Первая неделя. Или как я понял, что холодильник не размораживается сам, а корзина с бельём не волшебная
Так прошло пару дней. Я уже начал свыкаться со своей новой ролью. Заметил, что мои планы поменялись, и горизонт планирования сузился с года до «дожить бы до субботы». И нет, не для того чтобы куда-нибудь пойти, а именно для того, чтобы никуда не пойти!
Среда. Как обычно, 6:30. Встаю. Надо готовить завтрак. Сегодня — хлопья без бананов (урок усвоен) и булочка заранее купленная с маком. А я, как обычно, яичница, которая должна быть глазуньей, но почему-то стала непонятным омлетом. Сковорода, видимо, тоже переживает развод.
Беру телефон.
Первое сообщение — от Юли РСП.
«Илья, что ты за человек? Сложно ответить? Как Алиса?»
Мда, подумал я. Действительно, что я за человек? Сложно ответить этой бесячей красивой девушке? Странно, конечно, что-то много внимания ко мне с её стороны. Видимо, действительно за Алису волнуется. Неловко вышло. Надо бы ответить.
В смысле — неловко? Я же для неё идиот, каких ещё человечество не видело. Ладно, надо всё равно ответить.
«Привет, родная моя Юля. Живы, здоровы, вашими молитвами. Пока не сдохли, не спились, не скурились. Даже уроки делаем».
Съязвил я зачем-то. Не знаю зачем. Просто рука сама потянулась к кнопке «отправить».
Ответ пришёл быстро.
«Ладно. Хорошо. Если нужна будет помощь — звони».
Да что с ней случилось? Откуда столько заботы? Раньше она только посылала всех мужиков, а теперь — «звони, если что». Я ничего не понимаю. Ладно, проехали.
Второе сообщение. С незнакомого иностранного номера.
«Илья, у меня всё хорошо. Надеюсь, ты меня поймёшь. Заботься об Алисе. Мне её не хватает. Лена».
Что!!!???
Вот так просто???
А ты ничего не перепутала? Может, ты думаешь, что ты просто в кино ушла? На час? Ну, фильм затянулся, да?
Я попытался сразу же набрать этот номер. Тишина. Написал сообщение на пять страниц. С эпитетами, с метафорами, с философскими размышлениями о природе женской логики. Оно так и осталось непрочитанным.
Серьёзно? Семь утра, а я уже на взводе.
Алиса, как обычно, уже умылась и завтракает. А я, теперь каждый день и каждое утро — в шоке тоже, как обычно. Боже, как хочется нажраться. Да-да, в семь утра. Но никак. У меня же теперь Алиса.
Странная мысль проскочила в голове: а что, раньше у меня её не было? Раньше у меня была Лена. Которая делала завтрак. Которая водила в садик. Которая отвечала на сообщения бесячих подруг. А я просто ходил на работу, возвращался, ел контейнерную еду и считал себя молодцом.
Новая реальность. Сложная, но не страшная
Мы пошли в садик. Корги в этот раз не забыли. Никаких приключений не случилось. Тогда я понял: это моя новая реальность. Сложная, но не страшная.
Дело двигалось к выходным. Мой график теперь выглядел так:
- Подъём 6:30.
- Утренние приготовления завтрака.
- Подъём малявки.
- Сборы, выход в садик.
- Долгая утомительная дорога до работы.
- Назад — в попытках успеть за дочкой в сад.
Старался, чтобы она последней не оставалась никогда. Вроде ничего страшного, но помню, как я часто оставался один в садике, и это прям печально. Стоишь такой, маленький, с рюкзачком, ждёшь, когда тебя заберут. А теперь я — тот, кто забирает. И не дай бог опоздать.
Бассейн, тайные знания и волшебство разморозки
Как оказалось, у Алисы два раза в неделю бассейн. Спасибо Юле РСП и Алисе — они меня в это посвятили. И, оказывается, за это нужно платить. Интересно, как давно она туда ходит?
Короче, пару раз в неделю после садика летим в бассейн. Я сижу и жду её там минут 45–50. В это время я кайфую. Смотрю тикток, залипаю в соцсети. Стараюсь вообще ни с кем не контактировать. Это мои «личные минуты тишины». Жаль только, что они проходят в раздевалке среди чужих носков и мокрых купальников.
Интересно, почему я никогда не замечал, что Лены нет в это время дома? Потом до меня дошло: эти дни совпадают с днями, когда я ходил в спортзал.
Эх. Сауна, хамам, бассейн. Похоже, можно забыть. Тупо некогда теперь ходить. В смысле — никак. Все говорят: «Важничают, мне некогда». А у меня прям буквально нет понимания, как это сделать физически. Если нет бассейна — значит, есть магазин. Или какая-нибудь почта. По любому что-то, куда-то мне надо.
Я вообще не понял: откуда теперь столько всего появляется, когда твоя бывшая валит на Бали?
Выходные. Или как я попрощался с клубами
Ну что ж, вот и долгожданные выходные. Потусуюсь, в бар, потом другой, заскочу к Коляну, прокатимся по городу, в клуб, лаундж — и на такси домой, спать до обеда.
Так, Илюха, прекращай галлюцинировать.
В субботу с утра мы едем за Алисиными анализами в поликлинику. Потом нужно всё-таки постирать шмотки. А то у нас они тупо кончились, а корзина в ванной почему-то не убавляется сама. Интересно, как это раньше работало? Может, там жил домовой, который стирал по ночам? Или Лена? Нет, Лена — не домовой. Хотя по количеству выпитой энергии — очень даже.
Так, что там за веселье у нас по плану? Ах, ну да. Нужно поехать в ТЦ — как я люблю, но не за бургером, а за новым зажимом для носа и шапочкой в бассейн для Алисы. Ну и на десерт — нужно разморозить любимый холодильник. Серьёзно, в морозилку уже даже пельмени не влезают.
Вот она, взрослая жизнь. Пельмени не влезают, потому что никто не размораживал холодильник последние полгода. Или год. Я вообще не помню, когда это делал. Раньше этим занималась… ну, вы поняли.
Пятница. Слёзы, сказка и дикий злой стол
Так прошла неделя. Всё было в норме. Кроме одного.
В пятницу вечером Алиса заплакала. И, как я выяснил, она не понимала, почему ей мама не звонит. И что она по ней очень скучает.
От этого и мне стало очень грустно. Кажется, именно в этот момент я начал скучать по Лене. И осознавать, что Лена больше не мой самый близкий человек. И что она не просто уехала в отпуск, а исчезла из моей жизни. Из нашей с Алисой жизни.
А вот тут уже появилась злость. И мысль: я её никогда не прощу. Никогда.
Я ещё посидел с Алисой минут пятнадцать. Рассказывал какую-то импровизированную сказку. Знаете, игра у нас такая есть: она называет любое слово, и в сказке оно должно появиться.
— Итак, на крайнем-крайнем севере, в белых снегах… — начал я.
— Стол! — вставила Алиса.
— Стол?
— Да, стол!
— Итак, на крайнем-крайнем севере, в белых снегах, жил дикий злой стол…
Алиса засмеялась. И я с ней за компанию.
Дикий злой стол. Бродящий по тундре на своих деревянных ножках. Ищущий, кого бы накрыть скатертью-самобранкой. Чем не сюжет для ужастика?
Алиса уснула.
Свободное время — наркотик
Я отправился к себе. Включил телек. Достал банку заранее купленного пива. Решил насладиться тишиной и спокойствием.
И тут — дзынь.
Телефон.
Юля РСП.
«Завтра зайду. Посмотрю, как ты там первую неделю прожил. А то может, уже нужно в органы опеки звонить».
Я ответил:
«Да, моя госпожа!»
Не мог не съязвить. Потом понял, что почему-то это сообщение не выбесило. А потом вспомнил про бывшую на Бали — и тут я выбесился. По телевизору шло какое-то дурацкое шоу про выживание с блогерами и миллионерами. Какие-то люди ели жуков, спали в грязи и радовались, что их покажут по телеку. Им бы мою неделю прожить — они бы поняли, что такое настоящий экстрим.
Я долго сопротивлялся сну. Потому что знал: если я усну, значит, моё свободное время закончится. А я этого почему-то не хотел.
Свободное время — это наркотик. Когда оно есть, ты готов не спать, лишь бы продлить этот кайф. Даже если просто сидишь, смотришь на телик и ждёшь, когда придёт Юля РСП с проверкой.
Но организм взял своё.
Я уснул.
Под утро мне приснился дикий злой стол. Он гнался за мной по пустой квартире на своих деревянных ножках. И кричал голосом Лены: «Заботься об Алисе!»
Я проснулся в холодном поту. Потом вспомнил, что стол — это просто стол. И что у меня есть более реальные проблемы.
Например, разморозить холодильник.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
