- Значит так, мы с Тасей женимся и ты примешь это без истерик…
- Как ты мог?! Ты же обещал бросить ее! – Катя сразу стала плакать и кричать, у нее это излюбленный метод. Но Михаил после школьного собрания едва сдерживал себя, чтобы не взяться за ремень. Никогда такого не было, Катя жила в любви и заботе, а сегодня он готов был проучить дочку за вранье, за капризы, которым приходилось потакать.
Начало здесь: Отцовское сердце (Глава 1) | Ясный день | Дзен
- Можешь реветь сколько угодно, меня уже этим не проймешь, я только что из школы и в курсе твоей жалобы на меня… это надо же такое придумать: «папа меняет женщин, как перчатки»… разве такое было?
Катя сразу притихла, вид у отца был решительный, он, и правда, не обращал внимания на ее слезы.
- Я видела тебя с ней, вы в парке гуляли, а потом ты обнял ее…
- Ну-уу? Ты видела меня с Тасей, а еще с кем? С кем еще видела? Откуда столь бурная фантазия? Или это потому, что ты учиться стала хуже, а чтобы оправдаться перед Ольгой Федоровной, выставила отца бабником… как тебе не стыдно?
- Не стыдно, - со злостью в голосе ответила Катя, - все равно ты меня обманул, ходишь с ней, собрался жениться…
- И женюсь, тебя не спрошу.
Она снова упала на диван, закрыла лицо руками, ее плечи стали трястись от рыданий. – Я к маме хочу… меня никто не любит, только мама любила…
- Перестань, тебя все любят, я люблю, бабушка любит, Тася готова с тобой подружиться и очень понимает тебя...
Катя перестала плакать, вытерла лицо. – Если женишься на ней, то не увидишь меня, никогда не увидишь.
Михаил остановился, посмотрел на дочь, пытаясь понять, что в ее взгляде, но увидел решимость на отчаянный поступок и его сердце снова ёкнуло.
И тогда вместо того, чтобы ругать дочь, он присел рядом и попытался поговорить спокойно. Долго объяснял про семью, про новую жизнь, про то, что Катя всегда будет в его сердце, но ведь и ему надо свою жизнь устроить. Уж он-то никак не виноват, что Ани, Катиной мамы, нет. Так неужели ему всю жизнь прожить в одиночестве?
- Ты не один, я у тебя есть я. – Потом она положила голову отцу на плечо и тихо сказала: - Папочка, не женись, пожалуйста, подожди, когда я школу закончу.
Михаила снова затрясло, он вновь стал объяснять, что так нельзя, миллионы людей заводят новые семьи и живут хорошо. Говорил долго, уже не глядя на дочь, а когда взглянул, заметил, как медленно она склонила голову на подлокотник, он схватил ее, еще не понимая, что произошло, ему показалось, Кате плохо. Она, и в самом деле, была бледной, и только всхлипывала и ничего не говорила.
- Катя, Катя, что с тобой? – он начал трясти ее, будто приводя в чувство. – Ну что с тобой, ответь…
Наконец она ответила: - Мне совсем не нравится твоя Тася, мама лучше, мама была красивая, а она… я не хочу, чтобы она жила с нами.
- Ну хорошо, хорошо, она не живет с нами, но поговорить надо, ты ведь почти в полуобморочном состоянии, разве можно себя так доводить. И отметки… у тебя плохие оценки, ты стала хуже учиться…
- Это потому, что я видела вас вместе, а ведь ты обещал… - Она захотела приподняться, и он помог ей. – Папа, вот я закончу школу, поступлю… наверное, в институт, вот тогда и женись, я ведь все равно уеду учиться… - Глаза Кати при этом были такие грустные, будто осталась она одна на белом свете.
- Три года значит просишь… вот какой срок ты отвела мне… ну что же, если тебе так легче. Ладно, Таси не будет здесь… Только давай договоримся: ты учишься в полную силу, не врешь и не лезешь в мою личную жизнь… а она у меня есть… личная жизнь.
- Папа, ты…
- Я же тебе сказал: Таси не будет здесь до окончания школы… а твоя задача – учиться. И пожалуйста, без истерик, я ведь тоже не железный, точнее сказать, не такой уж я здоровый, пожалей папку-то…
- Папочка, я тебя всегда жалею, я буду хорошо учиться и больше не буду обманывать… никогда.
Катя сразу превратилась в послушного ребёнка. Ее русые волосы рассыпались по плечам, веки чуть припухли от слез, но сама она снова была тем нежным ребенком, милым и доверчивым. Сердце Михаила снова дрогнуло, он обнял дочку, обещая, что все у них будет хорошо.
***
- Ты снова у нее на поводу идешь? – спросила Людмила Дмитриевна, узнав о решении Михаила не расписываться с Таисией, пока Катя не окончит школу.
- Тася согласна.
- Тася – золотой человек, но ты ее можешь потерять.
Людмила старалась говорить тихо, но Катя, находясь у себя в комнате, все равно услышала и вышла к ним. – Если бы мама была жива, она бы тебя выгнала, - сказала девочка родной бабушке.
- Чего-оо? Ты на кого хвост поднимаешь? Да я тебя с пеленок выходила, сидела с тобой, когда родителям некогда было… А ты меня гнать собралась?!
- Катя, иди к себе, нехорошо подслушивать, - сказал отец.
- А чего она? Мы же договорились…
- Никто уговора не нарушает, это во-первых, а во-вторых, извинись перед бабушкой.
- Не буду! Она первая начала… если ей так надо, пусть к себе забирает эту Тасю…
- Я тебе сейчас заберу! – Разозлилась Людмила. – Я вот позвоню Валентине, пусть она тебя к себе заберёт, тоже ведь бабушка. – Людмила стала звонить сватье, с которой очень давно не виделась.
- Мам, не надо, разберемся, не звони…
- Ну уж нет, я ей все скажу… алло, Валентина? Ну, здравствуй, я это, Людмила Улитина… Ты внучку давно видела? Как какую? Ты забыла, что у тебя внучка Катя есть? А-аа, это потому что у тебя еще три внучки, вот ты и запуталась. Предложить тебе хочу, чтобы Катя, твоя внученька у тебя пожила, а то скучно ей у нас… условия нам ставит… Как звала? Ты звала ее? И что? Не хочет?! Не хочет значит, ладно, тогда я ее запакую и посылкой отправлю, пусть у тебя поживет, а то мы тут плохие ей все.
Людмила закончила разговор, Катя снова расплакалась. – Ты что, гонишь меня? Это мой дом, я здесь живу!
- Миша, ты представляешь, Валентина звала ее в гости, так ведь не хочет, - не обращая внимания на внучку, сообщила Людмила. – Так вот думаю, собрать ее, да и отправить, пусть другой бабушке нервы мотает.
- Мам, хватит. Катя, успокойся, давай без слез, то, что бабушка говорит, все справедливо, ты плохо себя ведешь…
- А чего она меня гонит?
- Давно пора выгнать, чтобы не командовала. Эту трехкомнатную квартиру Миша своим горбом заработал, чтобы вам с матерью вольготно жилось. А она, прости, Господи, с другим мужиком закрутила…
- Мам, не надо!
- Ты все врешь, это неправда, - закричала Катя.
- А вот и правда! Пожалели тебя, не сказали, а теперь пожинаем плоды… жениться она отцу запрещает... вот до чего дожили.
- Мама, успокойся, мы договорились с Катей, Тася тоже согласна, не надо разжигать новый спор…
- Ох, сынок, всё в себе держишь, о дочке думаешь, на себя плюешь, разве так можно...
Людмила ушла расстроенной. Одно радовало: внучка теперь знает правду. А уж верить или нет, самой решать.
Михаил любил свою жену, для семьи все делал, и Людмила тоже по-дружески относилась к невестке, даже в мыслях не было, что подобное случится. Может это был всего лишь необдуманный спонтанный поступок, ставший изменой, но обернулось это все плачевно для самой Анны. И лучше бы она жива осталась, лучше бы они развелись потом, чем такое несчастье.
Михаил, проводив мать, снова долго разговаривал с дочерью, ведь Катя в то, что сказала бабушка, не верила. Михаил не пытался ее убедить в обратном, но слова матери подтвердил.
Однако после этого разговора показалось ему, несмотря на его уступки, что дочь еще больше отдалилась. Вроде послушная, учиться стала хорошо, не грубит, а все равно, будто чужие.
Прошло еще три года
Прозвенел последний звонок и впереди экзамены, а потом у Кати выпускной. Платье, которое она хотела, теперь висело у нее в шкафу, а новенькие туфли лежали еще в коробке и ждали своего часа.
- Ну, что дочь, еще немного и выпускной бал, даже не верится, моя дочь - выпускница… я думаю, это надо отметить…
- Вот и отметим на выпускном.
- Ну это само собой, но кроме этого, надо в семейном кругу посидеть…
- Ну пусть бабушка придет, кажется она мне подарок приготовила…
- Это обязательно. Но я бы хотел пригласить Тасю… мы столько лет вместе…
Катя сразу напряглась. Все эти годы отец не напоминал о Таисии, хотя дочь догадывалась, что встречается с ней. Конечно, она обижалась, но данное обещание старалась сдержать: не закатывала истерик, не упрекала отца. И Михаил ждал и надеялся, что после школы Катя поступит в институт и они с Тасей поженятся. Ни на минуту он не разочаровался в этой женщине, ставшей ему верным другом, а главное любимой женщиной.
И вот решил напомнить о разговоре трехлетней давности.
- А зачем она нам? – равнодушно спросила Катя.
- Ну так по-семейному…
- Наша семья - это мы с тобой… ну еще бабушка…
- Нет, Катюша, моя семья – это не только ты и бабушка, это еще и Тася. И ее сын Вадим. Если по справедливости, то именно так. Или ты против моей семьи?
- Ну ладно, пусть приходит… только после экзаменов…
У Михаила все внутри дрогнуло, неужели он дождался этих слов… столько лет ждал.
- Конечно, сдавай, я буду переживать за тебя, старайся, дочь, ты ведь у меня умница.
И потом он старался ничем не досаждать дочери, пусть спокойно сдает экзамены. Да что там досаждать, он дышать боялся, чтобы не спугнуть наметившиеся положительные перемены.
- Катя, я сам стол накрою… ты не забыла, у нас сегодня гости… будем поздравлять тебя. Пока только так, в тесном семейном кругу, перед выпускным, ты ведь у нас выпускница…
- Папа, ты правда, хочешь на ней жениться?
- Катя, ну хватит уже, ладно, раньше маленькая была, а теперь взрослая, всё должна понимать. К тому же у тебя скоро своя жизнь начнется, не оставаться же мне одному.
Людмила пришла первой. Поцеловала внучку, несмотря на то, что часто у них бывают споры. Михаил пошел встречать Тасю. И вскоре они появились, переступив порог квартиры. Таисия вручила букет Кате, поздравила.
- Ну вот, скоро выпускной, твой красивый праздник, его обычно все запоминают…
- Да, Тася, представляешь, я сам почему-то волнуюсь, родители ведь тоже будут на выпускном.
Катя только кивнула Тасе, ничего не сказав, и даже это порадовало Михаила. Пока сидели за столом и вели разговор, Катя раза два выходила в прихожую.
- Ты кого-то ждешь? – спросила Людмила.
- Нет, ба, просто мне душно.
- Ну так открой окно.
И уже ближе к ночи, когда Тасе и Людмиле надо уходить, Михаил хотел отвезти обеих, но в комнате появилась Катя.
- Пап, ты правда хочешь на ней жениться? Она ведь старше тебя… - насмешливо сказала Катерина.
Все застыли, пытаясь понять, что же это было.
- Катя, что опять с тобой? Извинись…
- Она старше тебя на два года… зачем тебе такая старая? – и она снова насмешливо посмотрела в сторону Таисии.
Тася вспыхнула, казалось, ей трудно дышать, впервые она не знала, что ответить.
- Откуда тебе известно, старше или нет? – строго спросила Людмила Дмитриевна.
- Известно. Пусть сама скажет…
- Решила испортить вечер себе и нам? – спросил Михаил. – Извинись перед Тасей…
- Не надо, Миша, я лучше пойду…
- Погоди, я отвезу.
- С чего ты взяла, что Тася старше? – допытывалась Людмила, хотя давно знала, что Таисия на два года старше Михаила. Но это ее совершенно не волновало. Людмилу беспокоило, откуда об этом знает Катя.
- Не верите мне, паспорту поверьте… - ответила Катя. Перемены в ней были разительные. Все это время она была покладистой, и весь вечер, хоть и молчала, но по крайней мере, не грубила. А теперь вдруг такой выпад.
- Ты что же, паспорт мой проверила? – спросила Таисия и пошла в прихожую, где оставила сумочку. Действительно, паспорт лежал не в том отделе.
- Ты проверяла сумку Таси? – побледнев, спросил отец.
- А что? Должна же я знать, кого ты приведешь в нашу квартиру, - невозмутимо ответила Катя.
Сдержаться Михаил не смог. Впервые весь вулкан негодования вырвался наружу, его трясло, он стукнул кулаком по столу, задребезжала посуда.
- Кто тебе позволил? Какое имела право лезь в сумку? – он отошел к окну, потом снова вышел на середину комнаты. – Кого я вырастил? Монстра какого-то вырастил, бездушное создание, зацикленное на своих желаниях…
- Миша, успокойся, тебе нельзя волноваться, - уговаривала Людмила Дмитриевна.
Катя тоже испугалась, никогда не видела отца таким. Ей казалось, что унизит Тасю, претендующую стать женой ее отца, опозорит ее, но получилось наоборот, отец полностью на стороне Таисии.
- Как ты посмела? – кричал Михаил.
- Миша, успокойся, пожалуйста, мы потом поговорим, - уговаривала Тася, - да Бог с ней с этой сумкой, с этим паспортом, ну все же знают нашу разницу в возрасте… вот только Катя не знала… теперь знает.
- Тася, ты переезжаешь ко мне завтра же… немедленно, я сам тебя перевезу! Всё, хватит! Мы ей подарки, выпускной, а она… в сумку залезла, паспорт проверила… Извинись! – Снова закричал Михаил.
- Ну ладно, если она тебе так нужна, так дорога, пожалуйста… извините… - испуганно сказала Катя.
- Не так, а нормально извинись, прощения проси…
- Миша, не надо, успокойся, - просили Людмила и Тася.
Михаил и сам стал говорить тише, видно ему уже тяжело стало вообще что-либо говорить…
В больницу его увезли на скорой.
Тихо было возле палаты. Людмила Дмитриевна присела на стул, который вынесли специально для нее. Она была подавлена, волосы, наполовину с проседью, не уложены, как это обычно она делает, в руках сумка.
Вышла Тася. Людмила сразу встала. – Ну что там?
- Операцию надо делать… я давно говорила, а он все ждал, когда Катя школу окончит… Но вы не волнуйтесь, самое страшное уже позади.
- Господи, сыночка, за что тебе это?
- Перестаньте, не надо, вам к нему сейчас идти, не надо слёз.
- Не буду, Тасенька, не буду. Спасибо, родная, что ты есть, молюсь о здоровье сына и о твоем здоровье.
Людмила Дмитриевна скрылась за дверями палаты, а Таисия увидела Вадима и подошла к нему. Сын Таси уже был взрослым парнем, всё понимающим и поддерживающим мать. – Ну как там дядя Миша? – спросил он.
- Пока стабильно. Операция нужна.
- Ну так и что? Значит надо на операцию его.
- Подожди ты, пусть сил наберется, потом уже решать будут, когда оперировать.
- Мам, ну ты тоже не волнуйся так, все же хорошо.
- Ой, Вадимка, как сказать, вроде хорошо, но ведь могло быть лучше… отцовское сердце Миши не выдержало, вот так и получилось.
- Мам, я тут посижу… мне можно потом зайти к дядь Мише?
- Ну если только попозже. А то все сразу, так и доктор заругает.
Вадим присел на тот стул, на котором сидела Людмила. Тася ушла. А вскоре парень увидел девушку в брючном костюме, с распущенными русыми волосами – она стояла поодаль и не решалась подойти ближе.
Вышла Людмила и снова вытерла глаза. – А-аа, явилась, - сказал она, увидев внучку. – Ну, порадуйся теперь, довела отца… Вот теперь иди, отмечай выпускной, одна отмечай, "отпускайся" сама по себе, я тоже не пойду. – Сказала Людмила и, поздоровавшись с Вадимом, пошла искать Тасю.
Катя стояла, не шелохнувшись и не сказав ни слова. На лице испуг и недоумение. Она думала, отец еще молодой, он вечный, все выдержит… не выдержал, лежит теперь беспомощно.
Вадим подошел к ней. – Ты Катя?
- Да. – Совсем тихо ответила она. – А вы откуда знаете?
- Дядя Миша про тебя говорил. Я Вадим, сын Таисии Антоновны, ну то есть, это мама моя.
- Я не знала, - виновато ответила Катя, - хотя нет, папа говорил как-то...
- Да-аа, повезло тебе с отцом, дядя Миша классный… вот у меня совсем другой отец, я даже завидовал тебе, что такой папка достался… Ну чего стоишь? Иди, пока никого нет.
- Куда?
- В палату.
- У меня накидки нет.
Вадим снял накидку с себя и накинул ей на плечи.
Она стояла, трясясь от страха. Впервые в жизни поняла, что может вот так легко потерять отца, как когда-то потеряла мать.
- Я боюсь, папа меня выгонит.
- Ну если будешь вести себя хорошо, то не выгонит. Просто зайди, присядь рядом и возьми за руку.
***
Прошло полгода
- Тася, мы все-таки успели сделать ремонт как раз к новому году! – Михаил был доволен обновленной квартирой, радовался новой мебели.
- Не мы, а ты, это твоя заслуга, - сказала Тася.
- Ну не сам я, люди помогали…
- А ты руководил… ой, скоро Людмила Дмитриевна приедет, давай на стол накрывать.
Михаил взглянул на телефон. – Кажется, пропущенный, Катя звонила, а я и не услышал… ладно, перезвоню.
- Все-таки зря она уехала учиться в другой город, - сказала Тася, - у нас тоже ВУЗы есть. Мне кажется, она не захотела тут оставаться.
- Это правда, не захотела, - согласился Михаил. – Стыдно ей до сих пор, просто стыдно за свой поступок, хотя мы ее давно простили.
- Да, Катя изменилась, она совсем другая, - сказала Тася, - как будто прозрела… вот и надо было дома остаться.
- Нет, Тася, тут я ее поддерживаю, пусть поживет одна, я знаю, ей это нужно. Хоть мы ее и простили, но сама она себя пока простить не может. Время надо.
- Все будет хорошо. Вот замуж выйдет, появятся свои дети, тогда она вообще будет с тобой на одной волне.
- И с тобой тоже. Она тебе очень благодарна. И я тоже. Ты мой ангел-хранитель.
- А ты моя половинка на всю оставшуюся жизнь… - Она отвлеклась услышав, что в дверь позвонили. – Людмила Дмитриевна приехала, пойду открывать.
Людмила вошла, и на воротнике у нее снежинки, а щеки чуть зарумянились. – Здравствуй, Тасенька! – Она обняла невестку, увидела сына и громко заявила: - Катька звонила, коза такая, ну я её малость отчитала…
- Мама, ты как всегда в своем репертуаре, - сказал Михаил.
- Ну а чего? Она, видите ли, не поняла… а я говорю, сиди на лекции и слушай в два уха, тогда все поймешь…
- Обиделась наверное?
- Не-еет, она меня уже знает, не обижается. Бабушка поругает, бабушка пожалеет… все равно моя внучка, хоть и наломала дров. Да и мы хороши, упустили дитё, а потом расхлёбывали… Ну ладно, дети, показывайте свой ремонт.
- Вот, смотри, да за стол приглашаем, мы твой любимый пирог испекли…
Людмила расчувствовалась, обняла обоих: - Дети мои, вы главное живите, долго живите, а больше мне ничего не надо. – Потом вспомнила и спросила: - Тася, а Вадик-то твой где?
- Так тоже учится. Да и девушка у него, любовь, понимаете ли…
- Ну и как девушка?
- Хорошая. Настей зовут.
- Да все у Вадима отлично, - ответил Михаил. – Думаю, женится парень и будут у нас с Тасей внуки.
- Ну вы не забывайте, что у вас еще бабушка есть, ну то есть, прабабушкой буду. Мне еще Катиных детей дождаться надо, может успею посеять доброе зерно в детские души, чтобы не повторилось… - она махнула рукой, - ай ладно, все хорошо будет.
Опустился вечер, зажглись ночные огни и светится окно в доме Михаила, и сам он рад и счастлив, что самые близкие его понимают и всё у них наладилось.