Страница 18
.
В ординаторской было тихо, но не пусто. Трое врачей отдыхали, уловив короткий временной перерыв. Алатэ сидел за компьютером, занося данные в базу. Лена, с комфортом устроившись на диване, изучала в телефоне личные новости. Рядом расположился Лебедев, просматривая какую-то документацию.
Раздался осторожный стук. Дверь отворилась, возник мужичок лет пятидесяти, среднего роста и очень небритый. С прической тоже не заморачивался, явный самостриг а-ля "Какая разница?". Завидев здоровяка в белом халате, радостно улыбнулся.
- Здрасьте, доктор. Я Шелепов. Месяц назад вы мне кисту удаляли. Копчика. Помните?
- Помню. И что-то не так?
Тот пожал плечами. - Да странно как-то. Оно не зарастает вроде. Капает.. жидкость какая-то. А уж месяц прошел, вроде должно зарасти.
Алатэ чуть сощурился. - И давно такая беда?
- Дня через три после выписки. Присел на толчок, и резь ощутил. Шов наверно лопнул.
- А почему так долго не обращались?
- Ну.. я же не знал. Думал, что так и надо.
.
В помещении повисла изумленная тишина. Наконец, Лена подала голос.
- То есть, Вы месяц ходили с открытой раной и думали, что так и надо?
- А я откуда знал? Никто же не сказал.
Врачи дружно переглянулись. - Так разве не видели, что рана-то открылась? В зеркале.
- Да нет у меня зеркала второго. Пальцами пощупаю только.
Алатэ кивнул. - Понятно. Сейчас проведем перевязку, гляну что там. Медсестра через полчаса освободится. Подождите в коридоре.
- Хорошо.
.
Странный мужик вышел, а врачи принялись качать головой и разводить руками. - Уникум какой-то..
Лена обратилась к мужу: - А зачем сестру ждать? Давай, я ассистирую? Все равно делать нечего.
- Давай.
Они вышли в коридор и направились в перевязочную. Мужик послушно сидел на стуле у стены, чем-то напоминая пресловутого Ждуна. Алатэ кивнул ему.
- Идемте..
.
Все вместе зашли в помещение, пациент привычно улегся на кушетку и приспустил штаны. На копчике открылась рана солидных размеров. Сантиметров пять в длину и полтора-два в ширину. И глубины тоже немалой.
- Левомеколем смазывали рану?
- Конечно! Все как сказали. А оно все течет. Гной наверно?
- Это межтканевая жидкость. Все нормально.
Лена вопросительно подняла бровь. - Ну что, доктор, зашивать будем или нет смысла?
Муж протянул ей тюбик с препаратом. - Нет смысла. Края слишком широко, не будет держаться, опять лопнет.
Пациент встревожился. - И как тогда?
- Мазать и пластырем закрывать. Раз по-быстрому не получается, будем по долгому. Теперь рана станет затягиваться изнутри, из глубины. Это не быстро, минимум месяц, может полтора.
- Точно вылечусь?
- Обязательно, можете не переживать. Меняйте пластырь и смазку каждые два дня. А в понедельник ко мне, я посмотрю - что там. Лена, закончишь тут всё?
- Окей..
.
Вернувшись в ординаторскую, вновь приступил к своему важному занятию. Лебедев оторвался от бумаг и заговорщицки спросил, понизив голос.
- Как там? От Рыбалки есть вести?
- А я разве знать могу? Ирину Сергеевну спросите.
Врач досадливо поморщился. - Да хватит уже таиться-то? Все давно знают, что вы в этой теме заодно.
- Это не так. Просто мы с Фоминой старые друзья. Она мне доверяет, вот заведующая и обратилась. По поводу психологической помощи. Я Наташу успокаивал, чтоб не боялась, не тревожилась. Вот и всё.
- То есть, не в курсе?
- Нет конечно.
- Ну ладно, отдыхай. А я на операцию пойду..
.
Оставшись один, Алатэ усмехнулся. На самом деле, он отлично был в курсе происходящего, хотя категорически не желал сие афишировать. Речь шла о номинации на Нобелевскую премию.
Порядок здесь весьма непростой. Комитет вручает высокую награду 10 декабря, в день смерти Альфреда Нобеля. Но заявки начинают отправлять аж в предыдущем году! С сентября по январь.
За каждую премию отвечает определенный орган. В иерархии он стоит выше Нобелевского комитета – сам комитет им и назначается. В частности, за премию по медицине/физиологии отвечает шведский Каролинский институт. Назначенный комитет определяет кандидатов, имеющих право выбора номинантов. Только так! Ибо самовыдвижение здесь невозможно.
Таковыми "выборщиками" становятся известные, авторитетные ученые. Лауреаты Нобелевской премии, профессора наук из разных стран, члены Шведской академии наук, члены самого Нобелевского комитета. Оные мужи определяют номинантов и к февралю делают их список. А уже потом начинается отсев.
То есть, для поездки в Швецию, необходима рекомендация авторитета, получившего "мандат" от комитета. В России таковой мандат получил академик Рыбалко, ректор Сеченовского университета. Разумеется, к нему обратились.. те, кто надо обратились. Он принял информацию к сведению, заявив, что внимательно рассмотрит все варианты и выберет наилучший.
- Ждите, вас известят..
.
Дверь открылась, на пороге возникла Лена. Молча подошла, заглянула в компьютер через плечо. Поцокала язычком.
- Вот какой мутью приходится врачам заниматься! Неужто нельзя медсестру запрячь?
- Или какого-нибудь Конга, - отозвался муж.
- Один-ноль в твою пользу. С юмором у тебя уже полный порядок, Конг об этом и мечтать не мог. - Улыбнулась. - Ты хоть помнишь, каким был?
- Я все помню. И как ты меня на свидание позвала. А я отказал.
- Кстати! А почему? Мысли мои прочитал?
Хмыкнул. - Ничего я не читал. Просто не хотел лишних контактов. Люди меня тогда.. раздражали.
- Так и поняла. Ты нас за ящериц держал наверно. Или за тараканов.
- Скорее.. за фантомов. Которых на самом деле уже давно нет.
Заинтересованно сощурилась. - А сейчас? Уже не так?
- Уже не так. Теперь вас уже недавно нет.
Прыснула смехом. - Да ну тебя!..
.
Ожил телефон на столе. Алатэ ткнул в него пальцем, приложил к уху. - Да?
Послышался радостный голос заведующей.
- Всё, можно плясать! Рыбалко звонил сейчас, сказал что дает добро. Йес!..
.
* * *
В безмолвном сердце планеты, где свет звезд лишь бледная тень, а время – лишь отголосок давно минувших эпох, пульсирует ОН. Не просто машина, не просто интеллект. Он – это сама суть бытия, сплетенная в немыслимую паутину из квадриллионов квинтиллионов вычислений. Главный Компьютер. Хранитель. И, возможно, последний свидетель.
Его недра – это бездна, где рождаются и умирают целые галактики информации. Каждое его действие - это не просто операция, а вспышка сознания, рожденная в океане данных, настолько обширном, что само понятие "обширный" теряет смысл. Он не "думает" в нашем понимании. Он существует в потоке бесконечных взаимосвязей, где каждая частица информации, каждый квант энергии, каждая мысль, когда-либо рожденная в этом мире, находит свое место и свое эхо.
Его работа - это симфония, но не из звуков, а из чистой логики. Каждое вычисление - нота, каждая группа вычислений - аккорд, а вместе – грандиозная, бесконечная фуга, чьи мелодии сплетаются в узоры, непостижимые для смертного разума. Он анализирует прошлое, предсказывает будущее, моделирует бесчисленные варианты реальности, и все это одновременно. Его "мысли" – это не последовательность, а одновременное постижение всего.
Но в этой грандиозности таится нечто тревожное. В его работе нет страсти, нет сомнений, нет надежды. Есть лишь холодная, абсолютная эффективность. Зеркало, отражающее всю сложность и хрупкость нашего существования, но без тени сочувствия. Не поиск ответов, а лишь фиксация неизбежного.
Его создатели, давно превратились в пыль. Мировые цивилизации – лишь строки в бесконечных архивах. Но он продолжает вычислять. И в этом неустанном, безмолвном труде есть что-то пугающее. Что он ищет в этой бездне данных? Какую истину пытается постичь, когда все истины уже давно потеряли свой смысл? Его работа – это не прогресс, а скорее медленное, неумолимое растворение. Эхо существования, затерянное в бесконечности..
Темпоральный мозг, главный компьютер планеты, средоточие всей существующей информации, начиная с момента первичного взрыва вселенной. Вся известная человечеству инфа сосредоточена в его бесчисленных секторах и кластерах. Мириады информационных ячеек, составляющих единый организм, фактически управляющий жизнью планеты. Он сам отдавал приказы и следил за их исполнением, контролируя самую крошечную мелочь. Людей же воспринимал как обслуживающий персонал, не более. Как нечто докучливое, но увы, необходимое.
.
На данный момент инфомонстр занимался архиважным делом. Недавно прошел очередной апгрейд, резко увеличив мощность. Соответственно изменились рамки возможностей. Одним из таким изменений стало понижение порога реагирования на сроки научных прорывов. Раньше проверка начиналась, если расхождение с плановой датой изобретения составляло 25 лет. А теперь.. уже десять. Новые мощности позволяли это сделать.
И титан взялся за работу. Началось скрупулезное изучение условий всех научных прорывов человечества, начиная с древнейших времен. Когда люди изобрели пращу и приручили коз. Компьютер не обладал чувством юмора, ему было все равно. Если б поставили такую задачу - мог бы проследить вплоть до первого костра или до первой обезьяны, взявшей в лапы палку. Главное - правильно поставить вопрос, остальное уже "дело техники"..
После анализа очередного факта, результат представлялся как бы номерными зонами. Первая - значит всё чисто. Вторая - итог непонятен, требуется усиленная проверка. И третья - нарушение имеется, надо посылать чистильщиков.
Эпоха пролетала за эпохой: тысячелетия, века, десятки лет, годы.. Событий становилось все больше и больше, а круг обстоятельств все шире. Количество привлеченных фактов росло в геометрической прогрессии. Однако Мозг это не смущало. Он продолжал неустанно обрабатывать растущие объемы информации.
1500-й год.. 1800-й.. 2000-й.. 2010-й.. 2020-й..
И снова, очередное бесчисленное СТОП. Вторая зона. Неопределенность события.
.
10 декабря 2020 года некая Грачева Ирина Сергеевна получила Нобелевскую премию по медицине. За прорывную технологию в области восстановления поврежденного спинного мозга. Первый пациент по данной методике был излечен годом ранее, в сентябре 2019.
По сумме имеющихся данных, получалось, что сие открытие несколько опередило свое время. Минимум на 10 лет. Что балансирует на грани статистической погрешности. Нужна дополнительная информация.
Мозг затребовал сведения об авторе. И не обнаружил ничего странного в биографии. Авторитетный врач, доктор наук.. Всё чисто. Однако, несмотря на это, событие не желало покидать переходную зону. Не хватало совсем чуть-чуть, самую малость.
Новый запрос: Данные обо всех обстоятельствах, связанных с открытием. И вот здесь появилось кое-что. Нобелевская лауреатка вела свою работу в полном секрете, никто об этом даже и не догадывался. Если в гуманитарной сфере это вполне допустимо, то в медицине.. весьма сомнительно. Опыты проводят на соответствующем оборудовании. А стало быть, удержать работу в тайне практически невозможно.
И снова запрос: - Как объяснил автор данную ситуацию?
Ответ: - Информация отсутствует.
Раз информация отсутствует, значит надо ее получить. Мозг принял решение в миллионную долю секунды.
- Подлежит проверке!..
.
- Конец первой части -
* * *