Из глубин, где спят старые боги, прорастает новая воля. И несет она либо очищение, либо забвение.
Автор не имеет цели оскорбить кого-либо или унизить, данный текст несет только развлекательный характер.
Цикл рассказов Лондонский Лабиринт
Трезубец Люцифера. Глава четвёртая. Тот, кто наблюдает
Подземный ход, по которому вёл падре Томаш, становился всё уже и извилистее. Со стен сочилась вода, а воздух наполнился запахом речного ила и гниющих корней. Гул за спиной то стихал, то нарастал с новой силой, и каждый раз, когда он усиливался, пламя в фонарях начинало трепетать, словно от невидимого ветра.
— Что это за свечение? — спросил Эштон, с трудом переводя дыхание. Он был учёным, не привыкшим к физическим нагрузкам, и бег по неровному каменному полу давался ему с трудом. — Это не может быть электричеством. Слишком холодный оттенок.
— Сыворотка Ланца, — бросил через плечо падре. — Разработка одного австрийского мистика из общества «Туле». Он утверждает, что нашёл способ извлекать эфирную энергию из древних артефактов. Его зовут Карл Хаусхофер, и он убеждён, что Трезубец Посейдона — это ключ к вратам Агартхи, подземного царства, где спят древние боги.
— Хаусхофер! — воскликнул Рассел, не сбавляя шага. — Я читал его работу «Геополитика Тихого океана». Опасный человек с ещё более опасными идеями. Он состоит в переписке с этим мюнхенским выскочкой, Гитлером.
— Именно так, лорд Рассел, — подтвердил падре. — И если Хаусхофер заполучит Трезубец, он передаст его Гитлеру. А тот, в свою очередь, использует его для того, что они называют «финальным очищением».
Туннель резко свернул вправо, и они оказались в небольшой пещере, освещённой тусклым светом, проникавшим сквозь трещину в своде. В центре пещеры бил родник, образуя небольшое озерцо, вода в котором казалась чёрной, как обсидиан.
— Остановитесь, — скомандовал падре. — Дальше хода нет. Это место — древнее святилище, которое тамплиеры построили над источником. Здесь мы либо найдём спасение, либо встретим наш конец.
— Что за святилище? — спросил Блэквуд, оглядывая стены пещеры. Его острый взгляд сразу заметил странные символы, вырезанные на камне: спирали, восьмиконечные звёзды и изображения трезубца, переплетённого с крестом.
— Место силы, — ответил падре. — Одно из тех, где граница между мирами истончается. Тамплиеры называли его «Вратами Посейдона». Магистр Паиш оставил здесь последнюю защиту. Если мы сумеем её активировать, то сможем уйти. Если нет…
Он не договорил. Гул внезапно смолк, и в наступившей тишине отчётливо послышались шаги — размеренные, уверенные, приближающиеся из темноты туннеля. Блэквуд поднял револьвер и взвёл курок.
— Не тратьте пули, мистер Блэквуд, — произнёс голос из темноты. Голос был спокойным, даже мелодичным, с лёгким баварским акцентом. — Они здесь бесполезны.
Из туннеля вышел человек. Высокий, худощавый, одетый в длинное серое пальто, с тростью в одной руке и странным фонарём в другой. Фонарь излучал то самое бледно-голубое свечение, которое Блэквуд видел в склепе. Лицо человека было узким, с высокими скулами и глубоко посаженными глазами, в которых горел фанатичный огонь. За его спиной стояли четверо в чёрных мундирах с серебряными нашивками, вооружённые карабинами.
— Карл Хаусхофер, — представился человек, слегка поклонившись. — Профессор геополитики Мюнхенского университета. И, как вы, вероятно, уже догадались, искатель истины. Отдайте мне ларец, лорд Рассел, и я гарантирую вам безопасность.
— Безопасность? — переспросил Рассел, прижимая ларец к груди. — Вы, кажется, не понимаете, с чем имеете дело, профессор. Этот артефакт не для смертных рук.
— О, я понимаю гораздо больше, чем вы можете себе представить, — Хаусхофер сделал шаг вперёд. — Трезубец Посейдона — это не просто оружие. Это инструмент перекройки реальности. С его помощью можно не только управлять стихиями, но и менять саму ткань пространства и времени. Мои исследования показали, что древние цивилизации — Атлантида, Лемурия — использовали такие артефакты для создания и уничтожения целых континентов. Германия, униженная Версалем, нуждается в этом могуществе. Мы вернём себе былое величие.
— Вы безумец, — прошептал Эштон.
— Я провидец, — поправил его Хаусхофер. — А теперь, лорд Рассел, ларец. Или мои люди откроют огонь.
В этот момент падре Томаш, до сих пор стоявший неподвижно, поднял руку. В его ладони что-то блеснуло — маленький серебряный крест, но необычной формы: его концы были загнуты, образуя подобие свастики, перечёркнутой трезубцем.
— Sigillum Templi, — произнёс он на латыни. — Печать Храма.
И бросил крест в тёмные воды источника.
Трезубец Люцифера. Глава шестая. Пробуждение
Сердечное спасибо за вашу подписку, драгоценный лайк и вдохновляющий комментарий! Ваша поддержка – бесценный дар, топливо нашего вдохновения и творчества!