь, — строго напомнила себе Василиса, садясь за компьютер.
— Завтра Лариса приедет и заберет этот… этот хаос». Но почему-то мысль о завтрашнем дне, когда хаос покинет ее идеальную квартиру, не приносила никакого облегчения. А скорее, наоборот, наводила на странную, легкую грусть. Которая, конечно же, была просто следствием недосыпа. Именно так. Только недосыпа.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой Канал МАХ
Рекомендую