От восторженного вопля Стаса Гриша с Ириной подскочили одновременно:
— Ой, вы посмотрите, кто у нас в гостях! С неба спустилась звезда! Прошу любить и жаловать, Вета Майер! Королева сцены, богиня драмы!
Левашов раскинул руки и подобострастно склонился перед красивой дамой, одетой в платье из лёгкой белой ткани, свободно струящейся по фигуре и ниспадающей до самого пола. Тёмные волосы, собранные на затылке в низкий пучок, дополняли образ, и в самом деле придавая ей сходство с греческой богиней: не хватало только тиары, венчающей голову. Рябинину лицо гостьи показалось смутно знакомым, Золотницкая же сразу узнала в ней женщину, которая провела однажды ночь в закрытом гематологическом отделении Левашова.
Наконец Стас завершил своё выступление репликой:
— Что привело тебя сюда, о, великая?
Гостья раскрыла сумочку, вынула из неё белую карточку и, показав ему, спросила:
— Следишь за мной?
Левашов расправил плечи, расплылся в улыбке кота, нализавшегося валерьянки, и с ноткой азарта в голосе ответил:
— Да!
Карточка тут же полетела ему в лицо, а женщина решительно шагнула к выходу, но Левашов проворно ухватил её за руку и, несмотря на яростное сопротивление, буквально забросил к себе в кабинет и сам скрылся следом.
Гриша с Ириной переглянулись.
— Шеф неисправим, — задумчиво сказал Рябинин. — Ты посмотри, какие дамочки к нему ходят: одна другой краше.
Заметив пасмурный вид Золотницкой, он тут же метнулся к ней, обнял и потёрся щекой о её макушку:
— Иришка, но ты всё равно нравишься мне больше всех!
— Уж конечно! — буркнула она.
— Не веришь? Сейчас продемонстрирую! — и Гриша, аккуратно сняв с Ирины очки, приступил к доказательству своей симпатии “методом поцелуев Григория Рябинина”, как он его называл.
***
— “Я лучше, чем он”, — повторила Лиза надпись на открытке, которая была вложена в присланные ей розы, и выразительно уставилась на Стаса.
— Так я на самом деле лучше, — сказал тот, посмеиваясь.
— Кого ты имел в виду?
— Не притворяйся, ты прекрасно поняла. Сопляка, который таскается за тобой по театру.
— Он не сопляк. Вполне взрослый мужчина.
— По виду в сыновья тебе годится.
— Мы играем в одном спектакле!
— Верю. Наверное, порепетировали уже везде, где нашлись горизонтальные поверхности?
— Ты омерзителен. Какое тебе вообще дело до моей личной жизни?!
— Дорогая, позволь напомнить, что ты мне не посторонняя…
— Иди к чёрту!
— …и я обязан защищать тебя от всякого рода авантюристов.
— Каких ещё авантюристов? Что ты себе напридумывал?! С головой беда?
— Нет, как раз недавно меня полностью обследовали и сказали, что нормальный и жить буду.
— Очень жаль!
— Этот мальчишка мне не нравится. У него подозрительные знакомые, а сам он в стриптиз-клубе работает.
— Уже нет.
— То есть ты знаешь, что он стриптизёр? Как же вы его в театр-то приняли?
— Он по образованию актёр, Стас, и перестань выдумывать…
— Не знаю, каков он на театральной сцене, а я его видел входящим в ночной клуб “Эгоисты”, и охранник за пару золотых дублонов поделился, что паренёк у них звездит, только отнюдь не драматическим талантом. Лиза, как ты низко пала!
— До твоего уровня мне всё равно не спуститься, — презрительно парировала она.
— Вот! — вскричал Стас, вытягивая руку. — Теперь я понял, чем вы с Адой похожи: этим взглядом, будто на червя смотрите!
Зелень глаз Лизы сменилась предгрозовой чернотой, и Стас уже начал прикидывать, с какой стороны прилетит очередная пощёчина, но буря не разразилась. Усилием воли Лиза сдержалась.
— Несчастный ты человек! — почти ласково сказала она. — Болтаешься, как неприкаянный. Я пожелала бы тебе увлечься кем-то, но мне искренне не хочется, чтобы ещё одна женщина попалась на твои уловки. Давай уж как-нибудь сам. Приятного вечера, Славик!
Левашов ненавидел, когда его так называли, и Лиза помнила об этом. Послав ему победную улыбку, она стремительно унеслась. В лаборатории Гриша проводил её взглядом, а через секунду хлопнул себя по лбу:
— Вспомнил, это же актриса! Ну та… у которой мужа… — он осёкся, увидев Левашова, выглянувшего из кабинета с недовольным видом, и продолжил: — А ещё сериал недавно с ней был… Как его… Детективный…
— Дефективный! — хмыкнула Ирина. — Не знала, что ты сериалы смотришь.
— А ты вообще обо мне многого не знаешь, — подмигнул ей Гриша. — Вот зашла бы в гости…
Он приобнял Ирину, краем глаза наблюдая за Стасом, безмолвно застывшим у выхода из лаборатории.
***
Сергей проявил такт и сдержанность и не стал силой склонять Аню ехать к нему после кафе, но выразил всё своё сожаление по этому поводу в прощальных объятиях. Пару раз Ане показалось, что дай Уварову волю, он раздел бы её прямо в машине.
— Боюсь тебя отпускать, — признался он в перерывах между поцелуями.
— Я никуда не исчезну, Серёжа.
— Всякий раз, когда ты уходишь, я думаю, что там Мишка ещё выдумает, чтобы тебя у меня забрать?
— По-моему, ты его демонизируешь. А если и в самом деле так беспокоишься, то почему не поговоришь с ним?
Сергей помедлил с ответом:
— Я бы поговорил, но есть риск, что разругаемся, а нам ведь работать. Как заместитель Ревенко меня устраивает — я не люблю что-то менять.
— Консерватор, значит? — Аня положила голову ему на грудь и закрыла глаза.
Сидеть с Сергеем в машине было уютно и спокойно, из кондиционера приятно дуло, и все страхи и подозрения, навеянные словами Михаила, рассеивались словно дымка на заре, предвещающей одно лишь безбрежное счастье. Рука Уварова мягко сжимала ей плечо, массируя и поглаживая.
— Я люблю стабильность, — сказал он. — Думаю, и Миша не хочет войны, поэтому не выступает открыто.
— Немного обидно, — улыбнулась Аня. — За меня даже не подерутся.
— А тебе хотелось бы дуэли? Неожиданно. Коварная какая!
Она рассмеялась, поднимая голову и подставляя губы для поцелуя.
— Эх, как бы я хотел сейчас к себе домой тебя отвезти… — пальцы Сергея скользнули за ворот её платья, нежно прошлись по коже, достигли груди, чуть сжали…
А потом он нащупал шрам.
— Что это? — Уваров потянул ткань, чтобы увидеть, но Аня не дала этого сделать, отстранилась и обхватила себя за плечи, закрываясь.
— Я поранилась. Напоролась на гвоздь как-то. Он из стены торчал, а я в темноте полезла зачем-то на верхнюю полку, не удержала равновесия и вот… Кожу сильно рассекло. Это некрасиво, не смотри.
— Не буду, если ты не хочешь. А у меня тоже есть шрам. На ступне — во-о-о-т такой огромный! — Сергей показал пальцами отрезок сантиметров в десять, не меньше.
— Не верю. На ступнях нет столько места!
— Потом покажу — убедишься.
Он заглянул Ане в глаза, поймал её взгляд, ободряюще улыбнулся. Слова были не нужны — они, казалось, чувствовали друг друга.
Немного погодя Аня засобиралась домой. Прощаясь с ней у подъезда, Уваров сказал:
— В моей квартире никаких гвоздей нет, и из стен ничего не торчит. Там безопасно, имей это в виду.
Сердце застучало быстрее, голова закружилась, мир сдвинулся, но через мгновение всё стало как прежде. Почему он заговорил о безопасности? Что-то заподозрил?
***
Дома, кроме дочери, Аня обнаружила молодого человека приятной наружности.
— Глеб Майер, — представился он, обволакивая Аню взглядом опытного, несмотря на юный возраст, сердцееда.
Глаза цвета крепкого чая, светлые волосы почти льняного оттенка, правильные черты лица — хорош собой, очень даже. Ане стало тревожно: влюбится Машка, попадётся как пить дать, а вдруг он её обманет? Такие мальчики привыкли к женскому вниманию, за одну девчонку не держатся. Как бы не разбил этот красавчик Маруське сердечко!
Аня поздоровалась и за чаем как следует расспросила Глеба о его семье:
— Значит, сестра учится в медакадемии? А ты сам поступил в этом году? А мать играет в театре? — уточняла и переспрашивала Аня, стараясь из мелочей составить портрет юноши.
— Не только в театре, — сказал Глеб. — Теперь и в кино снимается.
— Да, мам! — подхватила Маша. — Оказывается, мы с тобой даже видели этот сериал, он недавно по телевизору шёл! Её зовут Вета Майер.
Имя Ане показалось знакомым, но саму актрису она припомнить не смогла.
— Скоро в театре премьера, и Глеб пообещал достать билеты, — добавила девушка.
— Ага, — кивнул Майер. — Хотите, и вам тоже добуду, Анна Ивановна?
— Глеб, спасибо большое, но я пока своих планов на осень не знаю, — ответила Аня. — А вы с Марусей сходите, конечно.
Проводив Глеба, Маша пришла к матери.
— Ну? — спросила она. — И как прошло с Сергеем?
Аня мечтательно улыбнулась:
— Всё хорошо. Он очень интересный и умный человек, мы весь вечер не замолкали.
— А домой к себе не пригласил?
— Маруся, я не хочу торопить события, и Сергей со мной согласен. Допрос окончен?
— На сегодня да, — благосклонно кивнула Маша. — А как тебе Глеб?
— Симпатичный, даже красивый. И неглупый, воспитанный… Словом, если он тебе нравится, то я не против ваших встреч, но ты ведь рассказывала, что у него какие-то странные отношения с другой девушкой.
— Да мы… — Маша залилась краской, — мы пока просто так общаемся.
— Ну, просто так просто, — пожала Аня плечами, внимательно следя за оживленным лицом дочери, давно уже не улыбавшейся так непринуждённо и беспечно.
Как бы ни сложилось у них с Глебом, Аня была благодарна ему уже за одно то, что Машу отпускает напряжение последних лет.
***
Кого-кого, а Лизу Борис возле клуба увидеть не ожидал. Она без слов поняла это по его вытянувшемуся лицу, когда окликнула у входа.
— Я же просила прекратить, Боря. Ты не потянешь, репетиции слишком интенсивны, да и репутация стриптизёра, оказывающего, прости, интимные услуги, не даст тебе сделать карьеру.
Он слушал Лизу молча, отведя глаза, но когда вновь посмотрел на неё, в них не было ни тени смущения и готовности выполнить её указание.
— Прости, но пока это реальные деньги, на которые я живу. У меня нет своей квартиры, я снимаю комнату. Мать работает неофициально за копейки, не получает никаких пособий — надо и ей как-то помогать.
Лиза почувствовала, как застучали в висках мелкие молоточки. К щекам прилила кровь. Позор ей! О чём она только думала? Конечно, Борис не бросит заработок по её прихоти. Но ведь он талантлив, и будет ужасно обидно, если Лыков вышвырнет его за подобные подработки.
— Я что-нибудь придумаю, — сказал тем временем Борис. — Подыщу другую работу, хотя вечером и ночью мало что предлагают. Может, возьмут официантом… Или посмотрю, не проходят ли кастинги на съёмки, хотя там могут быть проблемы с графиком.
Лиза взяла его за руку, сжала, глядя в бездонные глаза-омуты.
— Я тоже попробую помочь. Может, удастся запихнуть тебя в один из проектов к продюсерам, с которыми дружен Нестор. А если нужны будут деньги, скажи, я дам…
Борис рубанул ладонью воздух:
— У тебя я денег не возьму. Не хватало ещё, чтобы меня женщина содержала!
Лиза невольно улыбнулась его искреннему негодованию.
— Или ты всерьёз говорила о том, что молодые актёры делают карьеру и зарабатывают через постели успешных актрис?
Она смотрела на Бориса, его скульптурные, почти классические, черты, губы… Поцеловал бы он её… Как же невыносимо хочется снова почувствовать себя живой и желанной!
— Может, станцуешь сегодня для меня?
В его глазах промелькнуло странное выражение. Тревога? Страх?
— Поезжай лучше домой. Мне кажется, ты устала.
— Не слишком ты вежлив. Неужели я так плохо выгляжу?
— Прости, не хотел обидеть. Ты самая красивая в мире, но действительно выглядишь уставшей. Я поймаю тебе машину.
Лиза ощутила пробивающееся раздражение, крохотные ростки гнева. Да что же она… Ещё немного и начнёт кидаться на бедного парня, а разве он виноват, что совсем не хочет её?! Нужно успокоиться. Как он учил? Вдох, выдох, вдох, выдох.
Возле них притормозил здоровенный и по виду дорогой автомобиль. И зачем его владельцу бомбить? Пошлёт сейчас… Однако Борис, переговорив с водителем, окликнул Лизу:
— Садись, тебя довезут.
— Я бы и сама справилась, — надменно сказала она, стараясь скрыть обиду, но получалось плохо.
Борис, ничего не ответив на её колкость, мягко улыбнулся. Непостижимый человек. Чего же он хочет от неё?
За рулём сидел мужчина в дорогом костюме. Он поздоровался с Лизой и окинул её цепким взглядом пронзительно серых глаз. Она удивилась про себя: на вид лет сорок с небольшим, а весь седой.
— Сергей, — представился он, нажимая на газ.
— Лиза.
— Назовите точный адрес, куда вас доставить.
Тут до неё дошло, что Борис не передал Сергею деньги.
— Погодите, сколько…?
Он покачал головой:
— Я не подрабатываю извозчиком. Просто ехал мимо, а тут вы.
— Простите, а мы что, знакомы? — вот будет неудобно, если они уже встречались, а Лиза умудрилась забыть об этом.
У Сергея оказалась удивительно светлая улыбка для его сурового на первый взгляд лица:
— Однажды я видел вас на сцене театра. Прекрасная игра.
— Благодарю. Рада, что вам понравилось.
Его губы чуть дрогнули, взгляд помрачнел:
— Тот вечер я никогда в жизни не забуду.
Сергей произнёс эти слова с нажимом, но если и намекал на что-то, Лиза намёка не поняла.
Он быстро домчал её до дома и, отказавшись от “хотя бы чашечки чая в благодарность” и пожелав на прощание творческих успехов, так же молниеносно исчез.
❗БОЛЬШЕ РАССКАЗОВ В НАВИГАЦИИ 🤩
👇 Ссылки на другие ресурсы, где я есть:
MAX — анонсы и живые картинки 🌞
Одноклассники — дублирование публикаций Дзен 🌹
💖Литературные порталы, где вы можете читать некоторые мои истории в удобной читалке и пока совершенно бесплатно: 👇👇👇
АвторТудей / Литрес / Литмаркет / Литнет / Литгород / Литсовет / Ридеро