Вечерний релакс

. Белый красавец-Кадиллак быстро катился по пустынной дороге, приближаясь к городу. За стеклом мелькали темные силуэты деревьев, словно сплетенные в единую причудливую изгородь. Мотор гудел, фары освещали ночью тьму. Вокруг тихо, безмолвно, впереди и сзади. Алатэ глянул время на вмонтированном в панель экране. Двадцать минут третьего. Приедет около трех, как договаривались. Задумчиво качнул головой. Не очень все это нравится, но.. выбора не имелось. В который раз задал вопрос: Эшша тогда сказала, что задание серьезное, выполнить непросто...

. . Алатэ аккуратно постучал в дверь кабинета. И заглянул внутрь. Ирина Сергеевна в тот момент как раз трапезничала - рабочий ланч. Поставила бокал с чаем на стол, кивнула. Он расположился на стуле, жалобно скрипнувшем от тяжелейшего груза. Выложил на стол целую кучку листков с результатами анализов. Ирина понимающе кивнула. - Что-то не срастается? Подробнее. Какие были первые шаги? Алатэ вздохнул. - Вот тут и начинается самое сложное. Биопсия, проведенная эндоскопически, дала неоднозначный результат...

. Пять часов вечера. Солнце, уже не такое жаркое, как днем, но все еще щедро разливающее свой золотистый свет, начинает клониться к горизонту. Перед монументальным зданием областной больницы раскинулась просторная автостоянка. Она уже не пустует, как утром, но и не переполнена. Постепенно, словно ручейки, стекающиеся к реке, из массивных дверей начинают выходить люди. Медработники. Конец рабочего дня. Долгожданный момент, когда можно выдохнуть, оставить за спиной стены, где каждый час был на счету, и вернуться к своей, обычной жизни...

. . Солнечный луч, пробившись сквозь жалюзи, игриво скользнул по стерильно-белым стенам процедурного кабинета. Воздух наполнен легким ароматом антисептика и едва уловимым запахом… волнения. Несколько врачей в белых халатах во главе с заведующей хирургическим отделением больницы, "колдовали" над знаменитой пациенткой. Сегодня - день очередного профилактического осмотра. И надо удостовериться, что реабилитация идет без проблем. Первым в бой вступил доктор Капелюш, специалист по опорно-двигательному аппарату...

. . В холле гостиницы "Русь" царила привычная атмосфера – смесь ожидания и легкой суеты. У стойки регистрации, словно незыблемый центр этого маленького мира, сидела администратор. Ее движения были отточены годами, каждое действие – привычным и уверенным. Сейчас она не спеша перебирала стопку ключей, аккуратно раскладывая их по номерам. Пальцы ловко скользили по гладкой поверхности пластиковых карт, будто знакомясь с каждым номером заново. На мониторе компьютера мерцали строки информации: бронирования, свободные номера, списки прибывающих гостей...

. В Академии царила рабочая атмосфера. Под сводами сверкающей ледовой арены, где воздух пропитан морозной свежестью и предвкушением совершенства, разворачивалась настоящая симфония движения. Около дюжины юных талантов, преимущественно девушек, словно мотыльки, порхали по зеркальной глади. Это не просто тренировка, это кропотливая работа над каждым движением, каждый прыжок, каждый поворот – шаг к мечте о пьедестале. В центре внимания – два наставника, два дирижера этого ледового оркестра. Одна, стоя у бортика, вскрывает нюансы техники, направляя спортсменов потоком профессиональных терминов...

. Летняя ночь окутала лес плотным, бархатным покрывалом. Воздух, густой и влажный, нес в себе терпкий аромат хвои и прелой листвы. Звезды, обычно яркие и манящие, сегодня казались тусклыми, словно приглушенные невидимой пеленой. Луна, бледная и нерешительная, лишь изредка проглядывала сквозь кроны деревьев, бросая на траву призрачные, дрожащие тени. Шелест листьев, обычно успокаивающий, звучал как шепот предостережения, а далекое уханье совы казалось протяжным, скорбным стоном. Казалось, сама природа затаила дыхание, ожидая чего-то...

. В ординаторской было тихо, но не пусто. Трое врачей отдыхали, уловив короткий временной перерыв. Алатэ сидел за компьютером, занося данные в базу. Лена, с комфортом устроившись на диване, изучала в телефоне личные новости. Рядом расположился Лебедев, просматривая какую-то документацию. Раздался осторожный стук. Дверь отворилась, возник мужичок лет пятидесяти, среднего роста и очень небритый. С прической тоже не заморачивался, явный самостриг а-ля "Какая разница?". Завидев здоровяка в белом халате, радостно улыбнулся...

. Самолет с шумом приземлился на взлетную полосу. Мощно покатил вперед, замедляясь с каждым мигом. И наконец замер, подрагивая корпусом. Постепенно умолкали его могучие двигатели. К лайнеру тут же подъехал авто-трап. Открылся выход, возникла стюардесса и принялась улыбаться выходящим пассажирам. Наташа вышла наружу, вдохнула свежий воздух, глянула на облачный небосклон. Попрощалась со стюардессой и стала спускаться по лесенке. За ней неотступно следовали родители. Отец предусмотрительно держал дочь за локоток, на всякий случай...

. . Лаборатория медицинского центра в самом сердце Петербурга наполнена тихим гулом аппаратуры и сосредоточенным шепотом врачей. Воздух словно пропитан надеждой и напряженным ожиданием. Сегодня – день, который должен поставить точку в долгом и изнурительном пути восстановления. На больничной кушетке, под прицелом множества датчиков и внимательных взглядов, лежит знаменитая фигуристка, чье имя еще недавно гремело на ледовых аренах, пока роковая тренировка не оборвала карьеру. Почти полгода изнурительных реабилитационных процедур, бесконечных упражнений, боли и сомнений...

. Мягкий свет проникал сквозь плотные шторы, окрашивая комнату в теплые, золотистые тона. Катя медленно открыла глаза, ощущая под собой невесомую мягкость шелковых простыней. Роскошная кровать, казалось, обнимала ее, даря ощущение полного покоя и уюта. Первое, что бросалось в глаза, – это необъятное пространство. Комната была огромной, с высокими потолками, украшенными изящной отделкой. Стены, выкрашенные в благородный кремовый оттенок, декорированы картинами в массивных золоченых рамах, каждая из которых, казалось, рассказывала свою историю...

. Ледовая арена, обычно гудящая от восторженных криков болельщиков, сегодня была непривычно тихой. Трибуны зияли пустотой, словно забытые декорации после грандиозного шоу. Единственными звуками были легкое шуршание коньков по льду, редкие вздохи и, конечно, непередаваемый аромат хлора, который, казалось, пропитал каждый уголок этого ледяного царства. Здесь, в торжественной тишине, разворачивалась драма, достойная олимпийских игр, только без медалей и фанфар. Кастинг в Академию Чемпионов – кузницу будущих победителей, где мечты о золоте и славе начинали обретать форму...