Как только за Вероникой закрылась дверь, Марк схватил телефон и наконец набрал Виктора. Менеджер ответил после первого же гудка. Не тратя времени на приветствие, Марк на одном дыхании, глотая слова от ярости и паники, вывалил на него все новости. В конце он просто выкрикнул в трубку:
- Что мне делать? Ты же всегда всё знаешь лучше меня! У тебя везде связи!
В ответ раздалось долгое, тяжелое молчание. А потом Виктор заговорил совершенно спокойным, холодным и прагматичным голосом, от которого Марка передернуло:
- Зверь, послушай меня сейчас очень внимательно. Самое главное для тебя прямо сейчас - это бой. Бой за титул. До него осталась ровно неделя. На кону стоят безумные, просто астрономические деньги. Твоя единственная задача на эти семь дней - тренироваться до потери сознания и выйти на ринг. А уж потом, слышишь, только потом мы займемся всеми остальными твоими проблемами.
- Ты что, вообще меня не слышал?! - возмущенно закричал Марк, бегая туда-сюда по кухне и сжимая кулаки. - Какие тренировки?! Какой к черту бой?! Человека похитили, Эмма в руках психопата! А ты мне про деньги говоришь?! Ты в своем уме?!
- Это успокойся ты и включи мозги! - жестко перебил его Виктор. - Если угрозы этого Давида — не пустой звук, если у него действительно есть доказательства против тебя, то у тебя будут реальные проблемы с законом. Ты хоть понимаешь, что даже при условии самых лучших, самых дорогих адвокатов, которых я тебе найду, тебя просто дисквалифицируют? Бой отменят автоматически, как только выплывет хоть намек на криминал! А этого допускать нельзя. Когда на кону миллионные гонорары и контракты такого уровня, бой должен состояться, даже если начнется всемирный апокалипсис!
Виктор немного смягчил тон, но его слова все равно звучали как приговор:
- Я даю тебе слово, что сделаю все возможное, чтобы помочь тебе. Я перерою всю страну, найду лучших юристов, частных детективов... Да хоть киллера для того твоего Давида найму, если надо будет! Но все это только после боя. Сначала выйди на ринг и забери то, что твое по праву.
Марк еле дышал от злости. Его всего трясло. Ему хотелось разбить телефон о стену, приехать в офис к Виктору и просто вытряхнуть из него эту проклятую коммерческую прагматичность.
- Марк, не молчи, — вздохнул в телефоне менеджер, пытаясь успокоить бойца. - Ты же и сам подсознательно понимаешь, что это единственный правильный выход для всех. Подумай головой. Пока Дэвид доволен тем, что к нему вернулась Эмма, он не будет создавать новых проблем. Надеюсь…
- Но какой ценой? У него моя жена.
- Твоя жена сама решила пойти к бывшему. Может, не так ей и плохо с ним ... В конце концов, она сделала это ради тебя, а ты хочешь перечеркнуть все ее старания?
- Я хочу спасти ее!
- И спасешь. Но после боя. Как раз тогда, когда внимание СМИ будет приковано к тебе. Общество будет считать тебя героем, и даже если Давид решит подставить тебя, нам будет легче выпутаться из проблем.
- Никакой от тебя пользы!
Не в силах больше слушать этот холодный расчетливый голос, Марк просто сбросил вызов.
Ему было невыносимо, дико трудно ничего не делать. Воображение, словно издеваясь, рисовало ужасные картины: он отчетливо представлял Эмму рядом с Давидом, представлял, как этот подонок касается ее, как издевается над ее беспомощностью. Марк начал ожесточенно винить себя за слабость. Зачем он вообще рассказал ей все? Зачем вспомнил об этом ультиматуме?! Если бы она не знала об условиях Давида, она ни за что бы не ушла от него. Она бы осталась здесь, в безопасности, с Леонидом. Проблемы касались бы только его, Марка, и он бы находил выход сам, как и положено настоящему мужчине.
Марк в отчаянии набрал номер Эммы. Чувство беспомощности выжигало изнутри, и сейчас ему было плевать на все предостережения Виктора — он просто хотел хотя бы услышать ее голос, убедиться, что с ней все нормально, что она жива. Гудки шли друг за другом, длинные, приторные и бесконечные. Однако телефон был в сети, а это уже что-то.
Глядя на экран, где беспрерывно мигало ее имя, Марк даже задумался, не обратиться ли к каким-нибудь хакерам. Если бы они смогли отследить ее мобильный по геолокации, он бы прямо сейчас бросил все, приехал по тому адресу, собственноручно скрутил шею Давиду и освободил Эмму и Андрея. И пусть после этого его посадят, пусть карьера полетит к чертям - безразлично! Главное, чтобы этот проклятый поганец наконец-то получил по заслугам. Но ведь есть еще Леонид. И тогда он снова окажется в детдоме.
Вдруг гудки прервались. Кто-то принял вызов.
- Эмма! - воскликнул Марк, прижимая телефон к уху. - Эмма, это ты?! Где ты?!
- Эмма сейчас немного занята, - раздался холодный и до тошноты спокойный голос Давида.
Марк оцепенел от ярости. Он чуть не раздавил телефон в кулаке.
— Не волнуйся, она цела и невредима, - лениво, почти заботливо продолжил Давид. - Немного без настроения, конечно, плачет много, но ничего, я это быстро исправлю. На самом деле, Марк, я хотел тебя похвалить. Не ожидал, что мое первое требование будет выполнено так быстро и оперативно. Эмма уже со мной. Поэтому, как твой искренний поклонник, я решил сделать тебе подарок - подарить привилегию, - в телефоне раздался мерзкий смешок. - Ты узнаешь о моем втором требование чуть раньше.
Марк окончательно взбесился. Весь его самоконтроль, который он так тяжело собирал по крупицам, разлетелся вдребезги. Он начал кричать, срываясь на хрип, сыпать проклятиями и угрожать Давиду самой страшной расправой. Его голос гремел на всю квартиру. Маленький Лёня, который до этого тихо играл в своей комнате, испугался и заплакал.
Давид стойко проигнорировал все угрозы Марка, даже ни разу не перебив. Он подождал, пока Марк немного выдохнется, и заговорил снова. Без эмоций, как будто читал бизнес-контракт:
- Закончил? А теперь наконец послушай второе задание, после выполнения которого твой сосед-пленник будет отпущен. Ты должен проиграть свой следующий бой. В шестом раунде. Я планирую сделать на этот результат очень большую ставку, и она должна сработать.
Марк замер посреди комнаты, словно громом пораженный. Плач Лёни на заднем плане слился для него в сплошной белый шум.
— Если ты сделаешь все красиво и ляжешь в шестом раунде, — спокойно говорил дальше Давид, — Андрей живым и здоровым вернется к своей семье. А, возможно, если Эмма будет хорошо себя вести и слушаться меня, я на несколько часов отпущу ее на твой суд по опеке, так сказать, чтобы она доиграла роль твоей любящей жены. Но бой должен быть проигран. Это мое окончательное условие.
Марк молчал, совершенно ошарашенный и раздавленный этим требованием. Лечь под соперника? Сдать титульный бой? Опозорить свое имя ради грязных денег этого мерзавца на тотализаторе? Это было выше его сил.
- Ну так что, чемпион? Ты согласен? - спросил Давид после длительной паузы.
- Дай телефон Эмме, - едва слышно, стиснув зубы, прохрипел Марк. - Дай мне поговорить с ней. Если я сейчас не удостоверюсь, что с ней все в порядке и она жива никакого боя вообще не будет! Вместо этого я найду тебя и сдеру кожу. Дай ей трубку!
Послышался какой-то шорох, короткий спор на заднем плане, а потом раздался такой родной, но невероятно слабый и дрожащий голос:
- Марк ... Марк, пожалуйста, будь сильным, - быстро, глотая слезы, заговорила Эмма. - Со мной все хорошо. Не волнуйся. Не ищи меня, слышишь? Я тебя…
Связь прервалась на полуслове, понятно было, что Давид силой забрал телефон обратно.
- Ну, ты сам все слышал. она жива-здорова. Спрашиваю в последний раз, Марк: ты согласен на мои условия? Подумай о мальчике, который у тебя там так сильно плачет.
Марк медленно опустил голову, глядя на свои сжатые в кулаки пальцы. Внутри него что-то безвозвратно сломалось. Весь его титанический дух, вся его гордость рассыпались под тяжестью обстоятельств. На одной чаше весов была его спортивная честь, а на другой — жизнь Андрея и будущее маленького Леонида. Выбора на самом деле не было.
И Марк сдался.
— Я согласен, - тихо, не своим голосом произнес он. - Я сделаю так, как ты хочешь.